Вильям тем временем свернулся на боку, прижав ладонь к рёбрам, и несколько раз судорожно попытался вдохнуть. Получалось настолько убедительно, что я на секунду сам засомневался, изображает ли он всё это.

— Да вы издеваетесь⁈ — Янек сразу подскочил ближе и указал на Торса. — Зачем вообще взялись нести, если нормально не можете? Вы ему только хуже сделали!

Гордей и Тарн отреагировали совсем иначе.

Оба сначала посмотрели на лежащего Вильяма, затем перевели взгляд на меня. У Гордея приподнялась бровь, а Тарн просто замер с тем самым спокойным выражением лица, с которым до этого следил за лесом.

В их взглядах читался один и тот же вопрос.

Я встретился глазами сначала с одним, затем со вторым и слегка кивнул. Доверьтесь мне — большего сейчас объяснить всё равно не мог.

Гордей понял первым, что все это значит.

— Хватит, Янек, — он положил ладонь молодому охотнику на плечо и оттеснил его от носилок. — Все устали. С кем не бывает.

— С кем не бывает⁈ — Янек возмущённо ткнул рукой в сторону Вильяма, который всё ещё тяжело дышал на земле. — Из-за него…

— Янек, — голос Гордея стал жёстче, и парень наконец замолчал.

Он остался недоволен, но спорить со старшим больше не полез.

Тарн тем временем присел возле носилок и мельком проверил Торса. Убедившись, что тот всё ещё в сознании, лучник впервые с момента нашего знакомства обратился ко мне сам.

— Что дальше? — коротко уточнил он и поднял голову.

Я сделал вид, что обдумываю ситуацию, и посмотрел на Вильяма. Друг продолжал держаться за бок, но на мгновение встретился со мной взглядом и едва заметно кивнул.

Значит, всё в порядке. Отлично, осталось отыграть представление до конца и заставить нашего зрителя поверить во всё происходящее.

— Идём, — решил я и поднялся. — Здесь оставаться нельзя.

Причин для такого решения было сразу две. Чем дольше мы задерживались, тем меньше походили на напуганную группу, которая любой ценой пытается выбраться из леса, да и реальные причины двигаться к крепости никуда не исчезли.

Тарн и Янек снова заняли места у носилок. Я подошёл к Вильяму, перекинул его руку через своё плечо и помог подняться, после чего друг тут же перенёс часть веса на меня и тяжело задышал.

Вжился в роль, засранец, и экономил силы, из-за чего мне пришлось работать за двоих. Ну ничего, я тебе ещё припомню. Как вычту из твоей зарп… а, ну да, я же ему не плачу. Ладно, прощаю на этот раз.

Гордей пошёл впереди и начал выбирать дорогу, а я время от времени поправлял направление по карте владений. За ним двигались носилки, Янек с Тарном несли Торса, а мы с Вильямом замкнули строй.

Со стороны картина получалась именно такой, какая требовалась. Впереди несколько вымотанных охотников с тяжелораненым товарищем, сзади ещё один пострадавший, которого приходится тащить на себе.

Лёгкая добыча, которая не должна успеть отреагировать на нападение хищника.

Мы продолжили путь, а вокруг становилось всё темнее. Контуры деревьев постепенно теряли чёткость, подлесок сливался в одно тёмное пятно, и вскоре я уже с трудом различал землю дальше нескольких метров.

Где-то рядом трещали ветки, шуршала трава, а каждый новый звук теперь автоматически заставлял меня поворачивать голову. Альфа по-прежнему держалась рядом, но увидеть её становилось всё сложнее.

И в какой-то момент мне начало казаться, что тень была уже не одна.

Сначала что-то мелькнуло справа между двумя деревьями. Через несколько секунд похожий силуэт промчался далеко слева, а ещё чуть позже впереди на мгновение возникло движение, которое я успел заметить только краем глаза.

Я всматривался в темноту, пытаясь понять, действительно ли, вокруг стало больше тварей. Чем сильнее сгущался мрак, тем хуже получалось отличать движущуюся фигуру от качнувшейся ветки или обычной тени.

Очень хотелось верить, что воображение просто начало дорисовывать лишнее, ибо другой вариант означал, что наш план сработал куда лучше, чем хотелось бы и на пир пришли и другие твари.

Мы прошли ещё немного, и я решил добавить последний штрих.

На очередном выступающем корне я специально поставил ногу чуть в сторону, зацепился сапогом и пошатнулся. И лишь «чудом» в последний момент взял себя в руки и всё-таки удержался, после чего начал выпрямляться.

И именно в этот момент за спиной раздался мощный рык. Настолько близко, что я почувствовал движение воздуха.

Вильям моментально взорвался движениями. Его рука вырвала меч из ножен, серебряный клинок описал широкую дугу, и друг вместе с разворотом на сто восемьдесят градусов опустил оружие на появившуюся позади тварь.

Волчица, к моему удивлению, успела затормозить в последний момент.

Кончику меча не хватило буквально нескольких сантиметров, чтобы вкусить плоти зверя. Лезвие со свистом прошло перед её мордой, а самка резко отшатнулась, собираясь отпрыгнуть назад и отступить, осознав, что попалась в ловушку.

Ну уж нет, я этого не допущу.

Я выхватил собственный меч и бросился вперёд, не давая ей уйти. В этот момент рядом с ухом просвистела стрела и мгновение спустя глубоко вошла в правое бедро волчицы.

Вот и Тарн напомнил о себе, в очередной раз доказав, что он очень неплохой лучник.

Тварь дёрнулась и попыталась отскочить, но повреждённая лапа подломилась сразу после приземления. Она потеряла часть скорости, и мне этого хватило, чтобы сократить расстояние.

Я рубанул по левой передней лапе, оставив глубокую рану выше сустава. Тварь взвизгнула, резко развернулась и распахнула пасть, пытаясь достать мне горло хотя бы напоследок.

Но мой друг добрался до неё раньше и одним точным движением провёл меч снизу вверх. Клинок вошёл под нижнюю челюсть, прошёл через шею, и голова волчицы отделилась от тела, пока сама туша по инерции продолжала заваливаться вперёд.

Я тяжело выдохнул и опустил меч, глядя на лежащую перед нами тварь. После нескольких часов этой грёбаной погони одной проблемой наконец стало меньше.

— Убили? — первым нарушил тишину Тарн. Он стоял чуть дальше с луком в руке и внимательно смотрел на тушу. — И, правда, убили.

Лицо лучника осталось таким же спокойным, как обычно, зато во взгляде впервые появилось мрачное удовлетворение. Он крепче сжал лук и ещё раз посмотрел на мёртвую самку.

Гордей шумно выдохнул и опустил плечи. Торс с носилок тоже вытянул шею, насколько позволяла боль, после чего болезненно усмехнулся.

— Поделом тебе, шавка драная, — выдавил он и снова откинул голову на кожаный настил.

Вильям тем временем спокойно стряхнул кровь с меча и уже собирался убрать его в ножны.

— А добыча тогда чья? — Янек внезапно посмотрел сначала на тушу, затем на меня. — Мы за ней несколько дней ходили. Столько сил потратили, людей чуть не потеряли. Если теперь вы собираетесь всё забрать…

Гордей тут же нахмурился, явно недовольный тем, что молодой поднял эту тему.

— Янек…

— Без проблем, вся добыча ваша, — я широко улыбнулся и указал мечом на тушу.

Гордей замолчал, а Янек явно не ожидал настолько лёгкого согласия. Зато Вильям мгновенно повернулся ко мне.

По тому, как напряглось его лицо, было видно, что он уже собирался охотникам напомнить, кто здесь только что рисковал шкурой, вытаскивал их из окружения и в итоге снёс альфе голову. Однако через секунду выражение его глаз изменилось.

Он понял. Друг усмехнулся и спокойно убрал меч обратно в ножны.

— Без проблем, добыча ваша, — повторил я и посмотрел на Янека. — Можете прямо сейчас заняться разделкой и советую поторопиться. А то ночью твари от неё вряд ли что-нибудь оставят.

Парень открыл рот, затем перевёл взгляд на потемневший лес.

Вокруг уже стояла полутьма. До крепости оставалось ещё идти и идти, Торс лежал на носилках с перебинтованной ногой и сломанным ребром, а недавно возле нас совершенно точно мелькали какие-то тени.

Возможно, фантазия разыгралась, но как-то у меня не было желания проверять и лучше поскорее вернуться к крепости, пока монстры не перестали опасаться нас после убийства их собрата.