Я ещё раз оглядел погром и только теперь наконец связал происходящее с тем, что случилось утром. Грифон.

Запах его мяса наверняка разнёсся далеко за пределы крепости и привёл сюда стаю. Учитывая обоняние этих тварей, которое сама система любезно отметила в «Оценке», удивляться вообще было нечему.

И тут в голове щёлкнуло ещё кое-что. А сам грифон почему прилетел?

Я медленно выпрямился и нахмурился, прокручивая вчерашний вечер. Очень хотелось поверить, что молодая тварь просто пролетала мимо, увидела нас и решила перекусить, только место для охоты она выбрала откровенно странное.

Лес находился в нескольких километрах отсюда, а вокруг крепости раскинулось открытое поле. Плюс в этих землях жили люди, причём далеко не самые беззащитные, поэтому хищнику специально лететь в сторону человеческих поселений ради случайной добычи было рискованно даже с поправкой на молодость и дурость.

А вот запах мяса всё менял.

Вчера вечером Марфа готовила двух кроликов на открытом огне. Аромат жарящегося мяса наверняка тянулся по округе ещё долго после ужина, и если грифон оказался где-нибудь неподалёку, вполне мог его учуять.

Получалась крайне неприятная цепочка. Сначала мы пожарили крольчатину и, возможно, приманили грифона, потом убили грифона, запах его туши привёл пустошных гончаков, а теперь я стоял посреди разгромленного погреба и размышлял, кто придёт жрать уже гончаков.

Над последней частью даже шутить почему-то не хотелось.

Если догадка верна, любой приготовленный на открытом огне кусок мяса превращал крепость в бесплатную столовую для всей местной фауны. Возможно, никто и не придёт, а возможно, очередной желающий откусить от меня кусочек заявится уже завтра.

Я цыкнул и вспомнил наши великолепные стены. Точнее, то, что когда-то называлось стенами.

Эти укрепления могли остановить разве что очень ленивого путника, которому станет лень перелезать через груду камней. Голодную тварь они не задержат даже на минуту, а с учётом развороченных ворот вообще можно было сразу повесить табличку: «Добро пожаловать».

Нормально защитить крепость сейчас тоже было нечем. На восстановление стен потребуются рабочие, камень, древесина, инструменты, еда для всех этих людей и столько денег, что мой небольшой запас золота закончится раньше, чем мы доберёмся хотя бы до половины периметра.

Нужен был постоянный доход. Ну или клад.

Желательно огромный, полный золота и лежащий прямо под домом, чтобы ещё и копать не пришлось. Только почему-то судьба пока предпочитала подкидывать мне не сундуки с сокровищами, а грифонов и голодных шакалов. Впрочем, я изначально не рассчитывал, что все будет просто.

— Вот же невежливая тварь, — буркнул я и пнул мёртвого гончака носком сапога. Туша едва качнулась, а я раздражённо махнул рукой в сторону разгромленного погреба. — Ну взяла бы кусок, ну сожрала, ну ладно. Остальное-то портить зачем?

Вильям рядом хмыкнул, но отвечать благоразумно не стал. Я же тяжело выдохнул и уже собирался внимательнее проверить тушу грифона, когда до слуха донёсся какой-то новый звук.

Тук-тук-тук-тук.

Сначала тихо, почти на границе слышимости, а затем всё громче. Сотни мелких ударов сливались в непрерывную дробь, будто кто-то рассыпал по крыше целый мешок камешков.

Я поднял голову и несколько секунд прислушивался. Звук шёл сразу отовсюду — сверху, со стороны двора, от стен, и с каждой секундой становился только сильнее.

Это ещё что такое?

Через открытый спуск в погреб вдруг упала первая крупная капля и разбилась о каменную ступень. За ней прилетела вторая, третья, а уже через несколько мгновений снаружи загрохотало так, что сомнений не осталось.

Это был дождь. Нет, судя по звуку, ни хрена не дождь. Настоящий ливень.

Я широко раскрыл глаза и медленно посмотрел на вход в погреб. Одна деревянная створка после визита гончаков была расколота, вторая держалась кое-как, а по ступеням уже начинала стекать первая вода.

Потом взгляд опустился на разбросанные припасы. Ещё немного — и вдобавок ко всему погрызенному добру мы получим мокрое погрызенное добро.

Прекрасно. Просто прекрасно.

Я перевёл взгляд на Вильяма. Тот почему-то сразу поднял обе руки, словно собирался сдаваться.

— Слушай, ладно, тварь спряталась, и я её пропустил, каюсь, — торопливо начал он, совершенно серьёзно глядя на меня, пока оправдывался. — Но дождь я честно не вызывал!

Я несколько секунд тупо пялился на него, осознавая его слова.

— Нашел время шутить! Зови Дементия с Марфой, будем вытаскивать всё, что осталось! — рявкнул я и махнул в сторону лестницы.

Если вода сейчас хлынет сюда нормально, через полчаса спасать будет уже нечего. Да какие полчаса, с таким ливнем хватит и десяти минут.

Вильям моментально сорвался с места и помчался наверх. И мне даже показалось, что на его лице на долю секунды мелькнуло облегчение.

Он что, правда, решил, что я собираюсь обвинить его в дожде? Ну да, я вроде как главный, но я же не настолько сумасшедший.

Я замер. Стоп. То есть он считает меня настолько сумасшедшим, что способен обвинить его в несвоевременном дожде? Он что, совсем берега попутал⁈

Я тряхнул головой и быстро направился к припасам. Разбираться с этой наглой клеветой будем потом, а сейчас у нас буквально начинало смывать еду.

Я первым схватил те куски мяса, до которых гончак добраться не успел. Сейчас они казались самым ценным из всего, что ещё оставалось в погребе, а значит, спасать их стоило в первую очередь.

Вода тем временем уже добралась до лестницы. По краям каменных ступеней стекал тонкий ручеёк, который пока выглядел безобидно, но с каждой секундой становился шире.

А ведь дождь начался всего несколько минут назад. Очень обнадёживает.

Прижав мясо к груди, я поспешил наверх и едва не поскользнулся на мокрой ступени. Пришлось сбавить шаг и внимательнее смотреть под ноги.

Наконец выбравшись наружу, я сразу понял, что неприятности только начинаются. Небо полностью затянуло тяжёлыми тучами, луна исчезла, а вокруг стало настолько темно, что дальше нескольких метров я различал только расплывчатые силуэты.

Современного освещения здесь, разумеется, не существовало. Ни фонарей на улицах, ни лампочек, которые можно щёлкнуть выключателем, а из доступных вариантов оставались костры, факелы и магические светильники.

Последние даже светили куда лучше обычного факела. Только стоили они столько, что прямо сейчас я мог позволить себе разве что посмотреть на такой светильник в лавке, вздохнуть и пойти дальше.

Поэтому приходилось почти на ощупь пробираться к дому под хлеставшим в лицо холодным дождём. Через несколько шагов я услышал торопливый топот спереди и различил в темноте два приближающихся силуэта.

Вильям бежал первым, за ним спешил Дементий. Марфы рядом не было, и я уже открыл рот, собираясь спросить, куда она делась, но друг меня опередил.

— Марфа осталась внутри, — громко пояснил Вильям, перекрикивая шум ливня. Он на ходу придерживал ножны, чтобы те не били по ногам, и добавил: — Одного гончака мы уже пропустили. Если ещё какой-нибудь где-то затаился, пусть лучше она сидит за закрытой дверью.

Я коротко кивнул. После сегодняшней ночи проверять, не осталось ли где-нибудь ещё одной особенно хитрой шавки, действительно, хотелось меньше всего.

— В погребе уже ручей течёт! — крикнул я, показывая мясо в руках. — Вытаскиваем всё, что осталось целым, и быстро!

Дементий замялся и почему-то виновато отвёл взгляд. Даже в темноте было заметно, как мужик переминается с ноги на ногу, явно собираясь сообщить ещё одну замечательную за эту ночь новость.

— Ваше Благородие… дома-то прятать особо негде, — наконец произнёс он и почесал мокрую голову. — Крыша у нас подтекает.

Я уставился на него. Несколько секунд мне казалось, что я просто неправильно расслышал из-за дождя.

— В смысле подтекает? — переспросил я, даже забыв про поклажу в руках. — Вы же там живёте!