— Это не ты должна извиняться, а они.

— Они делали свою работу, а остальное — мои эмоции. Ты об этом хотел поговорить?

— И об этом тоже. На все следующие визиты, пожалуйста, сразу бери адвоката.

— Хорошо, спасибо, сопротивляться и отстаивать независимость не буду.

— Рад твоему здравомыслию, прогуляемся?

Аня виновата улыбнулась:

— Не хочется. Я ополоснусь и лягу спать. Хочу, чтобы всё закончилось и перешло в разряд воспоминаний.

— Анна, а почему мы говорим на английском?

— Что первое в голову пришло, то и использую. Обычно я заранее настраиваюсь на разговор с тобой, примерно понимаю тему и даже смотрю подходящие слова, но сегодня такого желания не было.

— Не тот факт, который хотелось бы обсудить, — понимающе сказал Йохан.

— Именно.

— Хорошо, если ты уверена, что не хочешь прогуляться, то я пойду.

— Извини, — слегка улыбнулась она.

Йохан попрощался и ушел, кажется, не слишком довольный случившимся, но, с другой стороны, что ей до переживаний малознакомого чужого мужчины? Резонно — ничего… поэтому хватить страдать, иди в душ и спать.

Завтра всё обернется лучше, чем сегодня.

Новый день не принес никаких великих откровений, зато позволил взглянуть на ситуацию более спокойно и сдержанно. Учеба, хотя и порадовала интересной задачей, критично ситуацию не изменила.

Поэтому, когда в отеле у нее уточнили — оставлять ли рабочее расписание без изменений, Аня честно сказала:

— Нет. Думаю, отработаю срок и уйду, кстати, что мне нужно сделать для этого?

— Тебя не устраивают условия? Мы обсуждали, что через какое-то время можно будет вернуться к вопросу зарплаты.

— Всё хорошо, я планирую вернуться обратно.

— В парк?

— В Россию, — улыбнулась Аня.

— У тебя же еще два года учебы.

— И не слишком нужный для меня диплом.

— Но ты приехала за ним, — не поняла управляющая спа.

Аня снова улыбнулась и пояснила, для чего на самом деле приехала и почему таким методом. Собеседница не пришла в восторг, но с резонностью доводов согласилась. И даже приезд по учебной, а не брачной визе одобрила. Дескать, всем бы быть такими разумными, но при этом желание бросить на полпути не поняла. Аня честно сказала, что жизнь в нищете ее угнетает. И нет, это не применительно к замечательной работе в отеле, тут отлично. Но ограничение по часам, другой профиль и закономерный вопрос, а дальше что? Повесить в рамочке ненужную бумажку?

Недолгие споры о необходимости бумаг для счастья в жизни прервали часы, у Ани до начала первого сеанса осталось совсем чуть-чуть. В общем, сойдясь на отсутствии расписания на сентябрь собеседницы расстались. Каждая при своем мнении.

Пятничный массаж прошел весело и легко. Аня рассказывала об учебе, сокурсниках и сложностях, а Йохан уточнял, переспрашивал и веселился. Два часа и привычный массаж пролетели незаметно, после чего Аня была вынуждена констатировать, в чём-то стало проще, в чём-то сложнее. Пациентам в отеле она реально помогала, это становилось заметно в динамике по расширившейся подвижности и ощущалось под пальцами. С Йоханом такого не было, хотя ноги, точнее ступни, всё еще были проблемным местом. Почему-то именно их сводило напряжением, и именно они страдали от проблем первыми.

Естественно, Аня вернулась к как-то поднятой теме:

— Что с прогулками по траве?

— Иногда да, иногда нет. И контрастные ванны с камнями порой делаю, а иногда забываю.

— Старайся, верю, что ты сможешь, — серьёзно сообщила она.

— Я тоже в это верю, — развеселился Йохан. — Есть планы на завтрашнюю поездку?

— Нет, готова последовать за тобой.

— Отлично, я присмотрел интересный маршрут.

Обсудив маршрут и путешествие, они прошлись до остановки и расстались, довольные друг другом. Аня думала, как перейти к важной новости, чтобы потом не было недопонимания, но так ничего и не придумала.

Ладно, это не к спеху.

Маршрут, выбранный Йоханом, оказался достаточно сложным и весьма интересным. С одной стороны — отвесные скалы, с другой — обрыв вниз, и от этой комбинации захватывало дух. Перерыв у водопада, куда Аня, несмотря на предупреждения, всё же залезла под веселый смех Йохана, охладил, причем буквально. Вода была холодной, не ледяной, но ощутимо студёной, при этом била с приятным напором, массируя и лаская. После первого секундного визга вода вызвала восторг.

Аня покрутилась вокруг своей оси и, довольная, выбралась из чаши, где надела на себя шорты и сказала:

— Невероятно! Это просто невероятно. Попробуй!

— Тебе понравилось?

— Я в восторге!

— Заинтригован, — усмехнулся он и, раздевшись, полез в воду. — Анна!

— Подожди секунду и попробуй почувствовать… — посоветовала она.

— Магию земли, да? — возмутился он, но из чаши не выскочил.

— Тогда воды, — парировала она.

Йохан, кажется, понял и провел под водопадом минут пять. Аня успела сделать десяток фото его и местности и порадоваться атмосфере. Вопреки ожиданиям, с толпой народа они пересекались редко, наслаждались возможностью проникнуться атмосферой и обстановкой. Словно весь мир только для них двоих.

Йохан вышел, фыркнул и признался:

— Ты права, что-то в этом есть.

— Вот-вот, а ты не верил в магию воды!

Дальше они поехали вниз, Аня не стала полностью одеваться, решив обсохнуть и насладиться ветром по коже. А еще с грустью подумать об экологии. Здесь почему-то почти не было оводов, мелких мушек и прочей живности, которые всегда изображали из себя ниндзя в поездках по родным краям и проселкам. Даже не беря трассу, поездки по дачным дорогам, не говоря уже о лесных, всегда ознаменовались столкновениями не на жизнь, а насмерть. Поэтому Аня ездила исключительно в защитных очках и бейсболке, а то потом совесть за трупы в волосах мучала, да и вычёсывать их было весьма болезненно.

Йохан остановился.

— Привал? На что тут смотреть?

— Может, оденешься?

— Да, раз у нас остановка.

Аня натянула футболку и намазалась кремом. Не слишком жгучее солнце тем не менее отлично подрумянивало, с одной стороны, позволяя обрести красивый загар, с другой — сжирая огромные суммы на солнцезащитный крем. Выбросив неприятную мысль из головы, она вернулась к наслаждению поездкой и весьма в этом преуспела. Всё же на местные красоты можно любоваться всегда, а главное — за счет нормальной организованности без риска сломать себе шею, и это радовало.

Домой они вернулись поздно вечером, уже почти ночью.

Аня легко попрощалась с Йоханом на развилке, но тот неожиданно неуверенно предложил:

— Не хочешь остаться у меня?

— Йохан, сейчас я хочу упасть с велосипеда, и всё. Мне очень любопытно прийти к тебе в гости, но я не брала ничего с собой для ночевки. А при мысли, что завтра снова сажусь на велосипед, чтобы довести его до дома, мне уже становится нехорошо. Поэтому, если ты не против, давай отложим на следующий раз?

— Давай, — развеселился он. — Доедешь сама?

— Естественно.

Но не доехала.

Случилось странное столкновение с автомобилем, вынырнувшим невесть откуда. Аня упала на газон, удачно сгруппировавшись, авто проехало дальше, даже не притормозив. Она смогла собраться и сесть, с сожалением рассматривая велосипед, покорёженный и вряд ли подлежащий ремонту. Вопрос, сколько денег он стоит и как добираться до дома, ее интересовал больше всего. Пока она решала, как подняться на ноги, рядом притормозила машина, но потом поехала дальше.

Милые тут люди, приятные…

Аня поднялась и, убедившись в относительной целостности, начала разминать тело. Заболело всё, она потянула левую руку, стесала кожу на ногах, ударилась левой ступней и потянула подъём правой.

Осторожно подняла велосипед, и накрыло неприятное понимание, что до города идти и идти. Придется попробовать найти остановку и посмотреть, вдруг повезет с транспортом?

Задачи, возникающие одна за другой, медленно решались. Остановка была чуть поодаль, если верить уцелевшему телефону, и да, на автобусы она попадает.