— Неожиданно.

— Именно так. У нас большой спрос на детский массаж и женский у дам средних лет. Конечно, попадаются мужчины, у которых что-то прихватило, но таких мало. А постоянные клиенты, проходящие у меня курс раз-два в год, это как раз прекрасный пол.

Тут Екатерина спросила:

— Аня, можно ваш номер телефона?

— Да-да, конечно.

Спустя пару минут ей пришло сообщение. Ссылка на профиль одного из крупнейших местных банков и его руководство, среди которого нашелся Йохан.

— Так… — задумчиво сказала она и спохватилась. — Спасибо…

— Лучше убрать руку от ножа, — хмыкнув, посоветовал Руслан.

— Да-да, определенно лучше.

Тут вернулся Йохан и, извинившись за задержку, сел рядом. Аня убрала телефон, и как раз принесли еду. К основной теме после политики и погоды все приступили после горячего.

Аня шепотом по-русски уточнила у Екатерины:

— Вы в этом что-то понимаете?

— Да, — ответила та, напряженно слушая беседу.

— А… Йохан, я на прогулку, чтобы не заснуть за столом, а то отвлекать буду. И Екатерина тоже занимается этим вопросом — исключить ее невежливо.

Сообщив главное, Аня быстренько убежала в дамскую комнату, а потом, поймав официанта, на террасу с видом на парк, где насладилась кофе с новостями. Поиски данных о Йохане принесли кучу сведений, и те никак не желали укладываться в голове.

Деловые вопросы заняли больше часа, так что первые эмоции улеглись, и наступило полное недоумение. Аня никак не могла понять, что такой мужчина, как Йохан, в ней нашел. Выходец из старинного местного рода, аристократия, насчитывающая сколько-то там веков. Отличное образование, карьера в семейном банке. Часть выкуплена кем-то сторонним, но большая часть всё еще в частных руках, в семье. Если Аня правильно поняла, то руководит им сейчас дядя Йохана.

Брак с местной наследницей крупного промышленника. Луиза была старше на три года, но по ней этого никогда не скажешь. Шикарная, холеная, статная блондинка со стервозным лицом даже на фотографиях. И сын, десятилетний Марк.

Аня читала и поражалась невероятности такой жизни, но главное — Йохану рядом. Трагедия описывалась всеми и подробно. Первоначальные версии, такие как убийство, несчастный случай с роковым стечением обстоятельств, постепенно ушли из статей. Итоговый вердикт следствия, напечатанный почти через год в подробной аналитической заметке, гласил — самоубийство. Правда этот журналист проводил свое расследование, от выводов и громких слов воздержался, но зато привел кучу сведений о жизни до рокового дня. По словам журналиста, всё было сложно, не гладко и с вероятными психическими отклонениями, которые официально не диагностировались и не лечились, несмотря на некоторые звоночки. Тему как бы рассмотрел, но очень осторожно и, деликатно обходя все острые углы типа того, как такое вообще могло быть. Как с такими деньгами ее не запихнули к хорошему психиатру или в закрытую клинику для коррекции? Всё же лечилось сейчас, почти всё, а купировалось точно всё!

Дальше о Йохане упоминали несколько раз, но, как правило, в связи с работой. И только раз вышла статья о затворнической жизни интересного человека, пережившего трагедию. После этого всё как отрезало…

У Йохана была страничка на фейсбуке, причем две — общая и приватная. На общей было много о банке, его деятельности, поддержке студентов и в последнее время об интересных местах и отзывах о поездках. Судя по числу подписчиков, Йохана читало почти двадцать тысяч человек. Вряд ли это сотрудники, подписанные на руководителя в добровольно-принудительном порядке.

Зато на этом фоне выплыли воспоминания о фото и видео красот со словами: «Нужно будет выложить. У нас негласная команда быть открытыми и публичными, рассказывать об интересных событиях в своей жизни и местах. Мне с тобой повезло, благодаря поездкам контент есть всегда».

«У вас тоже есть такая практика? — поразилась Аня. — Дескать, хочешь не хочешь, а показывай, какой ты, и место работы у тебя замечательное».

«Именно так».

Она приятно поразилась схожести с Россией, где такой же хренью наслаждалась невестка из горуправы, и выбросила из головы. А вот как всё оказалось.

Маршруты, отчеты, ссылки на места, где они побывали, например, отели или закусочные. Фотографии, видео. Не так много, чтобы устать, но достаточно интересно, чтобы пролистать. Причем многое комментировалось, и Йохан отвечал. Иногда задавали вопросы. Кто-то пару раз уточнил про Аню, точнее, про спутницу рядом. Своих фотографий у Йохана почти не было. Официальная, постановочная и очень похожая на постановочную, но в неформальном антураже.

Изредка он добавлял свои фото с поездок, но буквально несколько раз при удачных фоновых кадрах, при которых крупным планом его в принципе не могло быть.

Изыскания прервал официант, пригласивший ее к столику. Но Аня не успела дойти, как встретилась с компанией.

Йохан первым делом извинился, на что она отмахнулась:

— Я хорошо провела время, надеюсь, вы тоже.

— Думаю, мы тоже, — согласилась Екатерина.

Приятное прощание, общие фразы из серии скоро увидимся по нормальному поводу и совет Ани на русском:

— Не забудьте о психологе и новомодном способе, очень любопытно послушать, что и как.

— Про него сложно забыть, — кивнул Руслан.

И, попрощавшись, соотечественники ушли.

Аня повернулась к Йохану и спросила:

— Мы домой?

— Давай посидим тут, если ты не против? — уточнил он задумчиво.

— Ничуть. Тут отличное местечко на террасе, — улыбнулась она.

— Замечательно.

Глава 10

Вечер сменился ночью, и атмосфера стала еще более камерной и приятной. Аня смотрела на Йохана и не понимала, что она тут делает и как оказалась здесь. В смысле, разумеется, знала, но понять глобально не получалось. Пока Йохан был просто местным, необычным, интересным, чуточку странным, но почти воплощением того самого идеального героя любовного романа — общение добавляло в жизнь смысла. Пробелы легко заполнялись по собственному желанию, исходя из своих представлений о ней. Зато теперь всё стало сложнее и… страшнее.

— Аня, как ты? Извини, что оставил одну.

— Всё нормально, я ушла сама, — слегка улыбнулась она, — смысла находиться не было, зато я хорошо провела время в телефоне.

— Ты расстроена, — заметил он проницательно.

— Так заметно? Немного не по себе, да и как-то так мысли вышли к грустному финалу. Знаешь, ассоциативные цепочки, начавшиеся с пакетика на столе и закончившиеся чем-то невероятным вроде разведения винограда на Марсе.

— Действительно интересная ассоциативная цепочка, — слегка улыбнулся он.

— Как ваши обсуждения? Или точнее назвать их переговорами?

— Да, благодаря тебе это можно назвать переговорами. Они объяснили, в чём суть проблемы, и мы, полагаю, сможем ее решить.

— Отлично. У них… личные проблемы, думаю, что-то в семье, но это мои догадки. И по понятным психологическим причинам. Вот нашла подходящее место для этой фразы, — похвасталась она под улыбку Йохана. — Заниматься ими они не хотят, поэтому недовольство выливается вовне. Кажется, мне удалось сбить настрой, а дальше подключилась логика, и всё стало приемлемо.

— Отлично, мне с тобой повезло.

— Это мне с тобой, — ответила она, ощущая фальшь от собственных слов.

Ей не повезло, она ухватила нечто непонятное, сложно сказать для чего и почему, а остальное просто фантазии и домыслы. Еще вчера Аня была готова поверить в семью с Йоханом, то сейчас точно понимала — это игра воображения, некая сказка на сцене с парой актеров.

— Аня?

— Ассоциации или, не знаю, гормоны. Может, домой? А то сейчас начну рыдать у тебя на плече, — смогла пошутить она.

Отличный, казалось бы, вечер, а она расстроилась до слёз. Непостижимая женская логика в действии…

— Аня? — обеспокоенно поймал ее руку Йохан.

Чтобы оставить конечность на столе, а не отдернуть, потребовалось волевое нешуточное усилие.