Джека ужасно огорчило, что мама встретила Озорную Ведьму с распростёртыми объятиями. Она врач, она должна быть умной, но вместо этого она стала мечтательной и слащавой, словно у неё заварной крем вместо мозгов. К счастью, хотя бы к вечеру она снова стала такой, как раньше — хотя её немало удивили отпечатки ботинок на диване. И он ожидал большего от такого квалифицированного человека, как профессор Брайт — у него же степеней больше, чем ступеней на лестнице. Никто, кроме Джека и школьного кота Ньютона, похоже, не видел правды.
Другие ребята считали её замечательной, хотя она была неопрятной, грубой и говорила странные вещи. Джек задумался над этим, пытаясь понять, что происходит. Он предположил, что она довольно-таки сумасбродная, а такие люди, как он знал, почему-то нравятся другим, и — да, когда его взяли на «слабо» с коробкой для еды, этот момент популярности порадовал Джека куда сильнее, чем он готов признаться. Но нет, факты остаются фактами: Озорная Ведьма — это проблема. Выдумщица, мошенница, хулиганка — она мешает ему найти настоящего друга. Она должна уйти.
Он думал и думал, и в конце концов у него появился план — такой же логичный и умный, как и он сам. Более того, гениальный. Джек взял дневник, вырвал из него чистую страницу и начал писать письмо, сладенькое, как вишнёвый пирог.
Дорогая Виктория!
Я пишу, чтобы сказать, как восхищаюсь тобой.
Я думаю, что ты самая красивая и умная девочка во всей школе. Хочу, чтобы мы стали лучшими подругами. Я бы сама тебе об этом сказала, но я слишком робкая.
Я просто обожаю есть пирожные, а ты чемпионка по готовке, так что у нас получится идеальная пара. А ещё я почему-то считаю, что я волшебница, так что могу сделать так, чтобы у тебя всегда удавалось тесто для кексов.
У нас будет настоящая дружба навек. Конечно, мне будет грустно, что я больше не подружка Джека, но на самом деле мы с тобой лучше подходим друг другу. Мне нужен друг, которым я буду восхищаться и с которым готова проводить всё время. Он для этого не подходит, а вот ты — очень даже. Точно говорю. Мы можем сесть вместе? Ну пожалуйста-пожалуйста?
С надеждой,
Твоя подруга Озорная Ведьма.
P.S. Лучше всего не говорить ни с кем об этом письме (особенно со мной).
* * *
На следующее утро Озорная Ведьма опоздала, пропустив лекцию профессора Брайта об «уважительном обращении с общественными туалетами». Она ворвалась в класс и начала сбивчиво, запутанно объяснять что-то о наглых малиновках и разозлённых сороках. Но на самом деле это было не обязательно — профессор Брайт просто глупо улыбнулся ей, и всё. Джек закатил глаза от возмущения.
Озорная Ведьма уже собиралась сесть рядом с Джеком, но тут послышался голосок, звонкий, как колокольчик:
— Озорная Ведьма! Эй, Озорная Ведьма! — Девочка с другой стороны класса помахала ей, мило улыбаясь и держа в руке свежеиспечённый кекс. — Хочешь сесть со мной? — спросила Виктория. — Я приготовила тебе кекс!
Джек затаил дыхание. Виктория Стил, кондитер мирового класса и самая властная девочка в классе, нашла секретное письмо, которое он подложил ей в парту перед уроками.
Озорная Ведьма раньше не замечала Викторию. Она нахмурила лоб, обдумывая предложение. А потом увидела кекс и облизнула губы.
— Озорная Ведьма, — снова позвала Виктория странным детским голоском, постукивая по стулу рядом с собой. — Иди сюда…
Озорная Ведьма боком прошла к Виктории.
— Твой кекс пахнет… необычно, — сказала она, дёрнув ноздрёй.
Виктория, сладко, одними губами улыбаясь, отдала ей черничный кекс.
— Ну, они совершенно особенные. Только для моих лучших друзей, — проворковала она, — так что не скромничай.
Она понизила голос и подтянула Озорную Ведьму так близко к себе, что уткнулась лбом в поля её шляпы.
— Не беспокойся за новенького, — прошипела она, а её глаза жадно заблестели. — Расскажи мне лучше про магию.
Озорная Ведьма пожала плечами и откусила кусок кекса.
Джек смотрел на них, и с его плеч словно свалился большой камень — он понял, что всё-таки всё будет в порядке. Он наконец-то свободен, все довольны. Всё, что понадобилось для того, чтобы избавиться от Озорной Ведьмы, — узнать, что она хочет (кекс и друга, который даст ей этот кекс), а потом предоставить это ей. Всё готово, вот так всё просто, проблема решена. Его большой мозг и логика победили. Как будущий учёный он, конечно, опишет свой эксперимент в дневнике, для потомков. Может быть, даже нарисует график.
Но, съев примерно полкекса, Озорная Ведьма вдруг перестала жевать, открыла рот и всё выплюнула.
— Нет, нет, этот кекс неправильный. Фу! — Озорная Ведьма вытерла язык полями шляпы. — ФУ-У и БЕ-Е. Хуже, чем варенье из опарышей.
— Как ты смеешь? — ахнула Виктория, топнув ногой в изящной туфельке. — С этими кексами я выиграла премию «Лучший пекарь года»! Я сверходарённый кондитер! Они должны тебе понравиться! Все говорят, что мои кексы — самые лучшие!
— Правда? — удивилась Озорная Ведьма. — Это удивительно, потому что кексы Джека намного дружелюбнее. Ведьмы очень щепетильно относятся к вкусам, видишь ли. К сожалению, твоя черника на вкус слишком властная, а… — она подвигала языком во рту, — бисквит какой-то подлый. Спасибо и удачи.
С этими словами Озорная Ведьма отпихнула стул и вернулась на место рядом с Джеком.
Джек в отчаянии застучал головой по столу.
— Ну-ну, ладно тебе, Джек, — успокоила его Озорная Ведьма, вытирая липкие руки о его пиджак. — Не убивайся ты так по ней — не у всех может быть лучшая подруга-ведьма.
7
Липкий клюв
Озорная Ведьма больше всего напоминала не то осу, не то бородавку: что ни делай, никуда от неё не деться. Но, к счастью, Джек и сам был не промах. Он достаточно много читал о знаменитых исторических личностях, чтобы знать, что нельзя победить, если сдашься при первых же трудностях. Многие из них преодолевали трудности и проблемы, прежде чем стать великими: английская королева Елизавета Первая была лысой, композитор Бетховен страдал астмой, а император Наполеон боялся кошек. Проблемой Джека была Озорная Ведьма.
— Слушай, Ньютон, — шепнул он школьному коту. — Мы оба знаем, что она не одарённая: она дрянная мошенница и врунья. Мне просто нужно это доказать. — В задумчивости Джек стал отщипывать кусочки мха от полки и выпрямлять криво висящие старинные карты. — Мне нужно как-то показать, что она аферистка и не достойна места в школе. Тогда кому-нибудь всё-таки придётся прислушаться ко мне, и её навсегда прогонят из школы Святой Иммакулаты.
— Будьте осторожны в своих желаниях, вот последний урок на сегодня, — сказал профессор Брайт и написал на доске «ТУТАНХАМОН». — Сокровища? Богатство? Слава? Люди, раскопавшие гробницу Тутанхамона, в конце концов поверили, что она проклята. Пожалуйста, сядьте, и мы начнём проект по египтологии.
Обрадовавшись такой перспективе, Джек бегом бросился на своё место и занёс над бумагой карандаш, готовый учиться. Озорная Ведьма навострила было уши, услышав слово «проклята», но вскоре у неё начался тяжёлый приступ непоседии. Она ёрзала, вздыхала и цыкала. Она подбросила к потолку горстку орехов. А потом вытащила из кармана одуванчик и обдула пухом все книги Джека. Когда ей и это надоело, она стала корчить рожи и рассказывать шутки:
— Пс-ст, Джек. Джек. ДЖЕК! Какие деревья растут у тебя на руках?
Джек, не говоря ни слова, разглядывал доску.
— Пс-ст, Джек. Пс-ст. Сдаёшься? ПАЛЬМцы! Сечёшь?
