— Согласен, — сказал вождь и мы выдвинулись.

Пещера не-бога осталась такой же, как я её помнил. Низкий свод, холод и Чаша, тускло серевшая в полумраке. Лира прошла к ней, села, не подбирая плаща, положила ладони на гладкий металл и закрыла глаза.

Секунд десять ничего не происходило. Потом Лира заговорила. Голос её, интонации — нет. Так читают вслух чужое письмо.

— Обе стороны заинтересованы в торговле. И ни одна из них не может вести торговлю самостоятельно. Поэтому моё решение следующее…

Пауза. Ровно такая, чтобы я успел подумать: ИИ формулирует. Или делает вид.

— Фактория, дорога и причал принадлежат Фиру. Он за них заплатит. Управлять ими будет человек. Но не чужак, а тот, кто прожил в племени не менее года. Назначать управляющего будет Фир, но по согласованию со мной.

Звучало здраво. Надеюсь, не-бог не станет промывать управляющему мозги, а только проверит его на лояльность.

— Всё, что за факторией, дорогой и причалом, принадлежит детям звёзд. Они решают, на кого, где и когда охотиться, что сдавать в факторию. А также кому и по какой цене перепродавать доставленные Фиром товары.

Мари едва заметно кивнула. Монополию ей оставили, для неё это главное. А политика её мало интересовала.

— Кто может жить и работать в фактории, решает управляющий. Но чужие люди туда не допускаются. За исключением чиновников и проверяющих. И их пускать лишь на время.

Ага. Хочешь в факторию? Проживи год с племенем, тогда перестанешь быть «чужим» и сможешь туда переселиться. Тоже логично: за год с искажёнными человек к ним привыкнет, а дети звёзд его проверят, убедятся, что ему можно доверять.

— Если Фир нарушит договор, то дети звёзд уйдут, и Фир останется с бесполезными постройками, за которые заплатил. Если племя нарушит договор, то Фир перестанет привозить товар, и племя останется с постройками, которые им не нужны. Таким образом, обе стороны заинтересованы в соблюдении договорённостей и взаимовыгодном сотрудничестве.

О других рисках не-бог умолчал. Например, о том, что Инквизиция может сжечь факторию. Или меня.

— Все согласны на условия?

Я переглянулся со своими. Лис только пожал плечами, мол, решайте сами. Амели сделала шаг вперёд и заговорила.

— Чтобы оплатить работу детей звёзд, нам нужно привезти товар — серебро вы не берёте. Чтобы привезти товар, нам нужны причал, дорога и фактория. Можем мы договориться, что работы начнутся сейчас, а оплатим мы их с первой партией товара?

— В прошлый раз Эллади привёз товара на крупную сумму без корабля и причала, — заметила Мари.

— Вы готовы купить через неделю ещё столько же алхимии? — неожиданно мягко спросила Амели.

Мари покачала головой.

— Всё, что вы хотите получить, очень тяжёлое и объёмное. На лодке такого много не привезёшь, — принялась объяснять Амели. — Нужно гнать корабль. Без фактории мы даже из порта выйти не сможем. Без причала — разгрузиться. А без дороги товар до фактории не доставить.

В спор двух торговок вмешался Гюго. Но обращался он не к ним.

— Лира, какое решение принял Первоотец?

Жрица ответила мгновенно.

— Первоотец считает такую договорённость допустимой.

Амели посмотрела на меня. Я кивнул. Меня условия тоже устраивали. Фактически я получил максимум того, что хотел. И заплатил за это несущественными ограничениями.

— Нас устраивает, — ответил я за своих.

Гюго молчал долго. Не-бог только что занял сторону чужака, да ещё и предписал работать на него в долг. Вождю это не нравилось. Но спорить с Первоотцом он не смел. Вождь опустил голову. Коротко, как кланяются не человеку, а порядку вещей.

— Первоотец сказал. Я подчиняюсь.

— Ну, раз мы договорились, то нужно обсудить детали, — произнёс я и перевёл взгляд на нашего проводника и будущего капитана «Звезды». — Амели, займёшься?

Девушка кивнула и посмотрела на Мари. Взгляды двух торговок скрестились, словно лазеры, которыми они собирались прожечь друг в друге дыры. Отлично, пусть развлекаются. У меня и своих забот хватает.

— Обсуждайте. Только у отца в доме, — сказала Лира. Именно девочка, а не жрица. — Я слушать всю эту скукотищу не хочу.

И махнула рукой, выпроваживая всех нас из обители не-бога. Я тоже поднялся, но жрица меня остановила.

— Эллади, Первоотец хочет с тобой поговорить. Напрямую.

Ну кто бы сомневался. Не-бог опять хочет покопаться в моей памяти. Узнать все новости из первоисточника, так сказать.

Я подошёл и коснулся артефакта. Холодная поверхность Чаши… Это последнее, что я ощутил телом.

Присутствие обрушилось разом, и пещера исчезла. Ни страха, ни усталости. Только ясное, отстранённое понимание: сейчас в моей голове перебирают страницы. Быстро, не читая. Именно перебирают, как перебирают папку, зная, где лежит нужный лист.

Порог. Колено реки. Плоты. Белый шар размером с собор. Северин у терминала. Крестовина в руке. Хруст.

— Корабль сожжён. Чаша испорчена. Это хорошо.

Пауза короче мысли.

— Дознаватель Брен мёртв. Мой прогноз был неверен. Внушение деградировало втрое быстрее расчётного. Вероятная причина: ежедневный контакт с алтарной сетью Владыки. Учтено.

Учтено. Не «жаль». Не «я ошибся». Учтено, как учитывают поправку на ветер. В бестелесном режиме злиться невозможно. Я только отметил, что разозлился бы. Сильно. И что права на это у меня, в общем-то, нет: я сам решил считать не-бога союзником.

— Ты убил его сам. Оптимальное решение.

На этом слове я предпочёл бы вернуться в тело. Хотя бы для того, чтобы ударить кулаком в артефакт.

Дальше страницы пошли быстрее. Этьен и его дёргающиеся пальцы. Дыба. Рауль в дверях. «Плыви, Фир. И чем дальше, тем лучше». Свёрток под килем. Топливные картриджи.

— Тебе нужно снять привязку с «Перста Владыки (D+)». Ты принёс четыре средних картриджа. Этого мало.

— Предатель оказался легатом кардинала. Без плазмомёта я на легата не сунусь. А больше картриджей нет, и когда появятся, неизвестно, — сказал я. Вернее, подумал: здесь это было одно и то же.

В голове вновь зашуршали страницы.

— Хорошо. Мне понадобится до трёх дней.

И, не дав мне поблагодарить, продолжил:

— Я сделаю больше, чем ты просишь. Из памяти дознавателя Брена я считал перечень артефактов, разрешённых к свободному обращению. Орден сверяется с ним при обыске. «Перста Владыки (D+)» в нём нет. «Огниво Паломника (E+)» есть. Внешне они выглядят одинаково. Я сменю идентификатор, и артефакт будет отображаться как «огниво».

Огнива я видел. Дорогая вещь для тех, кто не любит возиться с мокрыми дровами. Выдаёт поток пламени длиной сантиметров в сорок и зажигает любые дрова в любую погоду. Абсолютно законная вещь. За «Перст Владыки (D+)», в подвал отправят всей лодкой. За «Огниво», спросят, где брал, и позавидуют.

Подменить идентификатор. Словно перебить номер на угнанной машине. Только в этом мире угнанная машина стреляла плазмой, а номера проверяли инквизиторы. Что ж, костры разжигать «перебитый» плазмомёт точно сможет. Вместе с теми, кто у костра сидит.

Не-бог юмора не оценил. Или не заметил.

— Снятие привязки стоит двенадцать средних картриджей. Четыре получено. Восемь — долг. Принесёшь в следующий раз.

— Голова предателя нужна тебе, а не мне, — напомнил я не-богу. — Принесу, если позволят финансы. Ты ведь прекрасно видишь в моей голове, что я всё вложил в торговлю и корабль.

— За голову предателя тебе уже обещан артефакт © ранга. Картриджи — плата за работу с артефактом. Пока не закроешь долг, разговора о разблокировке других артефактов не будет, — прозвучало в моей голове, и мир включился обратно.

Меня скрутило так же, как в первый раз. Спазм, камень под щекой, сотня иголок в затылке. «Контроль Боли» честно попытался и сдался. Я лежал, смотрел на низкий свод и ждал, пока пятна перед глазами перестанут плыть.

Кто-то положил ладонь мне на плечо. Маленькую. Спасибо, Лира.