Двигатели оглушительно взревели, и крепко державшиеся за поручни юноши почувствовали, как корабль внезапно рванулся вперед. Сквозь маленькие иллюминаторы, встроенные в пол, они увидели, как поверхность Марса стремительно уменьшается, приобретая форму чаши. Затем свет вокруг них померк, и в свои права вступила черная бездна космоса. Марс превратился в диск, а затем в шар.

Пилот Ортман прекратил разгон и повернулся к Тому.

– Куда держим курс?

Разумеется, он ничего не знал о тех событиях, что предшествовали этому отлёту. Неожиданный приказ управляющего подготовить корабль к космическому путешествию несколько озадачил его, но особенно задумываться над этим он не стал. На запасные канистры с топливом он поглядывал с удивлением.

– Мы летим к астероиду, расположенному по ту сторону от Марса, – пояснил Том.

Затем, заметив недоверие на лице пилота, он честно и без обиняков рассказал ему всю историю, не утаив ни одной детали. Ортман, как выяснилось, был человеком философского склада ума и редкостной невозмутимости – получив приказ, и он без лишних вопросов повёл бы корабль хоть в ад и обратно. Том понял, что с ним проблем не будет.

По предложению Ортмана, прежде чем окончательно удалиться от Марса, все принялись проверять корабельные запасы. Оба марсианина, оказавшись в безопасности подальше от планеты, заметно успокоились и вместе с Джойсом снова принялись подшучивать друг над другом и обмениваться привычными подколками.

Ортман, пока корабль все еще удалялся от Марса с постоянной скоростью, проложил курс к астероиду – это был кропотливый процесс, занявший несколько часов. Вместе с Томом они составили график сна и дежурств на те две недели, что должен был занять полет.

Затем снова взревели ракетные двигатели, работающие на знаменитом гидрогексе – секретном соединении, сделавшем возможными межпланетные путешествия. Это был мелкодисперсный, обладавший невероятной мощью порошок, взрывавшийся от малейшей искры.

– Одно я всё-таки хочу знать, – сказал Джойс, когда с повседневными делами было покончено. – Зачем, скажи на милость, понадобилось брать бочковые бомбы?

Том пожал плечами.

– Озарение или приступ безумия – называй как хочешь.

Семнадцать земных суток спустя Ортман объявил, что они приблизились к астероиду на расстояние в сто тысяч миль. Том заранее договорился с ним начать торможение с таким расчетом, чтобы корабль лёг в дрейф примерно на этом расстоянии.

С помощью установленного на корабле телескопа Том принялся рассматривать астероид.

– Что ты видишь? – с нетерпением спросил Гул.

– Пока ничего особенного, – ответил Том. – Похоже, голая скала. Самое время воспользоваться затемнёнными очками. Мы должны увидеть луч, ведущий прямо к нему.

Джойс, уже надевший в очки, громко вскрикнул:

– Вот он! Упирается прямо туда!

– Значит, ошибки нет! – тихо произнес Том. – Мы действительно что-то обнаружили. Ортман, подведите корабль ближе, а все остальные должны вести наблюдение через иллюминаторы. Если нас заметит вражеский корабль, наши приключения, скорее всего, на этом и закончатся.

Ортман давал короткие импульсы двигателями, миля за милей подводя корабль ближе, пока остальные на борту напрягали зрение, высматривая возможного затаившегося врага. Наконец Том, не отрывавшийся от телескопа, отдал команду полностью погасить скорость. Он повернулся к товарищам; лицо его было бледным и суровым.

– Вот вам и второе доказательство! Взгляните в телескоп!

Они по очереди принялись разглядывать астероид, теперь выглядевший в иллюминаторах, как маленькая скала. Из-за большого расстояния и слабого освещения детали различались нечётко, но огромную металлическую треногу было видно совершенно ясно. На ней возвышалось нечто похожее на трубу, направленную в сторону далекого, похожего на звезду Марса. У основания сооружения можно было смутно разглядеть несколько вытянутых объектов, бывших, по всей видимости, космическими кораблями.

– Хотел бы я знать, – с благоговейным изумлением произнёс Джойс, – каких высот достигла их наука, если они могут нацелить такой тонкий луч на Марс и заставить его переносить споры микробов!

- И как им удаётся удерживать его нацеленным на одно и то же место – на плато Прунц, – добавил Гул с ещё большим изумлением.

– Мне кажется, – сказал Джойс, – было бы куда эффективнее просто водить лучом по всей поверхности Марса. Так они добились бы гораздо большего.

– А вот и нет, – быстро возразил Том. – Посмотри на это с другой стороны: если распылять микробы хаотично по всему Марсу, у населения быстро выработается устойчивость к болезни, иммунитет. Ну, по принципу вакцинации. Но если нанести неожиданный и концентрированный удар, у организма практически нет шансов автоматически выработать антитела. Они очень хитры. Они вливают свои адские микробы в марсианскую атмосферу в одной точке, словно наполняют кувшин через узкое горлышко. Концентрированные потоки заразы, расходящиеся с плато Прунц, быстро уничтожают население в массовом порядке. Впрочем, если вдуматься, я сомневаюсь, что дело может дойти до полного истребления: воздух уже настолько насыщен микробами, что у марсиан, живущих далеко от плато Прунц, вырабатывается иммунитет.

– Тогда зачем эти инопланетяне попусту тратят время?

– Возможно, они просто хотят сократить численность населения до определенного минимума, а уже потом атаковать и гарантировать себе победу. Сам знаешь, людские ресурсы – основная сила при любой войне или вторжении.

Вскоре после этого Том созвал совет.

– Что ж, теперь мы знаем, что были правы. На Марс вероломно напал опасный враг! Кто они такие, мы не понятия не имеем. Возможно, юпитериане, а возможно, и нет – но это куда менее важно, чем страшная правда о грозящей катастрофе. Главный вопрос: что мы будем делать?

– Может быть, нам стоит вернуться на Марс и заручиться помощью правительства? – предложил Норк. – Теперь-то у нас есть неопровержимые доказательства того, что чума пришла с этого астероида.

– Бесполезно, – проворчал Том, мрачнея. – Один раз они нам не поверили. Не поверят и во второй. В конце концов, какие у нас доказательства? Да, сами мы уверены в своей правоте. Мы видели луч, видели установку, сложили два и два и пришли к верному выводу. Но поймут ли это они?

– Думаю, нет, – заметил Гул. – Я достаточно хорошо знаю свой народ, чтобы знать, насколько безнадежны наши попытки добиться понимания – ведь для них мы просто мальчишки. Правительству и без того досаждают всякого рода чудаки, утверждающие, будто знают всё о чуме и её лечении. Для чиновников мы станем лишь очередной кучкой сумасбродов.

Том кивнул.

– Боюсь, что это правда. Впрочем, мы могли бы вернуться и дождаться возвращения моего дяди. Он должен прибыть в следующее противостояние – через три месяца. С его влиянием – а уж его-то я смогу убедить, что мы не сошли с ума, – мы, возможно, сумеем предотвратить трагедию, к которой неизбежно приведет эпидемия.

Джойс сердито буркнул:

– До чего же абсурдная ситуация! Мы обладаем сведениями, от которых зависят судьбы двух миров, а нам приходится строить тайные планы, чтобы спасти их от ужасной участи! Я-то думал, любое здравомыслящее правительство дало бы нам хотя бы шанс.

– Джойс, только в книжках всё происходит так, как должно. Эффективные, дальновидные и мудрые правительства – это выдумка. На деле же это косные, погрязшие в неразберихе структуры с узким кругозором. Вот если бы инопланетяне, вместо того чтобы действовать так тихо и незаметно, внезапно спустились с небес и начали бомбить и расстреливать города – о да, тогда бы вся планета поднялась на ноги! Только такого рода неизбежная катастрофа способна хоть сколько-нибудь встряхнуть правительство и заставить его действовать по-настоящему.