Джеймс Ортман помалкивал, но в его глазах вспыхнул странный огонек – он наконец осознал всю беспрецедентную важность их путешествия.

– Думаю, теперь следует попытаться заручиться поддержкой влиятельных людей, – высказался Норк. – По крайней мере, мы могли бы попытаться сделать это до того, как прибудет твой дядя и не поможет нам.

– Беда, однако, в том, – подал голос Джойс, – что космические корабли не строят для ведения войны, тем более в открытом космосе. Каковы будут шансы наших судов в противостоянии с судами инопланетян, чья технология позволяет посылать микробы по лучу? Наверняка они каким-то образом снабдили свои корабли смертоносным оружием – а на наших мирах до сих пор никто не оснащал корабли ничем подобным!

– Это верно, – согласился Том. – Вот почему я и хотел бы предпринять что-нибудь прямо сейчас, не теряя ни минуты. Я взял с собой эти бочковые бомбы, но никак не придумаю, что с ними делать. А ведь упади хоть одна из них туда, на астероид, она разнесла бы всю их установку.

Четверо встревоженных друзей растерянно переглянулись. На их юных плечах лежала ответственность за судьбы двух миров. Они были молоды, и тяжёлое психологическое напряжение последних трёх недель, а также тяготы космического путешествия измотали их.

Том нервно переводил взгляд от одного иллюминатора к другому, боясь увидеть черную тень вражеского судна, несущегося им навстречу, чтобы уничтожить их.

Когда заговорил Ортман, все повернулись к нему.

– У меня есть предложение – насчёт этих бочковых бомб. Вы говорите, что если одна из них упадет на астероид, она уничтожит их аппарат. Думаю, мы сможем провернуть подобное!

– Да, да! Продолжайте! – прошептал Том, и глаза его загорелись.

– В кормовой части корабля, – пояснил Ортман, – есть отсек для отходов, откуда их выбрасывают наружу. По сути, это двойной шлюз. Если мы направим корабль к астероиду кормой вперёд, с бомбой в этом отсеке, и оставим внешнюю дверь открытой, то, когда я резко включу кормовые двигатели, бомба сама вылетит наружу и продолжит двигаться к астероиду!

– Великолепно! – воскликнул Том, и лицо его озарилось надеждой.

Они лихорадочно принялись за дело, сразу загрузив в маленький шлюз две бочковые бомбы. Обычно взрывчатое вещество в таких бомбах детонировало от искры – так было принято при горных работах, но теперь им оставалось лишь надеяться, что чудовищный удар при падении заставит её сдетонировать.

Пилот, давно освоивший искусство управления космическими кораблями, безупречно выполнил свою часть работы. Корабль устремился к астероиду кормой вперёд. Отсек для отходов, в котором находились две бомбы с гидрогексом, был открыт наружу, в космический вакуум. Выкрикнув предупреждение, Ортман включил кормовые двигатели.

– Летят! – завопил Джойс.

– Да, только траектория у них, кажется, немного сбилась, – заметил Том, качая головой. – Думаю, лучше вытолкнуть наружу все бомбы до единой и надеяться, что хотя бы одна попадет в цель. Каковы, по-вашему, наши шансы, Ортман?

– Трудно сказать, Том. Астероид довольно мал, и притяжение у него слабое. Если бомба пролетит слишком быстро и чуть дальше, чем нужно, она так и будет лететь бесконечно, пока обо что-нибудь не ударится. Думаю, ракетные струи немного сбивают их с курса, когда бомбы вылетают из шлюза.

- Тогда подберемся немного ближе, – приказал Том.

– Риск возрастёт, – предупредил Джойс.

– К черту риск! – свирепо огрызнулся Том. – В такой момент мы не имеем права думать о своих жалких жизнях. Подумай о Земле, терзаемой войной, о Марсе – мертвом или умирающем мире…

Через час, когда корабль медленно подобрался ближе к темному, погруженному в тень астероиду, Том приказал загружать следующие бомбы. Гул и Норк уже держали в руках очередную пару. В их глазах стояли слезы – слезы благодарности Тому за его готовность так беззаветно рисковать своей жизнью ради чужого народа.

Шесть раз Ортман выводил корабль на нужный курс, чтобы сбросить огромные бочковые бомбы. Дюжина бомб – всё, что у них было, – с огромной скоростью устремилась к астероиду.

– Теперь отойдём на сто тысяч миль! – распорядился Том. – Подождём здесь пятнадцать часов. Если за это время взрыва не будет, значит, мы потерпели неудачу. В таком случае придётся вернуться на Марс и попытать счастья с моим дядей.

Никто из них не спал и не ел.

Они стояли, не сводя широко распахнутых глаз с иллюминаторов, в которых виднелся астероид, и ждали. Надежда то разгоралась, то угасала.

Том в сотый раз взглянул на хронометр. Прошло десять часов с тех пор, как они сбросили последнюю бомбу. Он шевельнулся и повернул бледное лицо к товарищам.

И тогда это случилось – страшная, ослепительная вспышка, обжегшая сетчатку глаз. Затем всё погрузилось во тьму, и перед глазами заплясали цветные пятна.

Норк и Гул без единого звука упали в обморок. Том в изнеможении прижался лицом к стеклу иллюминатора и принял на себя всю ярость второй вспышки. Джойс был единственным не утратившим дар речи. Завопив, словно бесноватый, он пустился в безумный пляс по внутреннему отсеку корабля.

Когда зрение Тома наконец восстановилось, он снова навел телескоп на астероид и принялся внимательно его рассматривать.

Затем выпрямился.

– Курс на Марс, Ортман. Астероид раскололся на три части.

Теперь в телескоп посмотрел Джойс.

– Но, боже мой, Том! Тренога, кажется, цела!

Том повернулся к нему.

– Цела или нет, Джойс, но этот проклятый луч исчез!

Дальнейшие споры были прерваны тревожным криком Ортмана. К ним приближался сверкающий корабль!

– Быстрее! – закричал Том. – Полный вперед, Ортман! Это, должно быть, один из врагов, жаждущий мести!

Корабль начал разгоняться. Чужое судно на мгновение уменьшилось в размерах, но затем стало стремительно приближаться, словно его скорость резко возросла.

В них ударил жёлтый луч, и зудящая боль пронзила их кости.

Вражеский корабль подобрался еще ближе, и Том ожидал, что вот-вот какой-нибудь неведомый поток энергии, посланный мстителем, разнесет их корабль в щепки. Но тут астероид озарило ещё одной яркой вспышкой.

Минуту спустя, когда зрение вернулось к Тому, от вражеского корабля не осталось и следа!

– Что… куда деля преследовавший нас корабль? – ошеломлённо воскликнул Джойс.

– Может быть, их корабли работают на энергии, передаваемой с астероида, – ответил Том. – Возможно, последняя бомба уничтожила передатчик.

Гул и Норк по-прежнему лежали без сознания. Ортман вёл корабль к Марсу на предельно допустимой скорости. Джойс повернулся к Тому – они молча переглянулись.