Том редко вспыхивал подобным образом, и Джойс в изумлении уставился на него. Он долго смотрел, как друг стоит перед ними, размахивая руками и продолжая в том же духе живописать ужас, который окутает оба мира из-за смертоносной, коварной чумы.
– Но, Том! – наконец перебил его Джойс. – Что, скажи на милость, мы-то можем с этим поделать?
Том весь подобрался. Когда он снова заговорил, голос его был тихим, а слова звучали многозначительно и грозно.
– Гул, Норк, Джойс… Я долго размышлял обо всем этом. Может, я заблуждающийся дурак, а может, вижу то, чего не замечают другие, но разве никому в голову не приходило, что эта болезнь – дьявольская попытка инопланетных существ захватить нашу планету?
Джойс расхохотался.
– Том, с твоей фантазией тебе бы книжки писать!
Том продолжил, словно не заметив его реплики:
– Да послушайте же меня! Из четырёх внутренних планет Марс – самая дальняя от Солнца. Предположим, что захватчики хотят покорить все четыре планеты. Разве не логично было бы начать с Марса, самой дальней из них? А теперь подумайте вот о чем: с тех пор, как пятьдесят лет назад начались космические полеты, к Юпитеру было отправлено семь экспедиций. Ни одна из них не вернулась! У них были великолепные корабли, много топлива, хорошие экипажи, опытные капитаны, вооружение – всё необходимое для безопасного полёта. Почему же никто из них не вернулся?
Остальные напряженно подались вперёд. Гул и Норк, казалось, потеряли дар речи. Но неунывающий Джойс все же нашелся с ответом:
– Не забывай, Том, что Юпитер находится чертовски далеко, и никто точно не знает, с какими условиями можно столкнуться во время такого долгого путешествия. Полагаю, те корабли просто взорвались где-то в пути, заблудились, потерпели крушение на самом Юпитере или столкнулись с метеоритами либо астероидами.
– Да, Джойс, – согласился Том. – Но столь же разумно предположить, что юпитериане, если они вообще существуют, захватили их и убили по каким-то своим гнусным причинам – вероятно, чтобы сведения о них не просочились наружу. А теперь продолжу рассуждение. В последних трёх экспедициях были не только земляне и венериане, но и марсиане. Разве юпитериане не могли использовать марсиан как подопытный материал и вывести микроб, смертельный для них, – в рамках своего предполагаемого плана покорить четыре внутренние планеты?
– Вполне могли, – неожиданно согласился Норк.
– И всё же, – возразил Джойс, – как объяснить доставку микробов с Юпитера на Марс? Если бы их привезли сюда на космических кораблях, это наверняка кто-нибудь заметил бы! Плато Прунц густо заселено.
Том заговорил приглушённым голосом:
– Нет, это совершенно исключено. Вряд ли они смогли бы доставить столько микробов, чтобы нанести такой урон, и остаться незамеченными – тем более что эта чума бушует уже больше джарка. Раз болезнь не заразна, её источник должен постоянно пополняться. А поскольку она возникает главным образом на плато Прунц, откуда ветры разносят её по всей планете, там и находится очаг заражения. Но раз перевозить культуры микробов на кораблях неразумно, значит, они каким-то образом посылают их сквозь эфир в виде луча!
– Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! – воскликнул Джойс. – От маловероятного – прямо к невозможному! Том, ради всего святого, забудь ты об этом. Ещё чуть-чуть и тебя мозги набекрень съедут от подобных идей!
Том не стал возражать. Он оставался совершенно серьезным и был глух к любым насмешкам.
– Есть две причины, по которым мне пришла в голову мысль о таком луче. Вернись мысленно, Джойс, почти на два года назад, в то время, когда мы впервые прилетели на Марс. Помнишь, когда мы приближались к планете, я разглядывал солнце через темные очки? Помнишь, как я случайно повернулся в этих очках к Марсу и увидел бледный, мерцающий луч, протянувшийся от планеты в черноту космоса? Я ведь тогда и тебе его показал. Без тёмных очков его было не видно. Какое-то странное свойство затемнённых линз позволило увидеть луч, который иначе оставался невидимым.
– Да, точно, помню! – возбужденно воскликнул Джойс. – Мы еще говорили об этом с твоим дядей, он сказал, что это странно, и что, вероятно, марсиане просто используют какую-то свою технику.
Том кивнул.
– Так вот, моя теория заключается в том, что увиденный нами луч – это тот самый луч, что доставляет микробы на Марс!
– Лучшее, что есть в твоей теории, – это сам луч, – хихикнул Джойс. – Но я мигом разобью её вдребезги. Начнем с того, что Юпитер сейчас находится от Марса на четверть оборота вокруг Солнца. Когда мы видели луч, он был направлен почти под прямым углом к положению Юпитера. И наконец, профессор: ни один микроб не способен выжить в космосе и уж тем более его нельзя заставить доплыть до определенной точки там, где нет воздуха. Только не говори теперь, что этот луч посылает Сатурн, а то я закричу!
Но Том даже не улыбнулся, пока Джойс изображал готовность пронзительно завопить.
– Джойс, я серьёзнее, чем ты можешь себе представить. А теперь я опровергну твои доводы! Я сказал, что на эту мысль меня натолкнули две вещи. Первая– это луч, который мы увидели сквозь затемненные стекла, а вторая – вот какой любопытный факт всплыл в моей памяти, связанный с астрономией, которую мы изучали вместе с тобой: существует астероид, который следует за Марсом вокруг Солнца, словно его тень! Это странное небесное тело, хотя и движется по более широкой орбите, летит с большей скоростью, совпадающей с движением Марса по орбите, так что год за годом оно никогда не удаляется от планеты более чем на девяносто пять миллионов миль! А теперь я хочу закончить свою мысль, чтобы ты не задавал слишком много вопросов.
– Я все больше убеждаюсь в одной вещи: юпитериане хотят завоевать внутренние планеты. И Марс они выбрали первым по стратегическим соображениям. Они создали микроб, смертельный для марсиан. Затем установили какой-то проектор на том самом астероиде, что следует за этой планетой. Оттуда они посылают луч, несущий споры микробов, – а возможность существования в космосе жизнеспособных спор научно допустима. Эти споры движутся благодаря хорошо известному давлению света – или, в данном случае, инфракрасных лучей.
– Может, я безнадёжно ошибаюсь, но, по крайней мере, эта идея хотя бы стоит того, чтобы её проверить. Она ничуть не менее правдоподобна, чем версия о вмешательстве землян. Для подавляющего большинства марсиан земляне – это алчные, корыстные, высокомерные, агрессивные и вечно сеющие раздор люди. Но мы-то с тобой, Джойс, знаем: при всех тех чертах, что вылезают наружу, когда наши соплеменники видят драгоценные минералы, они ни за что на свете не совершили бы столь гнусного, омерзительного поступка – не стали бы заражать марсианский воздух болезнетворными микробами лишь затем, чтобы присвоить эти богатства. Гораздо логичнее предположить, что чума, раз уж она, похоже, вызвана вмешательством извне, исходит от других инопланетных существ – предположительно юпитериан, поскольку они находятся ближе всего. Но будь то юпитериане, сатурниане или даже создания с какой-нибудь другой звезды – эта угроза вполне может привести к полному краху цивилизации в том виде, в каком мы её знаем!
Неделю спустя четверо друзей встретились и разговорились в жилом блоке шахтерского лагеря.
Хмурый Том нервно расхаживал взад-вперед, не находя себе места. Джойс развалился на койке, теребя край одеяла. Гул и Норк молча сидели, уставившись в пол.
– Вот так-то! – вдруг взорвался Том. – На каждом шагу у нас возникают препятствия, нас обзывают дураками, кретинами, идиотами и всем в таком духе. Наша молодость обернулась против нас. Они считают, что мы слишком юны, чтобы мыслить здраво! Что мы не способны даже на шаг приблизиться к истине! Господи, как мне хотелось бы свернуть шею тому толстому правительственному чинуше – когда он обозвал меня лживым землянином и заявил, будто меня подослали земные власти, чтобы попытаться отвести подозрения от Земли и выставить злодеями каких-то вымышленных инопланетных захватчиков!
