— И ты, Брут… — прошептал я, а вслух сказал: — Впечатляет, но парни, мне придётся вас разочаровать. У меня сложности с чистотой генома. Там такого намешано, там уже не генетическое древо, там сорняковые заросли.

— Не переживай, — сказал Олаф. — Мы сможем очистить и тебя, и других, кто прошёл через нулевой геном.

На слове «Других» Олаф совсем уж гаденько улыбнулся, словно конкретно так намекал на Анну. М-да, и так ситуация куда-то не туда начала выруливать, а угроза в адрес Осы мне совсем не понравилась. Кажется, мы наговорились…

— Ладно, — улыбнулся я. — Если других предложений. Более адекватных не будет, то предлагаю уже подраться.

— Тебе конец, — плотоядно улыбнулся Олаф и начал мутировать.

Я сплюнул, прикидывая, что этот шипастый воротник я точно не прогрызу. Да и Пепел бы, наверное, не потянул бы. Сейчас он бы мне не помешал, но под землёй связь прервалась, и я даже не знаю, вернулась ли стая в город.

Появление шипов и костяных лезвий на руках у Олафа пока были единственными проявлениями, что он готов к бою. Никакого оружия у него не было. Когти с лихвой заменяли холодняк, а огнестрел ему бы просто теперь в руку не поместился бы. Под камуфляжной курткой и штанами тоже что-то появилось — натянулась ткань, подсказав, что там подросли какие-то щитки.

У меня же против всего этого оставался «Грязный Гарри» с полным барабаном, подрастающий в руке новый «Коготь», ну и природная обаятельность шакраса с видоизменёнными артефактами ультиморфисов. Хвататься за револьвер я пока не торопился, предположив, что на первом месте у меня будет мобильность, а точность уже после того, как Олаф проявит себя.

— Он нужен нам живым, — добавила вторая сущность Олафа, чуть снизив градус напряжения — мне-то никакой из Олафов живым не нужен. Но потом сволочь такая, напряжение вернулось: — Переломы, кома, допустима даже частичная ампутация…

— Да хорош уже!

Я усмехнулся и тем самым дал нам обоим команду на «взлёт». А «дымопряд» так вообще нас опередил. Он первым бросился в мою сторону, но то ли переоценил свои возможности, то ли лапы поскользнулись в луже натёкшей крови. Прыжок получился каким-то неуклюжим и медленным. Настолько медленным, что я спокойно пнул его в полёте, отфутболив в лицо Олафу. И сразу же рванул в сторону, на ходу выхватывая «револьвер». Нефиг ждать, особенно когда такая халява прилетает.

Олаф среагировал быстро — резким взмахом костяных лезвий, перебил тушку «биомеха», и тут же прикрыл лицо локтями, приняв на кость две пули.

Маловато! И урона, и пуль у меня в барабане! Я ещё раз выстрелил, совсем не по-спортивному, прицелившись ему в пах, но там ни то, что кость, там зазвенело что-то. Следующий выстрел в колено — и наконец-то результативно. Скорее всего, я попал в сочленение между костяными пластинами, вырвав вместе с тканью костяные обломки.

Добавить туда же не успел — прилетела ответка! Олаф вскинул руки, как бы раскрывая их веером, и в меня полетело несколько костяных пластинок, похожих лезвия для опасной бритвы. Засвистели они, как реактивные, и как бы я не уворачивался, одна порезала мне рукав, едва чиркнув по коже, вторая — выбрила дорожку в волосах, а остальные исчезли где-то глубоко в стене.

Капец! Главное — не накаркать, но, похоже, Аркадия копила мою удачу именно для этого момента! Я добил последние две пули, положив их практически одну в другую, буквально проталкивая их под коленную чашечку Олафа. Он не упал, но эта нога точно перестала быть опорной, добавив мне преимущества в скорости.

Правда, какого-то очень мизерного. Олаф засуетился, не давая к себе подступиться. Одна рука прикрыла единственный глаз, а вторая метнула в меня новую порцию костяшек. Колено при этом на глазах покрылось какой-то коркой, словно там гриб-трутовик резко вырос. Выглядело всё это дело довольно мерзко, но зато работало, видать, хорошо. Олаф выпустил ещё две костяных пластины, вынудив меня сменить траекторию, и уже чуть ли не в следующую секунду резво бросился на меня.

Сдвоенные когти разломали очередную стенку хранилища, просвистев совсем близко над моей головой. Следующий замах я принял на «Коготь», выкручивая руку, но хоть как-то парируя удар. «Волк» задрал шею, выставив повыше шипы, и попёр на меня, сыпя ударами с двух сторон. Мельница какая-то чёртова, а не мутант-переросток!

Я увернулся один раз, потом второй. Пробил с ноги в раненое колено Олафа, но ботинок лишь мягко отпружинил от защитного нароста. Снова увернулся, пытаясь обойти, но «Волк» с поразительной для его габаритов вертелся чуть ли не быстрее, чем я его оббегал. И продолжал махать своими клешнями — без особого мастерства, но с суперскоростью и чудовищной выносливостью!

Капец! Преимущества технологий этих новых «Древних» поражали. Да ещё и с иммунитетом от биомехов! Не сборка, а мечта! Но всё-таки хотелось, чтобы батарейка у него хоть чуть-чуть села до момента, как сядет моя!

Я отскочил в сторону, завалив на Олафа кусок уже треснувшей стены. Слегка его запутал пылью и обломками, умудрившись-таки налететь со спины и со всей дури вонзить «Коготь» в область ниже воротника из шипов, куда-то в область, где у него могло быть сердце. Сам удивился, что пробил, но сердца не нашёл, и в следующий момент уже отлетел, ломая очередную стену.

Успел подняться только на четвереньки, как из пыли прилетел тяжёлый ботинок. «Поглощение» приняло на себя удар по рёбрам, тряхнув меня по всему телу и не только от самого удара. Но я не отлетел, «Коготь», зажатый «Мёртвой хваткой» вонзился Олафу в ногу, и на нём я уже ввинтился к нему вплотную, не давая ему попасть по мне когтями. Плечом отбил его руку, вторую пропустил мимо и ударил «Когтем» в подмышку. И прежде чем там запузырился «лечебный корка-гриб», ударил ещё раз пять, расширяя рану, словно хотел оправдаться за промах со спины и добраться до сердца сбоку!

Олаф захрипел, пуская розовую пену изо рта, и если не обмяк разом, то начал быстро размягчаться. Организм, похоже, ещё сопротивлялся, перераспределив ресурсы с брони на регенерацию. Даже костяной воротник начал уменьшаться, втягиваясь под кожу. Открылось лицо Олафа, искажённое жуткой гримасой, в которой помимо боли прослеживалось что-то ещё. Он почему-то был очень довольным. Настолько, сука, довольным, будто смерть — это единственное, о чём он мечтал всю жизнь.

Олаф захрипел, напрягся и едва слышно прошептал:

— Твой разум умрёт, но ты послу… — он закашлялся, с трудом успокаиваясь, и уже на последнем дыхании прошипел: — Нашему делу…

И вроде как откинулся, но доверия ему было — ноль. Я выдернул потрёпанный «Коготь» и воткнул его Олафу в глаз, вбив по самую рукоятку. Ещё и «древнекастом» решил найти, поднялся… Что-то кольнуло в боку, я пошатнулся и, скосив глаза вниз, прошептал:

— Да твою же мать…

Между рёбер торчал инъектор. Игла прошла как-то далеко, хотя я до сих пор её не чувствовал после «Поглощения», а ДНК-капсула была пустой. Мне как-то разом поплохело — то ли на физическом уровне, то ли от осознавания последствий.

Меня шатнуло, будто в меня не пробирку с ДНК вкололи, а пол-литра водки пришлось залпом выпить. И я, покачиваясь, побрёл искать «древнекастом». Подобрал его и дрожащими руками перезарядил.

— Да, что за хрень… — зарычал я, злясь на себя за слабость в теле. — Надо валить отсюда…

Я чуть не упал, доставая «планшет» ультиморфисов, а от ярко вспыхнувших символов аж глаза заболели. Текст там по новой побежал гулять по экрану, а символы заскакали, будто они тоже пьяные.

Я моргнул, и перед глазами всплыло сообщение системы:

Внимание!

Поздравляем! Обнаружен доминирующий геном высшего типа.

Запущена подготовка организма донора для инициации…

Анализ соответствия донора…

Загрузка базового блока данных…

— Поздравляем? — тупо переспросил я систему.