Отползший к стене Руперт перестал скулить и, баюкая израненную конечность, как-то странно уставился на меня. А после очень долгой паузы неожиданно растянулся в щербатой улыбке.

— Выходит, мне повезло с такой проверкой. Такой прекрасный шанс списать меня со счетов, не придерешься, но ты даже мысли не допустила. Странно это. Я бы на твоем месте сначала позволил шестиноге меня доесть, а уже потом суету наводил бы. И нет хотя бы одного свидетеля твоего секрета.

Я покачала головой, уже слыша в тоннеле звуки шагов возвращающихся парней. Руперт сейчас не разыграл удивление, он всерьез поражен и пытается склеить разнородные звенья логики. Поначалу он всех нас сильно раздражал своим скользким характером. Но если вдруг он стал таким как раз потому, что в его окружении все друг друга «списывали со счетов» при первой же возможности?

Появившимся в низкой арке Кею и Лиаму пришлось очень бегло описать произошедшее, и мы без перерыва перешли к следующему шагу.

Способ очистки на самом деле оказался сложным лишь на бумаге — множество шагов, но довольно быстрых и простых. Главное, все делать по порядку и не перепутать, а каждый из нас выучил рецепт наизусть. В итоге мы получили жидкий сплав, закинули туда пузырек эфира, и уже через несколько секунд он вновь поднялся в воздух, даже не изменив цвета.

— Получилось? — недоверчиво поинтересовалась я.

Лиам произнес:

— Кажется, да. С расстояния примеси не чувствую — очевидно, он и сам не был уверен. — Кто испытает первым?

— Я, поскольку обещал, — сказал Кей и протянул руку, ловя в воздухе сине-зеленый пузырек. — Руперт, тебе еще не надоело ныть в углу? Смотри, я держу свое слово.

Он закинул эфир в рот, на его шее дернулся кадык. Черные глаза расширились, а голос стал более радостным:

— Приток сил чувствую точно. Не знаю, насколько мана чистая, но она определенно работает!

Я выдохнула скопившееся напряжение. Мне ли не знать, что грязный эфир никакого усиления сразу не дает — будто бы вообще ничего не меняется. Я не стала мешкать и тоже отправила пузырек в рот, следующий передала Руперту. И вор уже через несколько секунд заявил:

— Даже боль мгновенно притупилась! Вот это да, вот это эффект! Передайте еще парочку, будьте любезны.

Лиам поспешил возразить:

— Ни в коем случае. Усвоение чистой маны занимает не меньше недели, а то и все две. Поэтому принимать ее чаще пары раз в месяц опасно для жизни. Яд из твоей раны все равно надо вымыть, а пока радуйся полученному облегчению. Если мы сможем проворачивать это при каждом походе в шахту, то начнем развиваться быстрее любого мага — и пусть остальные гадают, как так получается. Теперь я точно стану самым молодым архимагом в истории, даже не пытайтесь отговаривать.

Кей выдавил кривую улыбку, но заострять внимания не стал, а поторопил:

— У нас осталось не больше пары минут. Убираем тару в сумки. Мина, займись. Я возьму голову домарины — она тяжелая. Руперт, сам на ноги сможешь встать?

Домарины? Я лишь теперь рассмотрела огромную бронированную башку чудовища. Гельт будет в восторге, даже профессиональные шахтеры уважительно притихли бы, если бы не устроили себе выходной. А чего еще можно было ждать от Лиама и Кея — настолько сильные бойцы и не думали мелочиться.

Правда, Кей тоже только сейчас склонился над трупом небольшой шестиноги, которую я отпихнула к дальней стене. И задал важный вопрос:

— Я же правильно понял, что Мина ее добила?

— Правильно, — поддакнул Руперт. — По сути, жизнь мне спасла.

Но Кей не гордился моей победой — он направил на меня пристальный взгляд и сдавленно посоветовал:

— А вот теперь, моя хорошая, всячески избегай участия в дуэлях. Для начала убедись, что призыв сущности не сработает случайно — это сдаст тебя с потрохами. Будем раз в неделю покидать академию, искать заброшенное место и там тренироваться.

Я кивнула. Брат, как обычно, мгновенно находил выходы из любого тупика.

— Вас уже зовут, — оповестил Лиам, стоявший чуть ближе к тоннелю. — Ждать долго не станут. Но если спустят второй отряд, то вас все равно поднимут — не оставят же здесь. Давайте уже решайте, кто из вас мечтал отомстить за Татью сильнее прочих, и я разбужу остальных.

Ослабший, шатающийся Руперт тяжело опирался на мое плечо, поэтому посмотрела я только на Кея. Откладывать больше не получится, а мы даже парой фраз на этот счет еще не перебросились.

Руперт промямлил:

— Я вор, а не убийца, что-то мне как-то не по себе. С другой стороны, большинство из шахтеров или прикончат, или «удалят с баланса министерства». То есть правильнее самим убирать тех, чью рожу в этом мире лучше не видеть.

Он был полностью прав. Раз останется всего восемь человек, так пусть это будут самые достойные люди. Я вынула метательный нож, но Кей опередил:

— Нет, сестра, я сам. Татья тебе не позволила бы, будь она здесь. К тому же не хватало, чтобы ты потом начала призывать и сущности людей. Мы ведь пока не знаем, как это работает.

Наклонившись, он твердой рукой провел лезвием по незащищенному горлу. Вслух мы выводы так и не озвучили, но хорошо, что в этом вопросе единогласно сошлись. Даже Руперт удовлетворенно кивнул. Кей выпрямился и направил плотную струю огня на труп — второй отряд не должен ни о чем догадаться. Лиам вздрогнул, но не стал вмешиваться в наши дела, вообще придержал комментарии. Просто тоже поднял ладонь и еще более жарким пламенем помог окончательно уничтожить тело.

Дышать второму отряду будет сложно, поэтому как раз для них мы и оставили труп шестиноги — если разглядят, то дальше и идти не придется.

Руперта передали в руки лекарей. Торок оглашал всю округу домыслами вперемешку с фантазиями:

— Домарина! Прикиньте, домарина! Отшвырнула меня к стене, чуть бошку не отшибла. Но друзья не подвели — эх, я с этими ребятами уже огонь и воду прошел!

Лодушка потирала ссадину у себя на лбу, отводила ладонь и бездумно улыбалась пальцам. Наверное, думала, как замечательно выспалась прямо во время боя. Или удивлялась, отчего все еще жива.

— А шестой сгинул? — поинтересовался охранник на подъемнике.

— Всех вытащить не удалось, — горестно вздохнул Кей. — И так вдвоем с сестрой кое-как отбились.

— Жаль Хосса, — поддакнула я. — Такой молодой, симпатичный, мог бы еще жить да жить.

Учитывая наш улов и троих с разной степенью ранений, никто в легенде не усомнился.

И если у охранников весь интерес мгновенно иссяк, они уже загружали восьмерку второго отряда в корзину, то настроение собравшейся вокруг толпы было не столь однозначным. Банда Лодушки выдавала противоречивые реакции — от радостного изумления до стопора. Последние огромными глазами смотрели на Кея с явным осуждением. Как я и предполагала, есть в этом сборище люди, которые устали страдать от жестокости и неадекватности сумасшедшей женщины, но уйти от нее опасались еще сильнее.

Ярче всех раздражение демонстрировал капитан Гельт:

— Дорны, шагайте-ка сюда на пару слов!

Разумеется, это было одно из последствий нашего решения. А теперь придется разгребать их целую кучу.

— Что такое? — скривился капитан. — Рука дрогнула? Ваша подруга сейчас еле дышит, борется за жизнь, а у вас сострадание проклюнулось?

Кей покачал головой и выдал только что придуманное объяснение:

— Лодушка подговорила свою банду отомстить за нее. Их слишком много, я бы и на шаг не смог отойти от своей сестры.

— Запугали тебя, жалкий неудачник? А красовался-то красовался! И что мне прикажешь делать? Она сейчас вроде бы опять в здравом уме, но не сегодня-завтра ее снова переклинит. Ладно, валите, чтобы глаза мои вас обоих никогда не видели, сам разберусь. Зато на твой счет я был прав — ты ненадежный, зря я понадеялся, что ошибся в первом впечатлении.

Мой брат уж было развернулся, но передумал и вновь обратился к Гельту:

— Не надо разбираться с Лодушкой, капитан. Сейчас она по силе четко на втором месте после меня, и то с небольшим отрывом. Вы не маг, поэтому вряд ли можете оценить — из абсолютного большинства шахтеров вы никогда не выжмите даже десятую часть того же прогресса. Второго ранга достигает от силы десять человек из ста одаренных, третьего — один из тысячи, и почти все они приходятся на аристократию — роль играет и наследственность, и дельные учителя в раннем детстве.