— Да, конечно! Я уже купила себе в спальню стол и стул, мне так удобнее. Всё под рукой.

— Очень хорошо, — кивнула с удовлетворением. — Ещё вопрос: как считаешь, нам лучше работать в мастерской в пристройке или в цоколе?

Вот тут Юли серьезно задумалась и попросив у меня минутку на оценку мест, отошла, вернувшись лишь минут через десять с четким ответом:

— В цоколе будет комфортнее. Комната больше и есть специальная вытяжка для работ с паяльником, шлифовальным кругом и токсичными материалами. Мне кажется, аптекарь занимался чем-то незаконным, больно уж некоторые конструкции знакомо выглядят.

— Например? — озадачилась я, естественно, первым делом подумав о наркотиках.

Но Юли удивила.

— Есть… многокомпонентные яды. Их невозможно найти в организме жертвы, если не знать, куда смотреть и что искать, причем в идеале сразу. Есть незаконные в обращении порошки, вызывающие особую болтливость или сонный паралич. И всё такое. Мне кажется, аптекарь это всё делал.

— Хм-м, любопытно, — протянула, подумав уже об Арейхосе, с которым мог сотрудничать аптекарь.

Надо будет выяснить у Марти этот нюанс!

— А ты умеешь это всё делать?

— О, нет, — Юли брезгливо сморщила носик и помотала головой. — У меня иная специализация. Но знать — знаю. Пользовалась пару раз. Есть запас сонного порошка. Надо?

— Позже гляну, — пока отмахнулась, потому что прямо сейчас в этом не нуждалась. — Давай за дело. Чем раньше обезопасим наших рабочих, тем быстрее заработаем кучу денег на артефактную лавку и откроемся.

— Да!

Юли убежала, ну а я, допив чай с маковой булочкой, прошла в цоколь и придирчиво изучила «наследство». Да уж… быстро не будет. Уже зная, что бездумно продавать это точно пока не стоит, как и выкидывать, но прибраться надо, я прикинула объемы предстоящих работ и взялась за блокнот. Выписала туда ящики для хранения инвентаря, заготовок и готовой продукции, затем прочные стеллажи для хранения ящиков, необходимость как минимум трех артефактных верстаков, потому что имеющиеся столы были не тем, что мне нужно, и только после этого прошла в пристройку. Там тоже изучила все комнаты, по каждой выписав себе замечания и требуемую мебель, ну а потом прошла в кабинет и первым делом глянула в мешочек с плашечками.

С трудом вспомнив, что сама навещала семейство Ыржаник уже дней десять назад, а значит нет ничего удивительного в том, что мне притащили больше пятисот плашечек (когда я их делать буду⁈), тем не менее я придирчиво изучила каждую и не нашла ни одной бракованной. Молодцы!

Тут же выписала себе в блокнот точное количество, чтобы расплатиться с ними по-честному, и уделила внимание ящикам, которые принесли от Шнурха.

В одном, как я и подозревала, лежало самое разное, что могло пригодиться для создания амулетов и артефактов: проволока и металл в пластинках, порошки для пайки и активации, а ещё самые разные камни. Оникс, лазурит, яшма, бирюза — местные горы были богаты на сокровища, главное не зевать.

Во втором ящике к моей огромной радости и изумлению лежали три книги. Одна, самая старая, об основах артефактного дела, но не такая, какую мне дал почитать отец Хорхе, а явно эльфийского происхождения. Вторая тоже рукописная, с потрепанными краями, в ней я нашла описания свойств самых разных камней и минералов, что тоже было невероятно полезно. И третья — скорее даже блокнот, а не книга, явно личные записи Шнурха, сделанные мелким, отчасти корявым почерком, но именно об артефактах. Причем не самых законных…

Полистав блокнот, несколько раз хмыкнула, покачала головой, но не могла не признать, что дар невероятно ценный. И будет мне полезен уже вот прямо сейчас!

Хотя нет, вру. Сейчас я буду обедать!

После обеда я, не теряясь, попросила Барб помочь мне перетащить мешки с кварцем в цоколь, что орчанка сделала чуть ли не одной левой, сама уволокла ящик с инструментами и камнями от Шнурха, перетащила своё артефактное добро с мансарды, и, присев за свободное от колб место за столом, на скорую руку сделала вполне симпатичный светильник, утыкав симпатичный яшмовый окатыш из запасов Шнурха дюжиной заряженных кристаллов кварца.

Получилось грубовато-очаровательно, но я точно знала, кто это оценит. Как минимум Зусиль! Тут же сделала второй, потому что понимала, что идти с таким подарком к Зусиль и не оставить точно такой же Барбарелле — верный путь к смерти от голода, после чего прихватила оба и поднялась наверх.

Орчанка, как я и подозревала, нашлась на кухне — она со знанием дела разделывала курицу, а рядом сидела Кеяра и внимала мудрости орочьих предков.

— Дамы! — произнесла я многозначительно. — А смотрите, что у меня есть!

И предъявила им одного «ежа».

— Оть, забавка какая! — кухарка заинтересованно присмотрелась к светильнику. — И чо? Чо это ваще такое будет, ять?

— Всего лишь светильник, — рассмеялась. — Но смотри, сейчас мы по вечерам используем либо масляные лампы, либо свечи, которые далеко не безопасны, либо артефактные светильники, которые довольно дороги и по карману только обеспеченным горожанам. И светят они только благодаря энергии магических кристаллов, которые необходимо время от времени менять.

Я указала ей на потолок кухни, где как раз висело некое подобие люстры именно с артефактной начинкой.

— Эти малыши тоже магические, но расходники копеечные. За основу можно взять хоть булыжник, а кварца в шахтах немеряно — сама видела мешки. Это мужики только за три дня накопали. Зарядить такое может даже начинающий маг, надо всего лишь напитать каждый кристалл порцией светляков. Светит месяц. Потом гаснет, но можно зарядить заново. Что думаешь?

— А ярко светит? — прищурилась орчанка. — Сейчас чет не пойму…

— Сходи в кладовку, где нет окон, проверь, — предложила ей.

Орчанка моментально отложила тесак к сторонку, ополоснула руки, забрала у меня светильник и ушла. Я же, внимательно присмотревшись к Кеяре, которая всё это время сидела, открыв рот, протянула руку.

— Дай мне свои пальцы.

Уставившись на меня с легкой оторопью и даже испугом, девчонка быстро взяла себя в руки и, подскочив с табурета, протянула мне обе тощие ладошки. Стараясь не думать лишнего и вместе с тем отмечая, что она уже в нормальном платье, хотя поясок затянут так, что видны рёбра, я предпочла взять девочку за левую руку и прислушалась к своим ощущениям, под конец удовлетворенно улыбнувшись. Небольшая, совершенно не тренированная, но довольно яркая искорка отчетливо светилась в девичьей груди, о чём я с одобрением и сообщила своей гипотетической… Тётке, да?

Потому что, если лорд Диктрейн и впрямь её отец (ну вот ничему уже не удивлюсь!), то она единокровная сестра моей матери. А значит моя тётка. Чудны дела твои, Великое Древо!

— Ты знала, что ты одаренная?

— Одаренная? — растерялась Кеяра и даже шагнула назад, глядя на меня с искренним изумлением. — Нет… Но… как⁈ Отец Хорхе проверял меня, когда я пришла в церковь… Он не нашел дара!

— Да? — Вот тут уже удивилась я. Напрягла мозги, изучила девушку, затем напрягла мозги ещё… и пожала плечами. — Видимо, просто время пришло. Обычно магия просыпается именно в подростковом возрасте. Ты не ощущала не так давно некое странное жжение в груди? Или… Нетипичные эмоции? Может… Сны?

— Эмоции? Жжение, да? — Кеяра медленно повторила за мной, потом прикусила губу и стеснительно улыбнулась. — Да, я… Я думала, что просто плакать хочется. Ну, когда вы мне разрешили остаться. Так жгло… А утром было так легко-легко!

— Вот! — Я многозначительно подняла палец. — Судя по всему, испытанный стресс подтолкнул пробуждение. В общем, поздравляю, девочка. Ты теперь маг. И у меня к тебе деловое предложение…

— Эви! — прогрохотала вернувшаяся из кладовки Барб, перебивая меня на середине фразы. — Мне это надо! Двадцать штук, нах! Почем?

— Куда двадцать? — озадачилась.

— Можно больше, — осклабилась орчанка. — Девкам подарю своим. Они ж у меня все семейные и мастерицы. У одной своя швейная мастерская, у другой мужик — гончар, а она в лавке торгует. Третья за кожевника выскочила, у четвертой любимка плотничает, а пятая у меня к кузнечному делу склонная, мужику своему помогает. Вот такота!