Мне нравилось.

В итоге мы точно утвердили две бригады по восемь старателей, записав в резерв ещё шестерых, а вот охранников пока было меньше — всего двенадцать.

— Пару недель назад жуткий замес был на юге, — цыкнул Рвых, когда я указала ему на этот нюанс. — Тролли это были. Из племени квайхо — те ещё отморозки. Два десятка наших полегло. А тварей так и не нашли. Под Арейхосом много сильных пацанов, но я б не советовал. Они прежде всего ему служат. Знаешь же, о ком говорю?

— Да, прекрасно знаю, — кивнула. — Совет хороший, чужого нам не надо. Лучше вооружиться качественнее, чем брать кого попало. В общем, так… Сегодня я была у Шнурха, завтра ближе к полудню его выписывают. Берете его за жабры и покупаете в его лавке всё, что надо. Чего не хватает, берете в других лавках. Рвых, на тебе всё, что касается охраны. Лукас, на тебе оформление трудовых контрактов и всё, что касается добычи и быта. Вплоть до тележек и походных котелков, дров и крупы. Деньги вот.

Я положила на столик две пачки купюр, в каждой из которых было две с половиной тысячи песо, и одну сдвинула в сторону оборотня, а вторую в сторону орка.

— Если не хватит, скажете. Я купила дом на Восточной-34, там раньше была лавка аптекаря. Припасы носить туда, в пристройке есть удобный склад. Завтра целый день буду там. Если денег не хватит, скажете, выдам ещё. Но отчитываться будете мне за каждый песо. Это понятно?

— Не обижай, — проворчал орк, глянув на меня насупленно. — Я не крыса. Считаю не ахти, но лишнего никогда не брал.

Молча кивнула, даже и не думая извиняться, потому что лучше предупредить, чем потом неприятно удивляться, и на этом наше импровизированное совещание подошло к концу. Рвых, забрав деньги, ушел, а вот я, пока махнув рукой ребятам, чтобы задержались, дошла до барной стойки и первым делом поблагодарила негласных лидеров общины за помощь в организации собеседований, а потом поинтересовалась:

— Может кого и в помощницы посоветуете? По дому. Интересует кухарка и горничная.

— Может и посоветуем, — задумчиво прищурилась гоблинша, забавно вытягивая губы трубочкой.

Но первым подал голос Птых:

— Барбареллу спросить надо.

— Думаешь? — Зусиль почему-то засомневалась. — Хотя… Можно и её. Девок уже всех по мужьям спровадила, внуки ещё только на подходе… Да, можно её.

И уже для меня пояснила:

— Барб — толковая баба. Мужика лет семь назад схоронила, в охране ходил. Младший брат Рвыха. Готовит — пальчики оближешь! Громкая и может по батюшке послать, но баба хорошая. Звать?

— Сейчас? — уточнила.

— А чоб нет? Минут за десять подойдет и сразу определитесь. Чего тянуть?

— Согласна. А что насчет горничной?

— О, вот тут… сложно, — покачала головой Зусиль. — С этим лучше к отцу Хорхе. В нашем квартале девки молодые все себе на уме. Скажу честно — ни одну не посоветую, чтоб в полной уверенности быть. А в церковь всё ж поприличнее народ ходит. Набожнее.

И то верно.

Поблагодарив за толковый совет и объяснения, я дала добро на встречу с Барб. Заодно проговорила неловкий момент с семейством Ыржаник, честно признавшись, что не хочу подставлять мальчишек и их мать, потому что там, где большие деньги — там и большие проблемы крутятся. Естественно, умолчала, что вокруг меня кто только ни крутится, чтобы не настораживать лишний раз, но нашла в лице Зусиль понимание.

— Эт ты правильно заметила. Загляну к ним сама завтра утром, перетру с Бриттой за жизнь. Найду из наших курьера постарше, кто ответственности не боится, будет до тебя через день бегать. Ну и сама к нам заглядывай, не забывай.

— Вы незабываемы, — пошутила, на что гоблинша хрипло расхохоталась и похлопала меня по плечу.

Шутка, я так понимаю, удалась.

Как бы то ни было, время потихоньку шло и минут через десять, максимум двенадцать, в трактир вошла ну очень габаритная смуглая дама, ростом едва ли ниже Рвыха и одетая в платье цвета ядреной фуксии с пышными оборками, нашла взглядом меня, выразительно дернула бровью, басовито хмыкнула и приблизилась. Что примечательно — плавно и беззвучно, словно каравелла по волнам проплыла.

Пока она шла, я внимательно рассматривала её черные волосы-дреды с сотней ярких бусин, её потрясающий бюст размера так пятнадцатого, на которой в десять рядов были уложены крупные бусы из разноцветной яшмы, и её не менее потрясающий орочий прикус с чуть обломанным нижним левым клыком.

И почему мне кажется, что она обломала его о врага?

Вот это женщина!

— Ну здрасть, ска, — выдала она, подойдя вплотную, отчего мне пришлось задрать голову. — Ты штоль повара хошь, врот тя нах?

О…

— А вы со Шнурхом случайно не родственники? — уточнила на всякий случай.

На что на меня посмотрели, как на букашку… А потом так загоготали, что в таверне стало тихо-тихо… Потом хлопнули по плечу широченной ладонью, отчего я с трудом устояла, и заявили:

— А ты шутница, ять! Сработаемся. В месяц сто песо с проживанием, ска. Продукты, нах, закупать буду сама. Готовлю три раза в день, чо хошь. Идет?

Задумавшись, ещё раз внимательно изучила орчанку, затем скосила глаза на Зусиль, которая уже раскурила трубку и ехидно щурилась, следом снова посмотрела в глаза Барб и протянула ей руку.

— Идёт.

И пускай я точно знала, что цена завышена, сильнее всего меня заинтересовала личность Барб, потому что с такой женщиной можно уже и не тратиться на охрану. Одним своим видом кого хочешь напугает!

Главное, чтобы горничная не сбежала в первый же день…

Уточнив у меня адрес, Барб коротко заявила, что придет через час, так что я тоже задерживаться не стала и, махнув ребятам, отправилась в свой новый дом. Там, хоть и запоздало, но первым делом произнесла:

— Жить будем вместе, так удобнее и безопаснее. Дом огромный, места хватит всем. И на гостиницу тратиться не надо. Мансарда моя, вы можете выбрать любые комнаты на втором этаже, там три спальни. На первом кабинет мой, остальные комнаты общие. Если что-то нужно переставить, переделать или докупить — говорите, обсудим. А сейчас… — я выразительно дернула бровями, — поднимаем вещи наверх и за уборку!

На самом деле глобальная уборка в доме не требовалась — хозяева съехали всего несколько месяцев назад, оставив всю мебель, которая стояла под чехлами. Много пыли скопиться не успело. На кухне осталась вся посуда, в кладовках тоже хватало ведер и тряпок, в гостиной я даже вазу видела и картину, а в кабинете и вовсе — книги!

Правда, не особо познавательные, преимущественно справочники по лекарственным травам и медицинские атласы, но если подумать — тоже вещь не бесполезная.

Мансарду я тоже застолбила не просто так. Всего четыре комнаты, две из которых санузел и кладовка, а ещё две: небольшая гостиная и уютная спальня, но так я точно буду уверена, что весь этаж мой. К тому же окно спальни выходило на рассветную сторону и задний двор, так что с утра тут будет солнечно и совсем не шумно.

Ну разве не здорово?

Не став пока сильно разбирать вещи, я кинула кофр и саквояж в угол, где стоял шкаф, стянула с широкой двуспальной кровати чехол, и с досадой цыкнула. При первом осмотре не проверила, но сейчас оказалось, что на кровати лежит лишь голый матрас и подушка без наволочки, так что сходу завалиться в свежую постель не получится.

И, судя по всему, завтра мне тоже предстоит обстоятельный поход по местным лавкам…

Не поленившись, сняла чехлы со всей мебели в обеих комнатах, аккуратно сложив и убрав в кладовку, и внимательно изучила свои владения. Так в спальне помимо кровати стояло очень удобное кресло, основательный платяной шкаф и комод. Над комодом висело широкое зеркало в резной деревянной раме. По уму стоило докупить тумбочку под мелочи, ночник и ковер.

В гостиной стояли диван и два кресла, между ними — чайный столик. На стене висела полочка, скорее всего под безделушки, но пустая. Сюда тоже напрашивался как минимум ковер, как максимум — этажерка с книгами.