— Выпивки всем, милая. За мой счет!

Мужики подобрели окончательно и посиделки продолжились в позитивном ключе. Уверена, они уже успели помянуть погибших без нас, так что сейчас только праздновали. Пили за здоровье выживших. За шахтерскую удачу. За нас с Юли. За Лукаса, за Рвыха… В общем, повод был не нужен — мужики просто пили.

Мы с Юли, заказав соленые орешки и жареную кукурузу, потихоньку цедили свой сидр. Она с восторгом внимала байкам гномов, которые нашли в её лице благодарного слушателя. Я аккуратно расспрашивала Рвыха об их планах на будущее, намекнув, что Лукас будет набирать свою бригаду, а я спонсирую. За пианино сел незнакомый вертлявый гоблин, наигрывая что-то разудалое.

В общем, все были при деле и день плавно клонился к вечеру.

А потом я услышала, как из моей сумочки доносится мелодичный перезвон переговорника и, точно зная, что это может быть только Ириан, достала артефакт из сумочки, поморщилась, потому что до выхода выбираться было далеко, а рядом стоял шум-гам, и рявкнула:

— Ша!

Народ оторопело заткнулся, даже пианист оборвал мелодию на высокой ноте, а я, активировав переговорник, ласково произнесла:

— Слушаю.

— Добрый вечер, Эвирейл, — на весь зал разнесся голос Ириана. — Мы закончили в горах, возвращаемся. Буду рядом с гостиницей примерно через час. Надеюсь, наша договоренность в силе?

— Конечно.

— Хорошо, зайду за тобой.

Инквизитор отключился первым, ну а я, посмотрев направо, а затем налево, мило улыбнулась и объяснилась:

— Жених. Преподобный Ириан. Спасибо за понимание.

После чего подняла руку в сторону барной стойки и выкрикнула:

— Дядь Птых, выпивки всем за мой счет!

— Да-а-а! — грохнул народ в едином порыве и уже никто не был оскорблен тем, как я их заткнула минутой ранее.

Я же, дождавшись, когда три ловких подавальщицы обеспечат мужиков свежими кружками, подняла свою, для надежности встала, чтобы меня все видели, дождалась условной тишины и произнесла:

— Эти горы видели слишком много смертей. Достаточно! Пусть духи благоволят вам, ребята. Пусть недра будут щедры и отзывчивы. Пусть кирки не тупятся, а руки не опускаются. За удачу. За верное братство старателей, которые всегда придут друг другу на выручку. За вас!

— Да-а-а!

Мужики орали так, что дребезжали стёкла. Пианист выдавал нечто совсем невообразимое и лихое, ну а я, дав «пятюню» сначала Рвыху, а потом и остальным, кто этого пожелал, договорилась с орком подойти в таверну на днях, чтобы обсудить вопрос сотрудничества уже на трезвую голову, поманила за собой Юли и начала пробираться к выходу.

Сначала, естественно, подошла к стойке, где сунула дядьке Птыху полсотни песо, чтобы народ ни в чем себе не отказывал (но не сильно), затем неожиданно обнялась с тёткой Зусиль, которая молча подалась ко мне первой, а на ушко шепнула:

— Подходи с утра, разговор есть.

Ну а потом мы, не сговариваясь с Юли, помахали мужикам ладошками, и ушли из этого неоднозначного места, где жизнь лихо переплелась со смертью и поминки праздновали с отчаянным свадебным размахом.

Пока шли, я прикидывала, чем озадачить на этот вечер эльфийку, чтобы не скучала, и сначала предупредила, что завтра кровь из носу надо сходить в горы и добыть рюкзачок кристаллов, а потом поймала мысль за хвост и с коварной улыбкой поинтересовалась:

— А у тебя красивый почерк?

— Я умею писать тремя разными шрифтами, — приятно удивила меня девушка. — Канцелярским, каллиграфическим и на эльдариньо, с завитушками. А что надо?

— О, надо-надо, — улыбнулась шире. — Мне отец Хорхе дал книгу об артефактах из церковной библиотеки. Буквально начального уровня, но информация подана толково. Надо бы её переписать. Для себя. Будем собирать личную библиотеку. Я тебе дам её сначала просто почитать-изучить, чтобы ты понимала, о чем вообще речь, но потом надо будет сделать с неё копию. Можно не один в один, попроще, но главное, чтобы четким шрифтом.

— Поняла, — сосредоточенно кивнула Юли, словно выслушала от меня задание мирового значения. — Дома я одно время помогала в архиве, отрабатывая повинность, так что знаю, что делать. Не беспокойтесь, я всё сделаю.

— Договорились.

В итоге в гостинице мы сначала поднялись ко мне и я отдала девушке книгу, и только потом, когда она ушла, плотно задумалась о том, что надо сделать мне.

А что надо сделать мне?

Пожалуй, для начала ополоснуться! День был длинным, жарким, и стоит смыть пот. Затем… Красиво одеться! Красиво, но удобно. Потому что… Ну, понятно, да? Все мои мысли в этот момент были только о том, что надо одеться так, чтобы Ириану было удобно меня раздевать. М-м, какая же я всё-таки грешница!

И как же сладко это предвкушать!

В общем, предвкушая, но не расслабляясь, я быстренько ополоснулась и оделась удобно-красиво, но не вычурно. Собрала волосы в пучок, выпустив пару прядей, подкрасила глаза, но не стала трогать губы. Мне ими уже совсем скоро целоваться!

Время близилось к семи, когда в мою дверь постучали и я, уже опознав по звуку Ириана, сжала пальцы в кулаки, шумно выдохнула, приказала сердцу не рваться за пределы тела, и только после этого плавным шагом направилась к двери.

И да, это был преподобный Ириан.

Снова без сутаны, но на этот раз в светлых брюках, рубашке и камзоле, он выглядел настоящим лордом. От эльфа приятно пахло свежестью и чем-то древесным, а в руках у него был роскошный букет нежных кремовых роз. Мне очень понравилось, что это не кричаще алые или пошло бордовые цветы, так что я приняла их с удовольствием, подставляя щеку для приветственного поцелуя, и довольно улыбнулась, когда Ириан произнёс:

— Чудесно выглядишь.

— Ты тоже, — заявила кокетливо и отошла, чтобы поставить букет в вазу, благо в номере-люкс они были. — Какие планы на вечер?

— Ужин, — заявил инквизитор, — у меня дома.

— М-м, заманчиво, — я прикрыла глаза ресницами, чтобы он не рассмотрел их предвкушающий блеск. — Кто готовил? Неужели сам?

— О, нет, — Ириан мягко усмехнулся и предложил мне руку, предлагая пройти на выход. — Нанял прислугу. Сам я в быту неприхотлив, но большой дом требует внимания. Пока это кухарка Сьюзен и горничная Ная, с проживанием. Дальше будет видно. Женщины приятные, порядочные. Мать и дочь. Отец был старателем, — Ириан мимолетно поморщился, — завалило в шахте несколько лет назад.

Не став ничего говорить, тема была непростой, но не для этого вечера, я предпочла поинтересоваться:

— Как ваша вылазка? Всё успели за день? Или завтра снова пойдете?

— Нет, успели. Пещеру выжгли магическим пламенем и почистили фон, отец Фейд провел заупокойную службу, ну а я пока разобрался с тварями из разлома. Я в этом… — эльф коротко хмыкнул, — профи.

Заинтересовавшись его словами, спросила:

— Много их было?

— Пятеро. Целый выводок. Но молодые ещё, слабые. Разобрался быстро.

— Очень хорошо, — порадовалась за нас всех и, конечно же, переключилась на тему его прошедшей командировки. — А что на севере было?

— О, там всё… — Ириан поморщился, — неоднозначно. И я пока не понимаю, что тому причина. Либо в горах завелся новый чернокнижник, решивший повторить славу предшественника, который терроризировал округу тридцать лет назад, либо… — мне достался странный взгляд, — шалит тот, кто преследует тебя.

— То есть? — нахмурилась. — Что ты имеешь в виду?

— У Диктрейнов проблемы. Причем серьезные. Обрушились три шахты из семи, везде прослеживается след хаоса. В пропавших без вести числится два десятка старателей из трех сотен. Три десятка мертвы, их тела удалось достать. Это много. Зафиксирован падеж скота на одной из трех ферм. Мы глянули мельком тела, но понять, что за зараза, не смогли. Похоже на ящур, но немного не то. Всё-таки мы не ветеринары. На фоне этого совершенно непонятно, может ли это быть последствием уничтожения древа и связано ли одно с другим. Но согласись, вряд ли бы именно Диктрейны стали взрывать свои шахты.