– Ни-и-и-и-ик! – стону, хватаясь за его плечи, которые я знатно исцарапала.

– Всё будет, моя голодная. Я удовлетворю твой аппетит, но давай добавим перчинки, – произносит словно искуситель и, скользнув по моему влажному телу, заводит руки над головой.

Перчинки? Это он о чём?

– Не бойся, тебе понравится. – И резким движением поднимает меня выше к подушкам.

Ладно, поверю. А может, мне просто всё равно. Если и дальше будет так хорошо, пусть делает что хочет.

Но так я думаю только до момента, когда одной руки касается прохладный металл, а потом слышится звук щелчка.

Поднимаю туманный взгляд и удивлённо смотрю на… наручники?

Тем временем железный браслет смыкается и на второй руке!

– Вот теперь ты в полной моей власти! – урчит довольно и сползает с меня, чтобы через миг встать у кровати и начать раздеваться.

Смотря в мои глаза, Страхов медленно тянет свои штаны вниз и предстаёт во всей своей мужественной красе. Шикарен, глаз не оторвать. Но вот его достоинство…

– А не великовато? – шепчу и испуганно смотрю на приличную дубинку, увитую венами.

У Сергея был в разы меньше!

– Поверь, тебе понравится!

Николай взбирается на кровать и, резко раздвинув мои ножки, устраивается между ними. Но он не ложится, а садится и приступает к новой пытке.

– Познакомимся? – явно издевается, водя головкой по моим складочкам, размазывая соки и лишь на немного проникая внутрь.

Я начинаю дышать ещё тяжелее, а эта ласка словно удар тока. Он ещё как специально задевает чувствительный бугорок, который просто изнывает, и каждое его касание подобно молнии, прошибающей меня.

Контакт и ещё, скольжение по кругу, небольшое проникновение и обратно.

У меня от желания уже всё так сводит, что я и кричать не могу.

– Если ты сейчас не возьмёшь меня, я точно за тебя не выйду! – молю, выгибаясь навстречу, а Ник словно этого и ждал.

Ничего не говоря, он резко меняет позу, оказавшись на мне, а его член одним толчком проникает во всю длину. У меня аж ноги сводит от накатившего удовольствия, и я издаю дикий крик!

– Какая же ты узенькая! Какая вкусная! Кричи, Хрусталик! Хочу слышать, как ты получаешь удовольствие! – рычит и начинает делать резкие выпады, а потом, как специально, медленно выходит, давая почувствовать каждый сантиметр его достоинства.

И я кричу, извиваюсь, а потом начинаю просить ещё!

Кажется, я словно не была замужем. Да что уж там, я словно никогда не познавала мужчину. Но Николай это исправляет, очень тщательно, ведь он неутомим.

Хочу схватить его, зарыться в уже влажные волосы, но мои руки в плену, и это и правда добавляет перчинки.

Хлюпающие звуки наполняют комнату, но мне не стыдно. Мне так хорошо, что и думать не хочется.

– Обещаю сейчас отправить тебя к звёздам.

Меня опять переворачивают и резко ставят на четвереньки.

Его руки скользят по мокрой спине к ягодицам, которые потом Ник усердно мнёт.

– Шикарный вид, ты вся шикарная! А теперь прогнись, кошечка моя. – И, намотав на руку мои волосы, тянет, буквально вынуждая прогнуться так сильно, что попка непривычно оттопыривается.

– А теперь мы полетаем, – обещает и наполняет меня таким глубоким толчком, что я начинаю просто выть.

– Да! И ещё! – рычит и тут же переходит к такому бешеному темпу, что я наконец-то кончаю, и не один раз.

Оргазм накрывает за оргазмом, а тело трясёт от конвульсий и мощных толчков, которые всё продолжаются и продолжаются!

Николай перехватывает меня за талию и, сделав ещё пару резких толчков, наконец-то приходит к разрядке. Я же чуть ли не отключаюсь от блаженства.

Пожалуй, только ради таких ночей стоит выйти за него замуж.

Уже засыпая, чувствую, как меня обхватывают и придвигают к раскалённому и влажному телу.

– Спи, моя хорошая, и пусть проблемы тебя отпустят. Я всё решу, а ты просто живи и будь рядом, – шепчет в мою макушку, а я чуть не плачу оттого, как трогают меня эти слова.

Знаю, что многие девушки любят мужчин за деньги или красивую внешность. Для меня же всегда были ценны поступки. Мне не нужен идеальный мужчина. Это было бы странно, ведь я далека от идеала красоты. Мне нужен просто хороший человек, которому важна я. Я бы приняла свою половинку с его тараканами, если бы он принял моих.

Но, прожив с Сергеем не один год, я начала думать, что моей мечты в этом мире нет. А сидя по вечерам у окна и ожидая мужа, я вконец разочаровывалась в жизни. И лишь теперь, лёжа в крепких объятьях, поняла, как ошибалась.

Возможно, моя сказка не так и далеко?

С этими мыслями я и засыпаю, а там опять Страхов и его обещания всегда быть рядом.

Кажется, этот мужчина и правда засел не только в моём сердце, но и в голове.

Николай

Кристина заснула, так доверчиво прижимаясь ко мне, что не хочется уходить. Но увы, дела не ждут. И если я хочу в скором будущем быть с ней чаще, решать проблемы нужно сейчас. К тому же я знаю, как всё сделать.

Пока моя женщина не проснулась, тихонько встаю и, заботливо укрыв её покрывалом, удаляюсь. Ничего, через полчаса я вернусь и обниму своё сокровище, а потом просплю с ней до самого утра, как и мечтал.

Быстро надеваю спортивные штаны с футболкой и иду в свой кабинет. Нахожу телефон и отправляю сообщение Глебу, который приходит через десять минут, заспанный и недовольный.

– Босс, если у вас всё хреново, то почему и другие должны страдать? – заявляет с порога, а потом, подойдя к моему столу, садится в кресло напротив и продолжает: – Хотя… ваша женщина так кричала, что не слышал только глухой. Я думал, это от удовольствия. Но вы что, грохнули её?

– Смешно!

– Нет, я серьёзно! Если всё отлично, чего мы сидим здесь ночью, вместо того чтобы ты был с ней?

– Именно из-за Кристины мы будем решать проблемы ночью! И пока ты не сморозил очередную чушь, слушай приказ. Скажи нашему человеку, который рядом с Сергеем, закругляться. Пусть возьмёт все нужные бумаги и уходит. Его работа закончена.

– Серьёзно? Ура!

– Да, за Сергея возьмутся важные люди, и я не хочу им мешать. Для быстрого хода дела только подкину нужные бумажки, и мы сможем расслабиться. – Скоро всё это закончится, и Кристина начнёт планировать нашу свадьбу! Как же я счастлив от одной этой мысли. Я долго к этому шёл и не позволю ничему и никому всё испортить.

– Я думал, ты единственный, кого заботит жизнь девчонки. Но почему ты говоришь так, словно есть кто-то ещё?

– Есть, и не один. Отец Кристины позаботился, чтобы, даже если с ним что-то случится, за дочерью присмотрели и помогли. Эти люди уже приступили к делу. Меня же попросили только беречь Хрусталёву.

– Ну, с этим ты отлично справляешься. Малышка хоть жива? Хочешь поспорим, что она проспит до утра? Не жёстко ли ты с ней? – И ржёт.

Вот врезать бы ему, но это ж Глеб. И эти подколы – просто радость за меня. Да что уж там, все знают, как я сох по малышке, а теперь она рядом. Поиски и слежка закончены, следующие шаги только мои, и, судя по тому, что уже происходит, всё будет отлично. Но вот аппетит и правда нужно поубавить, а то ещё испугается и сбежит. Я ведь веду себя как изголодавшийся. Вот что значит дорваться до желанной цели.

С мужем у неё последнее время ничего не было. Как бы тут не перегнуть и не навредить. Она же такая хрупкая и нежная. А вдруг я переборщил? Может, сводить её к врачу?

Теперь меня начинает накрывать паника, ведь я не хочу показаться в глазах Кристины озабоченным или насильником. Но как устоять, когда она такая манящая и желанная.

Нет, надо сбавить обороты и начать двигаться постепенно. У нас полно времени. Приручу, она привыкнет к моему темпу, а может, и сама возжелает того же. А пока, как малышка и хочет, разговоры, свидания… Ну, может, и немного сладкого.

– Как проснётся, готовь самолёт. Нам давно пора отдохнуть.

– Святые слова! О самолёте не беспокойся, за этим прослежу. Как и за домом, который уже готовят к нашему приезду. У меня только один вопрос: может, нам с парнями съехать в соседний домик? Думаю, вам есть что обсудить без посторонних глаз.