— А мне-то зачем? — удивился мой некромант. — Я и так у тебя на зарплате!

— Премия! Оксану в ресторан сводишь, отметите её победу! Работайте! И Паша! Как закончишь, сразу из игры на выход и до завтра не появляйся. Оксана с лечением завершит, тоже выгоню!

Некромант внимательно наблюдал за нашей беседой и тихо сказал:

— Если я ещё буду играть, то хочу в ваш клан!

— Подумаю, — ответил я и, оставив некромантов договариваться, двинулся в сторону пленных игроков.

Шесть игроков — уже вышли из игры, едва оформили сдачу. Смысла сидеть в плену не видели: через трое суток их автоматически вернут в их родные замки или таверны при родных замках, если те захвачены, с невозможностью в течение месяца нападать на меня или передавать войска для атаки на меня. Но один игрок оставался онлайн, угрюмо наблюдая за перемещениями моих воинов.

Риска — так высветилось её имя. У пленённого игрока я имел доступ к её характеристикам. Впечатляющим, надо сказать. Явно прокачивали давно и со знанием. Тоже живая. Ага, уникальный навык, созданный на базе умений некромантии и жреческих навыков. Вот как она Пашу связала. Сто сороковой уровень, по магическим параметрам почти в два раза превосходит Пашу. Но очень узконаправленная заточка в магии. Контроль. Ловушки, отложенные заклинания. И всё на базе некромантии. Серьёзный противник, если воевать на её территории. Руслану её не против Паши тянуть, а против моей армии из эльфов и гномов кинуть…

Девушка сидела на земле, прислонившись к колесу разбитой повозки, со связанными за спиной руками. Не плакала, не ругалась — просто смотрела в одну точку, на обгоревший склон, где ещё догорали остатки баллист.

Я присел напротив, на перевёрнутый ящик.

— Не вышла из игры. Сорвавшаяся?

Она перевела на меня злой взгляд и снова отвернулась. Думаешь, не разговорю? Ну, вызов принят.

— Молчишь? Понимаю. Трое суток продержаться — и ты свободна. Правила игры не позволяют быть больше в плену с момента подачи жалобы на пленение. Но мне очень нужна информация, и я намерен её получить.

Девушка на секунду оживилась.

— Пытки? Не советую — жалоба уйдёт мгновенно. Только тронь, и вас сразу забанит администрация!

— Пытки? Фу, как грязно! — я изобразил ужас и отвращение на лице. — Я надеюсь на своё обаяние и неотразимую харизму. Думаю, этого хватит, чтобы тебя разговорить.

— Боюсь вас расстроить, но вы далеко не мой идеал, — ехидно бросила девушка, устраиваясь поудобнее, чуть повернувшись ко мне. Контакт налаживается. — Так что поумерьте свою самоуверенность.

— А тебе нравятся мертвые парни со злобным оскалом?

— Всяко бывает…

— … в крови невинных жертв, с душком разлагающейся плоти и раздражающими хрипами при разговоре?

— Тьфу на вас! Я его в реале знаю! Он не такой!

— Руслан?

— Да причём тут Руслан? Марц!

Ага, вот кто в сердечко юной некромантке залез. Кстати, сколько ей? Значок, о использовании реального образа имеется. Если убрать этот грим… лет двадцать пять? Плюс-минус года три.

— А причём тут реал? Если ты сорвавшаяся, ты его теперь только в таком облике видеть можешь!

— Да пошли вы! Если бы у нас получилось и мы раздобыли фургон Родстоуна, мы бы заработали столько денег, что Марц вышел бы из клана и создал нового персонажа! И мы были бы вместе!

— Ты знаешь, я не вижу препятствий выйти и создать нового персонажа и без денег из повозки. Для любви препятствий не бывает. Или это вам Руслан такой лапши навешал? По миллиону на брата, живите как хотите?

— По полтора…

— Не суть. Важно другое: у вас не было ни малейшего шанса победить армию Родстоуна. Я как человек, который её разбил, вам говорю. Так что поумерь свою самоуверенность.

— Да мы и не собирались её разбивать! Выйти в тыл, перехватывать караваны с едой, ослабляя армию инферно. Затем дать пару сражений, растягивая войска в стороны, и ударить по обозу. Забрать повозку и свалить. Я бы даже войска там все свои бросила — так не собираюсь больше некромантом играть… не собиралась… Вы мне всю жизнь испортили⁈ У-у-у,…!…!….!

Девушка, только что такая гордая и непоколебимая, разрыдалась, пряча лицо в коленки.

— Интересно мыслишь, — не повёлся я на её слезы. — Вы пришли убивать моих друзей, грабить меня, мне жизнь, значит, портить, а нехороший человек, стало быть, я? Не находишь изъяна в своей логике?

— Это всё равно не твой фургон был! — после матов девушка перешла на ты. — Какая тебе разница?

— Ну, я за него проливал кровь, гибли мои воины, жители несли лишения…

— Это всё неписи! А я про живых людей говорю!

— Так и я про живых. Для меня многие эти неписи живее реальных людей. Поэтому я не вижу себя попирателем чьей-то справедливости. Вы пришли как завоеватели и воры — так и поплатились.

— Да вы там всю жизнь сломали! Мы думали, заживём счастливо!

— Запомни, девочка. На чужом несчастье своего счастья не построишь. Своё счастье нужно строить самому — и тогда оно будет приносить радость и удовлетворение. А вы пошли за халявой и впустую потеряли и войска, и игроков. Через часа три выйдет видео нашей битвы, и тогда за ваш клан, как только поймут, что основной костяк вашей армии разбит, возьмутся все соседи разом. Те, кого захватили и удерживали угрозами, сразу же побегут, по пути захватывая замки, что рядом. Часть игроков удалятся, потому как иной раз проще с нуля начать, чем заново прокачивать войска в условиях истощившихся шахт и закрепившихся соседей. Но хуже всего не это.

— А что? — зло выкрикнула Риска, не выдержав моей паузы, поднимая на меня заплаканные глаза.

— А то, что слили вы эти войска впустую. В повозке не было несметных сокровищ на тридцать миллионов евро. Максимум — на три миллиона. Это даже затраты клана не отбивает в полной мере. Судя по тому, что я насчитал, уже полмиллиона явных затрат просто на глаз. Руслан пообещал воздушный замок, чтобы вы могли добыть то, о чём знал лишь он один.

— И что это⁈ Я вам не верю!

— Что это? Пока сам не знаю, надеялся, ты мне это подскажешь. А вот насчёт «верю — не верю» — тут убеждать не буду. Дело твоё. Но ответь сама себе: а зачем мне врать?

— Чтобы меня запутать!

— Я даже не знаю тебя, и если про половину клана я нашёл ту или иную информацию, про тебя узнал только сейчас. Я даже не знаю, обладаешь ли ты хоть крупицей ценной информации, или я вовсе впустую с тобой время трачу.

Девушка вытерла глаза о колени, встала, оперевшись плечом о телегу, и, глядя мне в глаза, проговорила:

— Мы правда шли против демона. Ты случайно стал нашей целью. Если бы готовились против тебя — ты бы не пережил это сражение.

— Вполне допускаю. Но если бы вы готовились против меня, по вам бы ударили две тысячи демонов.

— У нас было пять сотен личей! По сути, только это играет решающую роль в любой битве!

— И почему не сыграло? — с усмешкой задаю каверзный вопрос, радуясь, что девушку наконец понесло.

— Сама не поняла… Сперва было рано их использовать, Руслан не любит их выводить в зону поражения лучниками и магами, держит в центре, пока войскам противника не до стрельбы на длинные дистанции станет. Вот вроде рано, рано… а потом уже и поздно… — глаза Риски округлились, и девушка, не скрывая изумления, каким-то ошарашенным басом выдала: — Это что? Якоб⁈

Мимо нас пролетел, в сторону Торбланша, новый миньон Грю, таща в передних лапах поломанного рыцаря смерти.

— Да. Хочешь такое же перерождение?

— Не-ет! Я админам напишу!

— Это игровой процесс, так что жалоба будет отклонена.

— Пофиг, я уже пишу!

— Давай, заодно с админом пообщаюсь, как раз пара вопросов созрели.

Отхожу на пару шагов и открываю полученный по почте перечень артефактов из фуры. Много уникальных артефактов, по примеру обруча Паши. Выигранные и купленные на старте. Да, каждый из них стоит от трёх до пятнадцати тысяч евро, меньшие по стоимости Родстоун снаряжал на своих воинов. А это была его коллекция. Полагаю, у него был навык, который имел длинный откат и позволял поглощать артефакты, отдавая часть свойств или умений владельцу. Оружие, доспехи… Многое на демонов, это мы сейчас меняем согласно договора… Думаю, собака зарыта в этих восемнадцати предметах, которые не распознал даже гном-артефактор. Или в четырёх шкатулках и одном сундуке, которые не распознаются и не открываются.