— Хозяин будет доволен. Две магички, и к тому же красивые — хорошо за них заплатит!

— Они ведь совсем молоды, — сказал самый огромный из них.

— Не начинай! Какого тролля ты опять начинаешь? Мы два месяца в поисках добычи, маги стали лучше скрываться. И что, зря всё это?

— Ты хоть знаешь, что он с ними там делает в своих подвалах?

— Не убивает, ну, наверное… Одна всё же так оттуда и не вышла.

— Я всё видел, — после паузы сказал огромный наёмник. — Изнасилованные, избитые и подавленные. Им только и остаётся, что ему служить, лишь бы просто выжить.

— С каких пор в тебе такая жалость? Они ведь сами виноваты, что благодаря им распространяется эта зараза. Мало того, что умертвия по земле ходят, так они ещё и живых жрут!

— Эти девочки не виноваты ни в чём. Им по двадцать, восемнадцать лет.

— Ты! — ткнул остриём ножа в того, кто защищал девочек, лысый наёмник. — Больше к клетке не подходишь, ещё вздумаешь помочь им сбежать!

Пока у них началась перепалка, Шона решила не медлить и пробраться вдоль густых колючих кустов черноплодки. В клетке сидели, прижавшись друг к другу, две девушки. Первую она не знала, а вторая прятала лицо от холода в пледе. Рядом сидел всего один наёмник, уплетавший кашу за обе щеки. Здравый голос в голове — а точнее, Алан — кричал, что нужно немедленно убираться отсюда. Нужно бежать со всех ног! Но Шона должна была помочь этим девушкам.

Два дня она шла вслед за наёмниками в надежде увидеть лицо второй девушки: ночевала на деревьях и не выпускала рыся, чувствуя, как он крепнет внутри неё. Иногда он выносил мозг, и хотелось его выпустить на прогулку, но девушка стойко держалась: нельзя было себя обнаружить. К тому же стало ясно, что с наёмниками она движется в ту сторону, куда и так направлялась.

Третий день пути: погода благоволила, мать‑природа заметала все следы пушистыми хлопьями снега. Ветра не было, хватало теплового щита, который облегал тело, словно ещё один слой одежды. Шона была такой худенькой, что легко пряталась на голых, но толстых ветках деревьев ночью и слушала разговоры наёмников, пока не засыпала. Днём она шла вслед за ними, держа приличную дистанцию.

Наконец настало время обеденного привала. Наёмники расположились в овраге, а Шона — на склоне, под многовековой голубой елью. Её широкие ветки укрыли девушку густым покрывалом. Тут всё отлично видно и слышно. Огненная магиня неспешно жевала сушёное мясо, лёжа на животе, и слушала разговоры наёмников. Они часто вспоминали те времена, когда все жили в мире и не было никаких ходячих. Большинство из них были охотниками: их жёны торговали продуктами из дичи на рынке. Но когда появилась охота на магов, они быстро перепрофилировались. Доход с этого грязного дела был намного больше, а детей нужно кормить и платить за учёбу. Шона, с одной стороны, их понимала: нужно было выживать и думать о детях. Но ведь маги — это живые люди!

Шона заметила, что все охотники собрались у костра и тележка с девушками осталась без присмотра. Она создала слабый магический светлячок и хотела выпустить его к ним: они бы поняли, что сейчас не одни и надежда есть. Но как только огонёк появлялся в ладошке, он тут же затухал, словно на него подули.

— Да что за чёрт? — начала злиться девушка. — Ладно, я сама!

Раз со светлячком не выходит, магиня решила сама пробраться к девушкам. Такой шанс упускать нельзя! Как только она начала поднимать пятую точку, её схватили, зажали рот и прижали к твёрдому телу. От испуга она выпустила Алана: рысь тоже не ожидал происходящего и укусил за задницу насильника. Шона в свою очередь укусила палец. Мужчина зашипел от боли.

— Я тебе жизнь спасаю, дура! Убери драного кота и не смей орать, иначе нам всем конец!

3. Глава

— Милая леди, доверьтесь мне, я и сам маг! — Мужчина свободной рукой взял горсть снега и закружил его в ладошке.

Только после увиденного Шона расслабилась, а рысь раскрыл пасть. Новый знакомый не торопился убирать руку с талии, оба тяжело дышали. Девушка медленно повернулась, чтобы взглянуть на мага. Светло‑серые глаза, как зимнее небо, тёмные волнистые короткие волосы. Густые брови и нереально пушистые ресницы. Прямой нос, пухлые губы и ярко выраженные скулы. Мощная шея, широкие плечи, а под кожаной курткой, скорее всего, мускулистое твёрдое тело.

— Твой взгляд скоро спустится на мой пах, и я подумаю о тебе дурное.

— Нахал! — прошипела Шона.

— Дура! — улыбнулся парень. — Ты понимаешь, что, если бы ты нас спалила, они бы загребли нас вдвоём? У них есть артефакт по поиску магов, который, слава богу, они не активировали. Я слежу за ними три недели, а тут ты нарисовываешься. Шла бы своей дорогой, чего увязалась? Работы мне только прибавляешь.

— Какую ещё работу?

— Следы твои заметать. Если бы не я, тебя давно бы обнаружили.

— У них две девушки.

— Я в курсе. Готовится большая облава на поместье. В наших планах спасти всех, нельзя так рисковать, как ты!

— Но там…

— Как тебя зовут, огонёк?

— Шона.

— А меня — Ник. Давай так, милая, иди куда шла, а девушек мы спасём.

— Кто мы? — нахмурилась Шона.

— Шона, я серьёзно. Мы их спасём. У нас целый отряд. Тебе лучше не ввязываться, это опасно.

— Ну хорошо…

— Серьёзно?

— Да, Ник, я тебе верю. Ну, я пойду?

— Ну… иди…

— Алан, всё, как ты хотел, мы уходим. Прячься.

Рысь растворился в мареве, и девушка осторожно выползла из‑под веток ели. Она сделала вид, что пошла в сторону юга. Ник в душе сожалел, что отпустил её, а точнее, упустил, как болван, ещё и дурой назвал. В душе поселилась маленькая надежда, что они ещё встретятся.

Шоне понадобилось полдня, чтобы обойти овраг и нагнать охотников с другой стороны. Теперь она ещё сильнее старалась быть осторожнее. Удивительно, но за эти дни не попадалось ни одного ходячего. Может, они примёрзли к земле? Ближе к ночи поднялась метель. Девушка перебегала от дерева к дереву. Заприметила пушистую ель для ночёвки, уже было ринулась к ней, но кто‑то схватил её, больно сжав руки. От человека сзади воняло перегаром, жареным мясом и отсутствием душа. Она не кричала — смысла в этом не было. Лишь покорно расслабилась, пока её вели к костру охотников.

4. Глава

— Эй, Дилан, ты кого к нам ведёшь?

— В лесу пряталась, случайная удача. Она точно магичка!

— А ну, девочка, покажи, что умеешь? Не бойся нас, мы тебя отведём в безопасное место.

— Точно?

— Точно‑точно!

Шона решила прикинуться слегка глуповатой и очень доверчивой девочкой. Она махнула рукой, и костёр пустил маленькие искорки в разные стороны. Глаза охотников округлились: огненный маг — это редкость и большая удача.

— Всё, что умеешь? — нахмурился тот, кто вёл себя как самый главный.

— Ага, только учусь.

— А кто учит?

— Сама.

— Есть хочешь?

— Хочу.

— Дядя Дилан отведёт тебя в тёплое место и покормит, а ты сиди тихо. Лет тебе сколько, девочка?

— Шестнадцать, выгляжу просто старше.

Вроде бы прокатило, думала Шона. И про возраст, и про её умения. На неё накинули браслеты и усадили в клетку к двум остальным девушкам. Их оставили наедине, но девочки не торопились говорить: смотрели друг на друга и хлопали глазами. Внезапно подул тёплый ветерок и принёс одно знакомое слово:

— Дуууурааа…

Шона улыбнулась, глядя в темноту леса. Она знала, что не одна, и не паниковала. Первое, что она сделала, — потянула на себя старый плед и увидела спящую Лайлу. У девушки дрогнули ресницы и приоткрылись веки.

— Лайла! Что с тобой? — прошептала Шона.

— Я… Мики, твоя подруга, да? Она ничего не ест и всё время спит.

— От холода, наверное.

Шона хотела накрыть девушек тёплым щитом, но вспомнила, что не может из‑за оков, и просто обняла Лайлу, вплотную приблизившись к Мики. Оставалось лишь ждать облавы, про которую говорил её новый странный друг.