«Почему это вообще имеет значение?» — выпалил я в порыве раздражения. «Я не буду управлять вашим Домом, твой отец ясно дал это понять. И ты, очевидно, думаешь так же, учитывая, что ты даже не разговариваешь со мной, если только это не происходит в каком-нибудь укромном месте в лесу, где тебе не нужно беспокоиться о том, что нас увидят вместе».

На лице матери мелькнуло смятение. «Я не... Дело не в том, что нас увидят вместе. Мы уже обсуждали это в прошлом году».

Я не ответил. Мы обсуждали это в прошлом году, и воспоминания об этом до сих пор вызывали у меня гнев.

«Послушай, я просто буду чувствовать себя намного спокойнее, если ты будешь где-то, где я смогу за тобой присматривать», — сказала мама. «Происходят... некоторые политические события. Я не могу вдаваться в подробности. Но я была бы намного счастливее, если бы знала, что ты немного более подготовлен».

Подготовлен к чему? Мне показалось, что она пыталась на что-то намекнуть, но я понятия не имел, на что именно. «Я сам подготовлюсь, спасибо».

Мама выглядела разочарованной, но не стала настаивать. Мы еще немного поболтали о том о сем, а потом разошлись.

Возвращаясь через парк в сторону Хэмпстед-Хит, я думал о том, что сказала мама. По правде говоря, если бы она сделала мне такое же предложение год назад, я бы согласился. Я бы точно не был в восторге от работы у Эшфордов, но обеспечение стабильного дохода имело бы большое значение.

Но некоторые события, произошедшие за последний год, заставили меня осознать, что, хотя стабильный доход и является гарантией, он также может оказаться ловушкой. Моя работа в Министерстве обороны приносила мне достаточно денег, чтобы жить, но отнимала так много времени и энергии, что я ни в чем не стал лучше. И поэтому, когда появилась Люселла со своими двумя головорезами, я был застигнут врасплох.

Сейчас моей самой большой заботой было не то, что у меня не хватает денег на оплату аренды, а то, что меня может зарезать кто-то вроде Вермилиона. Работа в офисе не поможет мне в этом. Более высокая зарплата не поможет мне в этом. Это только заставит меня думать, что я в безопасности, когда на самом деле это не так.

Нет, если я действительно хочу что-то изменить, то должен сделать больше. Все детали были на месте, и я потратил достаточно времени на подготовку. Пришло время действовать.

В «Адмирале Нельсоне» было шумно. Я пришел рано, нашел столик в углу и стал ждать.

Колин, Павел и Антон пришли примерно в одно и то же время. Я помахал Павлу и Антону, и когда они вместе с Колином подошли к моему столику, на мгновение возникло замешательство, пока они не поняли, что он тоже должен быть здесь.

«Привет, маленький принц», — сказал мне Павел, указывая на Колина. «Он с тобой?»

«Да», — ответил я, стараясь не показывать своего раздражения. Я ненавидел это прозвище и хотел, чтобы Павел перестал его использовать. «Антон, ты в порядке?»

Антон кивнул. Они с Павлом были из Румынии, коренастые, с обветренными лицами. Антон был выше ростом, Павел — более разговорчивым. Я познакомился с ними в прошлом году, когда изучал азы поиска, а затем снова встретил во время того провального рейда в канун Рождества.

«Это все?» — спросил Павел, оглядываясь по сторонам. В пабе было достаточно людей, чтобы мы не выделялись, но не так много, чтобы нас могли подслушать.

«Мы ждем еще двоих», — ответил я.

Следующей появилась Бриджит. Она остановилась у двери и с сомнением оглядела паб, прежде чем увидела нас и подошла. Я заметил, как бармен искоса взглянул на нее. Моя сводная сестра невысокого роста, симпатичная, хрупкая на вид, и явно несовершеннолетняя - ей шестнадцать, но выглядит она моложе. Бармен отвел от нее взгляд, когда она подошла к нашему столику.

«О, привет, это вы, ребята», — сказала Бриджит Павлу и Антону. Ее взгляд остановился на Колине. «А ты, наверное...»

«Колин», — подсказал Колин, пожимая ей руку.

«Еще один поисковик?» — спросила Бриджит.

«Называй меня технической поддержкой», — сказал Колин с улыбкой.

«Мы встречаемся здесь?» — спросила Бриджит, оглядываясь по сторонам.

«А на что ты надеялась?» — спросил я. «На конференц-зал?» По правде говоря, Бриджит была права — это было довольно паршивое место для планирования операции, — но я же не мог собрать всех в своей спальне, а все другие общественные места, которые приходили мне в голову, были еще хуже. Я задался вопросом, как настоящие рейдеры справляются с такими вещами.

Бриджит вздохнула, выдвинула стул, с сомнением посмотрела на сиденье и осторожно на него села. «Надеюсь, на этот раз ты не привела Лео», — сказал я ей. Паб «Адмирал Нельсон» разрешает приводить собак, но есть определенные ограничения.

«Он в машине».

Айви пришла последней и с самого начала выглядела скованно. Она неуверенно огляделась, и думаю, если бы я не поймал ее взгляд и не помахал ей рукой, она бы, наверное, сразу же ушла. Вместо этого она подошла и, после некоторого колебания, отодвинула стул и села подальше от всех остальных.

«О, привет, Айви», — сказала Бриджит. Она посмотрела на меня. «Так ты расскажешь нам, зачем мы здесь?»

«Я хочу собрать команду», — пояснил я остальным за столом. Было несколько косых взглядов, но не много. Я не особо вдавался в подробности в своих приглашениях, но, вероятно, все пришли сюда, имея довольно четкое представление о том, о чем пойдет речь.

Я наблюдал за другими посетителями паба. Никто не подходил к нам, но на нас определенно смотрели, и нетрудно было догадаться, почему. Наша группа состояла из меня и Бриджит (англичанка, молодо выглядящая), Антона и Павла (тридцати с небольшим, восточноевропейцы), Колина (студенческого возраста, наполовину китайца) и Айви (студенческого возраста, африканка). Люди скажут вам, что Лондон «разнообразен», и это может быть правдой, если смотреть только на цифры, но если вы действительно живете здесь, то заметите, насколько он сегрегирован. Бангладешцы общаются с другими бангладешцами, западноафриканцы общаются с другими западноафриканцами, богатые дети из двухквартирных домов ходят в школу с другими богатыми детьми из двухквартирных домов. Некоторые группы смешиваются — белые и черные ребята из рабочего класса в моей старой школе вместе играли в футбол, - но большинство этого не делают. Наша группа выглядела как плакат из отдела кадров.

«Почему?» — спросила Айви.

«Мы все участвовали в рейдах раньше, верно?» — сказал я. Не совсем верно, учитывая, что за столом сидели Колин и Бриджит, но я не хотел вдаваться в подробности. «Как это происходит? Корпорация нанимает нас, говорит, куда идти и что делать. Если нам повезет, все идет по плану, и мы получаем крошечную долю от стоимости Колодца. Если нет, нас кидают. В любом случае, мы рискуем, а они получают всю прибыль».

Я сделал паузу, чтобы посмотреть, не выскажется ли кто-нибудь. Никто не высказался.

«Так почему бы не исключить посредников?» — продолжил я. «Сделать все самим. Выбрать Колодец, ограбить его и либо использовать эссенцию для сиглов, либо превратить ее в аурум и продать».

«Продать где?» — спросил Павел.

«Мы найдем покупателя», — ответил я, стараясь придать себе больше уверенности, чем чувствовал на самом деле. «Спрос есть».

«Неужели это так просто?» — спросила Бриджит. «Единственная причина, по которой корпорации друкрафта проводят эти рейды, — это то, что именно они покупают аурум».

«Тогда мы найдем другую корпорацию. Или кого-то, кто продает его корпорации».

«Это незаконно», — сказала Айви.

«В смысле, да», — ответил я. «Рейды, как правило, незаконны».

«Тот, в котором мы участвовали, не был незаконным», — напомнила Айви.

«Ну...» — сказала Бриджит. «Вроде как был».

«Но если бы кто-то вызвал полицию, она бы не приехала», — сказала Айви. «Если мы просто выберем какой-нибудь случайный колодец класса B и взломаем его, полиция приедет».