Это было трудно. Мой отец, моя работа, Крылатые, демоны и дары, фракции, альянсы и убийства в темноте. Столько всего, о чем нужно беспокоиться, навалилось на меня одновременно. Как я вообще мог за всем этим уследить?

Я глубоко вздохнул и встряхнулся. По крайней мере, с этим можно что-то сделать. Я нашел свой блокнот и ручку, свернулся калачиком на кровати и начал писать. Первые несколько попыток были слишком неорганизованными, чтобы иметь какой-то смысл. Третья попытка получилась лучше. Я продолжал, пока не заполнил страницу.

1. Мой отец все еще скрывается от Крылатых и так оно и должно быть.

2. Крылатые все еще хотят завербовать меня и, вероятно, не примут отказа.

3. Мое эссенциальное зрение делает меня заметным для этих людей. Вероятно, это главная причина, по которой Крылатые так заинтересованы во мне. Другие тоже могут быть заинтересованы.

4. Мое эссенциальное зрение может быть или не быть даром от какого-то демона/даймона/духа/чего-то еще, который может или не может использовать меня для каких-то целей, которые я не понимаю.

5. Кто-то пытается убить Калхуна и/или Джоанну.

6. Я зарабатываю недостаточно денег.

7. Вермилион говорит, что, если я не присоединюсь к Крылатым, он, вероятно, в конце концов убьет меня.

Это был не первый раз, когда я делал что-то подобное. Год назад я составил очень похожий список, но тогда мои проблемы были неотложными, и (в основном) их можно было решить немедленно. Эти проблемы были намного более сложными и неразрешимыми. На самом деле, некоторые из них, возможно, даже не поддаются решению.

Ладно, может быть, с этого и стоит начать. Если я буквально ничего не могу сделать с проблемой, нет смысла об этом беспокоиться.

Такой подход действительно помог. Для начала я, вероятно, мог вычеркнуть номер один. Охота Крылатых за моим отцом была, очевидно, плохой новостью, но ему пока удавалось оставаться незамеченным, и единственное, что могло изменить ситуацию, — это если бы я его выдал. Нужно сделать так, чтобы этого не произошло, а это означает, что я не должен никому рассказывать о наших контактах и быть очень осторожным в выборе времени и места встреч. Из этого следовало, что я буду видеться с ним реже, чем хотелось бы, что было неприятно, но лучше так, чем иначе.

Пункт номер пять — взрыв — также попадал в категорию «ничего не могу с этим поделать». Мне не особенно нравилась идея, что кто-то пытается убить Калхуна и Джоанну, но, судя по тому, как они себя вели, в их мире такие вещи не были чем-то необычным, и они знали, как с этим справляться. Так что, как бы холодно это ни звучало, мне, вероятно, следует оставить их в покое. В любом случае, я мало что мог сделать, чтобы защитить их.

Шестой пункт касался денег, и хотя я мог что-то с этим поделать, это был также пункт, который с наименьшей вероятностью мог привести к гибели меня или кого-то из моих близких. Остаться без денег плохо, но это можно пережить. Быть зарезанным Вермилионом — нет.

Решив это, я вернулся к блокноту и вычеркнул пункты один, пять и шесть. Затем переместил ручку к пункту номер три — моему эссенциальному зрению — и замер, держа ее над бумагой.

Пункты три и четыре были… сложными. Честно говоря, моим первым порывом было вычеркнуть и их. Я все еще не был уверен, что эти демоны или даймоны, о которых говорили отец Хоук и Вермилион, существуют на самом деле, а если даже существуют, то я не понимал, что должен с этим делать. Даже если поверить всему, что они сказали... если бы действительно существовали эти духи или даймоны, которые давали людям силы, а потом исчезали... то как знание об этом могло помочь? Я не мог ничего изменить, так зачем об этом думать? Мне хотелось отложить все это в долгий ящик и заняться более насущными проблемами, такими как Вермилион. В конце концов, именно такой совет дал мне отец.

Но что-то в самой идее отложить это в долгий ящик вызывало у меня беспокойство. В конце концов, это было более или менее то, чем я занимался весь прошлый год. И хотя это еще не обернулось для меня неприятными последствиями, я начала задаваться вопросом, не мешает ли мне это увидеть общую картину.

А что, если все проблемы, которые я не вычеркнул, были разными сторонами одной медали?

Я вернулся к списку и выделил цифры два, три, четыре и семь. Рекрутинг Крылатых; мое эссенциальное зрение; то, что его дало; Вермилион.

Я должен выбрать сторону.

В этом-то и дело, не так ли? Практически все, кого я встречал за последний год, были в какой-то команде. Дом Эшфордов, корпорации, Крылатые. Вот почему я испытывал трудности. У них была поддержка, а у меня — нет.

Но какую сторону мне выбрать?

Я прислонился к стене и закрыл глаза. В моей голове проносились образы будущего. Стивен Оуквуд, рыцарь-апостол Братства Крылатых. Стивен Эшфорд из Дома Эшфордов. И третий вариант, более неопределенный.

Присоединиться к Крылатым — вариант, который мне нравился меньше всего. До сих пор я встречал четырех действующих членов Крылатых — Люселлу, Байрона, Вермилиона и Марка — и в каждом случае в них было что-то, что вызывало у меня неприятные ощущения. Я не знал, нужно ли быть каким-то образом сломленным, чтобы присоединиться к Крылатым, или же членство в организации делало их такими, и на самом деле не хотел этого выяснять.

Но что, если у меня не будет выбора? Я вспомнил, что сказал мне Чарльз. Крылатым нравилось вербовать, манипулировать; только когда это не срабатывало, когда их полностью отвергали, они убивали. До сих пор я каждый раз отказывал им... но сделал бы я это снова, если бы другим выбором был нож Вермилиона?

Я не был уверен. И должен признать, что последние слова Вермилиона произвели на меня впечатление. Идея быть независимым, иметь силу и свободу делать все, что хочу... это было заманчиво.

Хотя у меня возникло ощущение, что быть с Крылатыми не значит быть таким независимым, как они это преподносят. У моего отца это точно не сработало.

Другой вариант — присоединиться к Эшфордам — казался более реалистичным. Они были моей семьей, и я не всех их ненавидел, кроме того, они, казалось, начали относиться ко мне не как к полному отребью. С другой стороны, они также создали мне гораздо больше проблем, чем решили, и я вовсе не был уверен, что сближение с ними улучшит это соотношение. Калхун помог мне с Марком, но есть большая разница между тем, чтобы прийти к нему с очень четким и конкретным запросом, как в том случае, и просьбой о чем-то неопределенном и открытом, как «защити меня от Вермилиона». И даже если бы они захотели это сделать, я не был уверен, что они смогли бы.

Была еще одна проблема с присоединением к Эшфордам. Даже если бы я подписал с ними договор в обмен на защиту, не было ничего, что заставило бы их выполнить свою часть соглашения. Это была проблема «отсутствия рычагов влияния», которая доставила мне столько разочарований в прошлом году. Будь то дом Эшфордов, Крылатые или корпорация, подобная Линфорд, у меня не было возможности заставить кого-либо из них сдержать свое слово. Если я попрошу их о чем-то, а они откажут, что я смогу сделать? Жаловаться? Угрожать уйти? Я не мог дать им ничего, чего они не могли бы легко получить где-то еще, а это означало, что они всегда будут иметь преимущество.

Был и третий вариант.

Отец Хоук сказал, что мой дар был дан мне не просто так. Я мог бы воспользоваться этим. Вместо того чтобы просить других о защите, мне нужно использовать то, что мне уже дано. В моей голове возник образ, фигура из тени и света. Сила, которая не была заимствована у других, а черпалась из цели.

Но я не мог понять, как это поможет мне против Вермилиона.

Я вздохнул и открыл глаза. «Выбери сторону» звучало неплохо, но чем больше я рассматривал варианты, тем меньше они мне нравились.

Возможно, я смотрел на это не с той стороны. Теперь, когда я об этом подумал, все эти варианты «выбери сторону» сводились к одной и той же проблеме. И это была точно та же проблема, что и в прошлом году, не так ли? В последний раз, когда я составлял один из этих списков, то пришел к выводу, что мне нужно работать над своим друкрафтом. С тех пор я прошел долгий путь, но основная проблема не изменилась. Мне нужно стать сильнее.