Барон Сверчанский, уныло ковыряюший дольку апельсина, меланхолично наблюдал за этой беготнёй.

— Как дети, ей богу, — скрипнул надкрыльями сверчок. — Носятся, словно контуженная тля! У нас в полку за такую суету мигом на гауптвахту определяли. Какая война, когда пехота задницу на поворотах заносит, а артиллерия в потолок дымит? Срамота, а не выправка!

Я усмехнулся, взглянув на возмущённого сверчка, подтолкнул его пальцем к апельсину.

— Кушай свой паёк, барон, и не жужжи, — миролюбиво посоветовал я. — Пусть бесятся. Они и есть дети. Им ещё расти и расти до настоящих баталий.

Барон буркнул что-то неопределённое. Из всего я различил лишь про смену рациона и напитки покрепче водопроводной воды.

Делая последний глоток чая, я приготовил ванну для нашей мадмуазель, и сходив в душ, растянулся на диване.

Затем вспомнил, что так и не связался с Покровским. Набрал его номер.

— Горай, — бросил я вместо приветствия.

— Слышу, — отозвался в таком же стиле Покровский, и на фоне раздался странный звук, очень похожий на цокот когтей по дереву.

— Не спишь?

— Дежурю.

— Тогда коротко, — произнёс я.

В это время Живчик добрался до Искорки. Залез на стул, попытался сунуть лапу в тазик, на что получил в ответ пару струей дыма в мордашку и упал на пол. Сверчанский не выдержал, захохотал.

Я же закрыл динамик рукой, шикнул, успокаивая по Сопряжению и терьера и саламандру. Ещё не хватало тут мне гладиаторские бои посреди ночи устраивать. Соседи точно не поймут.

— Дело срочное, — продолжил я разговор. — И по телефону не пойдёт. Так что встретиться нужно в ближайшее время.

— Получается, что завтра.

— Днём?

— Днём приём, — сообщил Покровский. — Приезжай вечером, после закрытия. Тогда никого не будет, и я весь твой.

— Вечером так вечером, — я не возражал, прикидывая по времени. Должен успеть до комиссии. — Я буду не один.

— Ты кого-то из знакомых хочешь привести в клинику? — отозвался удивлённо Покровский. — Зачем?

— Одного знакомого сверчка, — улыбнулся я.

— Хорошо, если так, — услышал я задумчивый голос Михаила.

На этом созвон был завершён, и я переключился на чаты.

Перекинулся парой сообщений с Полиной, затем с Серёгой, который сообщил, что надо бы руки поотрывать тем, кто вёл проводку в цоколе. После переписки я завёл будильник, закрывая глаза и моментально провалился в сон.

Утро на базе гильдии выдалось солнечным и довольно суетливым. Эхо вчерашней победы не просто витало в воздухе. Все были воодушевлены и готовы бить рекорды.

Кира, сияя как новенький пятак, торжественно собрала команду в холле. Под одобрительный гул бойцов владелица гильдии перевела миллион рублей на основной расчётный счёт гильдии и тут же, не отходя от кассы, выплатила всем задолженности. Оклады и неплохие премиальные.

Дэнни, едва дождавшись зачисления денег на карту, тут же уткнулся в смартфон.

— Наконец-то я его куплю, — довольно сообщил он.

— И что там? — Лера выгнула шею, заглядывая через его плечо. — Очередная блестяшка?

— Пф-ф-ф, — скривился Ветров. — Ты меня совсем не знаешь. Бронированный чехол, с неоновой подсветкой. Их разбирают только в путь.

— Значит я не ошиблась, — ехидно улыбнулась Соколова. — Лучше бы копить научился, транжира.

— Надо жить здесь и сейчас, — улыбнулся Ветров, отвлекаясь на покупку. — Иди к папочке. Вот так.

Костя Смирнов стоял в сторонке, звонил родителям. Паренёк светился от гордости. Насколько я понял из контекста, он им перевёл половину своей премии и хвастался, как его слайм остановил каменного панголина.

Артём Сергеевич посматривал на экран, бормоча что-то про новый холст и очередную порцию клея.

Я поводил взглядом Киру, заглянул в коридор. Там, на небольшом диванчике скучала Наташа, болтая ногами в воздухе и настороженным взглядом посматривая на Киру. Владелица гильдии замерла, затем удивлённо перевела взгляд на бабу Зину, которая появилась в коридоре. Между ними начался непростой разговор.

Неужели Кира не прочла моё сообщение? Видимо так и есть. Она явно не ожидала увидеть ребёнка на нашей базе и теперь расспрашивала уборщицу, что происходит.

Я подтянул Живчика, который что-то унюхал в углу, услышал шуршание Искорки из переноски. Направился к племяннице Леры. Затем присел рядом с ней.

— Хорошенький. Можно погладить? — Наташа потянулась к севшему у моих ног Живчику, и тот тявкнул.

Девочка отдёрнула руку. А я на всякий случай остепенил терьера через Сопряжение. Он так всегда реагировал на незнакомых людей.

— Не бойся, он не укусит, — улыбнулся я. — Как тебе новая комната?

В стороне Кира повысила голос. Баба Зина отнекивалась, упомянула моё имя.

— Мне понравилось. Лучше чем на прошлой квартире, — лучезарно улыбнулась Наташа, поглаживая Живчика. — Он такой пушистый. Как игрушка.

— И быстрый, — добавил я. — Это вихревой терьер. Его зовут Живчик. Ты знаешь, что вихревые терьеры развивают такую скорость, что могут запросто обогнать автомобиль?

— Вот это да! Нет, я не знала! — в глазах Наташи заплясали весёлые огоньки. — Вот бы посмотреть на это!

— Как-нибудь покажу, — пообещал я, взглянул на время. Девять утра. — Кстати, тебе в школу пора.

— Лидия Александровна заболела, у нас двух уроков не будет, — огорчённо, тщательно скрывая радость, сообщила племянница Леры, затем бросила игривый взгляд на переноску. — А там ящерица?

— Огненная саламандра, — поправил я её. — Искорка.

— Она огнём стреляет? — округлила глаза девочка.

— Да, в этом она мастерица, — улыбнулся я в ответ, слыша, как Кира переходит на повышенный тон. Затем достаёт телефон. Из внутреннего кармана послышалась ритмичная мелодия. — Посторожи моих зверят, Наташа. Я быстро.

Худенькая девочка засияла ещё сильней, начала разговаривать с терьером и саламандрой, как со своими куклами.

Я же подошёл к Кире.

— Вот ты где, Артур, — напряжённо произнесла владелица гильдии. — И как это понимать?

— Давай отойдём в сторонку, — предложил я, пристально посматривая на возмущённую Киру.

Баба Зина вздохнула, перехватила швабру с ведром и направилась по коридору в свою бытовку.

— Артур, ты в своём уме? Детям тут не место, — строго произнесла Кира. — И это перед проверкой. Если увидят здесь ребёнка, сразу спросят разрешение. У нас тут не зоопарк, а гильдия, с боевыми питомцами.

— Но ты не знаешь, почему она здесь. А это важно, — подчеркнул я, и рассказал о ситуации, в которой оказалась Соколова со своей племянницей.

Кира слушала внимательно, затем изменилась в лице, смягчилась. Взяла паузу.

— Я сразу предупреждаю, — заметила Воронцова, выставляя указательный палец. — Если что-то случится, я повешу всё на тебя.

— Сама посуди. Что может случиться? Питомцы на Сопряжении, рядом с ними их хозяева. Я рядом. Артём Сергеич, — произнёс я.

— Ты забыл про эту… сороконожку. Она ведь дикая… Как там их называют? Ферал, — Кира всё же не собиралась успокаиваться. — А если она укусит ребёнка? Если вдруг аллергия…

— Мы с Полиной следим за этим, — холодно произнёс я, ставя точку. — Всё. Надеюсь, тебе от этого станет легче.

— Я не против того, чтобы приютить ребёнка. Не оставим же мы его на улице? Но надо подумать, куда её спрятать, когда сюда приедет инспекция.

Я подтвердил, что придумаю, как выйти из этой ситуации, и на этом Кира успокоилась. Всё же теперь она доверяет мне чуть больше, чем в первый день моего появления в гильдии.

— Кстати, я вчера свела дебет с кредитом, — тихо продолжила Кира. — Впритирку, но нам хватает на те самые вольеры с полным климат-контролем. Если оплатить сегодня, успеют поставить до проверки. Даже останется немного на мелкие расходы.

Я не отрывал взгляда от воркующей с моими питомцами Наташи. Живчик уже вылизывал ей руку, а Искорка тыкалась носом в прутья переноски, рассматривая новенькую.

— Лучше не спешить, — я остановил владелицу гильдии, переводя на неё взгляд. — Ничего не покупай. Когда придут официальные условия от инспекции, посмотрим.