— Господин Вальд может распорядиться снять дополнительные комнаты.

— Не надо.

— Я сообщу ему.

— Сообщите.

Она не ушла.

— Что-нибудь еще?

— Ваши сундуки уже отправлены в гостиницу два дня назад.

Это совпадало с квитанцией.

— Тогда возьму только эти вещи.

Я показала на кофр.

Женщина посмотрела на него, потом на меня.

— Госпожа, простите, но вы точно хорошо себя чувствуете?

— Сегодня этот вопрос задают подозрительно часто.

— Вы обычно не отказываетесь от помощи.

Интересно.

— Сегодня необычный день.

Она не стала спорить.

Когда дверь закрылась, я быстро собрала бумаги, тетрадь и кошелек. Несколько платьев пришлось оставить. Разбираться в чужом гардеробе сейчас хотелось меньше всего.

На дне кофра нашлась еще одна небольшая книжка.

Не рецепты.

Список расходов.

Я пролистала несколько страниц и увидела регулярные платежи за продукты, аренду кухни и оплату двух помощников.

Мавена действительно работала там.

Тайно.

Я уже собиралась закрыть книжку, когда заметила имя.

Брина Сель.

Рядом была сумма и пометка: «За два вечера. Согласилась помочь с печью».

Имя встретилось еще три раза.

Если Брина работала с прежней Мавеной, она могла знать значительно больше Керрана.

Я запомнила адрес кухни из договора.

Западный квартал.

Туда следовало попасть как можно скорее.

Но сначала гостиница.

Когда я спустилась, Керран стоял в холле.

Похоже, новость о моем отказе от служанок добралась до него быстрее меня.

— Ты действительно уезжаешь с одним кофром?

— Остальные вещи уже там.

Он посмотрел на кофр.

— Мавена, гостиница находится в десяти минутах езды отсюда.

— Удобно.

— Я не об этом.

— А о чем?

— Ты ведешь себя так, будто собираешься исчезнуть.

На секунду мне стало неуютно.

Возможно, именно это и собиралась сделать прежняя Мавена.

— Если бы я хотела исчезнуть, вряд ли сняла бы гостиницу в десяти минутах от вашего дома.

— Нашего дома.

Я поправила перчатку.

— Мы уже обсуждали это слово.

— Мы ничего не обсуждали. Ты поставила меня перед фактом.

— Теперь знаете, как это ощущается.

Он понял намек сразу.

— Я не ставил тебя перед фактом.

— Сегодня утром вы уже приняли решение, когда председатель задал вопрос.

— Потому что знал, какой вопрос зададут.

— А мне сказали?

Керран замолчал.

Ответ я получила.

— Вот именно.

— Мы говорили об обвинении вчера.

— Вы говорили. Я не помню этого разговора.

— Это уже второй раз, когда ты утверждаешь, что чего-то не помнишь.

Проклятье.

Нужно было осторожнее.

— За сегодняшний день произошло достаточно, чтобы у меня путались разговоры.

— У тебя ничего не путалось в зале.

— Там обсуждали мою работу.

— Которой, по твоим словам, раньше не существовало.

Я посмотрела на него.

— По моим словам?

— По твоему поведению.

— Это разные вещи.

— Мавена, ты последние месяцы скрывала от меня кухню, расходы и участие в конкурсе.

— А вы эти месяцы не заметили.

Он чуть отступил.

Не физически. Просто в лице что-то изменилось.

Я поняла, что попала туда, куда не собиралась.

Разговор уже не касался сегодняшнего заседания.

Он касался их брака.

А я не знала достаточно, чтобы судить.

— Мне пора.

Я взяла кофр.

Керран перехватил его раньше.

— Я сам.

— Не стоит.

— Он тяжелый.

— Я справлюсь.

— Я вижу.

Но кофр он не отдал.

Спорить из-за багажа было слишком глупо даже для нашего странного утра.

Мы вышли к экипажу.

Керран поставил кофр внутрь, закрыл дверцу, но не отступил.

— Через семь дней я буду на первом испытании.

— Это не обязательно.

— Для тебя, возможно.

— Для меня тоже.

Он посмотрел прямо на меня.

— Мне нужно понять, что происходит.

Вот тут спорить было сложнее.

Если бы мой супруг после восьми лет брака внезапно не узнал адрес дома, заговорил с ним на «вы» и заявил, что участвует в конкурсе по профессии, которой никогда не занимался, я бы тоже захотела понять.

— Тогда приходите.

— Приду.

Я села в экипаж.

Керран закрыл дверцу.

Только когда дом исчез за поворотом, я позволила себе открыть тетрадь снова.

Семь дней.

Мне нужно было за семь дней понять работу женщины, которая училась кондитерскому делу самостоятельно несколько месяцев.

И победить человека, который, судя по его рукам, занимался этим профессионально годами.

Задача становилась все приятнее.

Брину Сель я нашла на следующий день.

Она работала в той самой арендованной кухне в западном квартале и встретила меня с таким выражением, будто была готова выставить за дверь.

— Я думала, вы не придете.

— Почему?

— После вчерашнего?

Она вытерла руки о передник.

Кухня была небольшой, но хорошо оборудованной. Две печи, длинный рабочий стол, шкафы, медная посуда, формы разных размеров.

На полке стояли коробки с подписями.

«Север».

«Побережье».

«Центральные земли».

Я подошла ближе.

— Вы знали о коллекции?

Брина посмотрела на меня внимательнее.

— Я помогала вам с ней почти четыре месяца.

Четыре.

— Расскажите.

— О чем?

— Обо всем.

— Госпожа Мавена, вчера вы знали все не хуже меня.

Я сняла перчатки и положила их на стол.

Придется придумать версию, которую можно использовать хотя бы некоторое время.

— После заседания у меня провал в памяти. Не полный. Но некоторые вещи я помню плохо.

Брина не бросилась ко мне с вопросами.

Она просто смотрела.

— Насколько плохо?

— Настолько, что вчера я не узнала собственного мужа.

Теперь выражение ее лица изменилось.

— И вы поехали сюда одна?

— Я смогла найти адрес.

— Это, конечно, успокаивает.

Я невольно улыбнулась.

Она тоже, совсем чуть-чуть.

— Давайте договоримся, — сказала я. — Вы не будете относиться ко мне как к безнадежной сумасшедшей, а я не стану притворяться, что помню то, чего не помню.

— Вы хотите, чтобы я помогла вам подготовиться к Столам?

— Да.

— Даже не зная, что мы делали?

— Особенно поэтому.

Брина склонила голову.

— А вы сами все еще умеете?

Хороший вопрос.

— Проверим.

Через час я поняла две вещи.

Первая: прежняя Мавена действительно не была профессионалом.

Вторая: она обладала почти пугающим чувством вкуса.

Ее технические записи иногда заставляли меня морщиться. Она могла выбрать неудобную последовательность, неправильно оценить время или усложнить работу там, где существовал более прямой способ.

Но сочетания вкусов были точными.

Она понимала баланс.

Не всегда могла объяснить почему, зато чувствовала.

— Кто ее учил? — спросила я, изучая один из ранних вариантов.

— Никто.

— Совсем?

— Я показывала основы. Потом она читала все, что находила, и задавала вопросы.

— Почему именно вы?

Брина пожала плечами.

— Вы пришли сюда четыре месяца назад и спросили, сколько будет стоить аренда кухни ночью. Хозяин решил, что перед ним скучающая богатая дама. Я тоже.

— А потом?

— Потом вы три часа пытались приготовить одно и то же.

— Успешно?

— Нет.

Я рассмеялась.

Брина тоже.

— На следующий вечер вы пришли снова.

Вот это я уже понимала.

Я посмотрела на тетрадь иначе.

Предыдущая Мавена не ждала, что у нее получится сразу.

Она возвращалась.

Снова и снова.

— Почему тайно?

Брина перестала улыбаться.

— Вы никогда не говорили.

— Даже вам?

— Вы сказали только, что не хотите, чтобы Дом Вальд имел к этому отношение.

Я записала это мысленно.

Еще одна причина не просить Керрана о помощи.