– Ты должна это увидеть, – сказала Мала, распахнув входную дверь.

Снаружи ждали Тилль и Йонас. По выражению их лиц было понятно, что случилось нечто невероятное.

– Остров сегодня ночью снялся с места и уплыл в океан, и с холма уже видно статую Свободы? – озвучила Альва самую абсурдную догадку из тех, что пришли ей в голову.

Тилль нервно подбрасывал йо-йо и казался очень расстроенным.

– Элвин сегодня ночью приземлился в школьном саду!

Альва поначалу не поняла, что это значило.

Они все вместе побежали в сад.

– Глазам своим не верю! – ахнула Альва, когда увидела вырванные с корнем и потоптанные растения. Там, где ещё пару дней назад были грядки, теперь пролегали глубокие борозды. Между громоздящихся земляных глыб бродили разноцветные овечки и дожёвывали остатки вьющейся фасоли. Растоптаны были даже теплица и сарай с инструментами.

– М-да. Всё-таки грядки надо было зацементировать, – проворчал Йонас.

Вслед за ними прибежала и фрау Хармс.

– Да что же это такое! – воскликнула жена завхоза.

Все они в полном молчании подавленно разглядывали разорённый огород. Альве хотелось разрыдаться. Столько трудов насмарку! И тут её как молнией ударило. О нет! Только не это!

Альва бросилась к разрушенному сараю для инструментов и начала разгребать завал из сломанных досок.

– Помогите мне!

– Не обязательно наводить порядок прямо сейчас, – крикнула ей фрау Хармс.

Но Альва и не подумала останавливаться.

– Пожалуйста, нет! Пожалуйста, нет! – причитала она.

Тут между досками показался синий ремень. Она потянула за него изо всех сил, но сумка застряла.

– Альва? Что случилось? – спросил Тилль.

Альва в отчаянии снова потянула сумку за ремень.

– Там мой планшет, – всхлипнула она. По щеке у неё скатилась слеза.

Тилль ногой отодвинул в сторону огромный ком земли.

– Не переживай, мы его достанем, – утешил он Альву.

Мала вместе с Йонасом приподняла тяжёлую доску, а фрау Хармс вытащила из-под неё несколько камней. Тяжело пыхтя, Мала отогнула металлический прут, Тилль вытащил сумку и сразу же заглянул внутрь.

Альва зажмурилась.

– Что там? Им ещё можно пользоваться?

– Ну если ты сумеешь собрать пазл из двухсот кусочков, то можно, – тихо ответил Тилль.

– Что? – воскликнула Альва и, собравшись с духом, заглянула в сумку.

– Я бы сказал, скорее из пятисот, – заметил Йонас.

– Господин Петрулла выйдет из себя. Я так надеялась, что мне больше не придётся выслушивать лекцию о том, как нельзя обращаться с техникой, – прошептала Альва, не в силах поверить своим глазам.

– Но иногда надежды рушатся вместе с сараями! Ничего, он поймёт, что это вышло случайно, – сказала Мала и положила руку Альве на плечо.

– Ну почему же я не забрала сумку сразу? – тихонько хныкала Альва по пути в столовую.

– Ты же не знала, что сарай с инструментами вот так просто возьмёт и разрушится… Никто не знал, – утешала её Мала.

– Не разрушится, а будет разрушен, – поправил её Йонас.

Пока они с друзьями шли по фойе столовой, Альва немного успокоилась. В конце концов, она и правда не виновата в том, что планшет испорчен. Даже господин Петрулла не сможет этого отрицать.

Она бросила взгляд на информационную доску, где сейчас показывали меню на неделю. Время от времени там появлялось и стихотворение.

– А вы когда-нибудь задавались вопросом о том, по чьей воле на доске вдруг всплывает стихотворение? – спросила Альва у друзей, когда они подходили к линии раздачи.

Мала внимательно посмотрела на неё.

– Хм. Ты хочешь спросить, стоит ли за этим какой-то человек или доска… живёт своей жизнью?

Тилль покачал головой.

– Ты же не считаешь, что доска сама пишет стихи, правда?

– Почему нет? – поинтересовалась Мала, выбирая йогурт.

– Я думаю, что за этим стоит человек, – решила Альва.

Она внимательно вгляделась в мюсли. Снова изюм! А за стойкой раздачи даже нет Элвина, которому можно было бы на это пожаловаться.

Они заняли столик на террасе. Вскоре к ним присоединилась Ленни.

– Вы что, снова разрушили школьный сад? – спросила она, окинув их строгим взглядом.

– Неа, на этот раз мы тут совершенно ни при чём, – поспешила ответить Мала.

– Но мы знаем, кто это был! – сказал Йонас.

– А вот и он, – прошептала Альва, кивнув в сторону Элвина, который только что вошёл на террасу и направился прямиком к ним. Казалось, он был вне себя от ярости.

– Это вы? А? – крикнул он ещё издалека.

Йонас, на которого сердитое сопение Элвина не произвело никакого впечатления, приторно-сладким голосом пропел:

– О, доброе утро! Решил позавтракать в нашей компании? Наконец-то моя мечта сбылась.

– Прекрати, – огрызнулся Элвин, однако сел на последний свободный стул.

– Я серьёзно: это вы сделали? – повторил он свой вопрос.

– Школьный сад мы не разрушали, – раздражённо ответила Альва. Ну что за люди – стоит всего один разочек вылить на грядки озеро, и вечно будут припоминать!

Элвин отмахнулся.

– Этот ваш сад вместе с огородом волнует меня меньше всего. Кто из вас нажаловался на меня господину Боммеру, а? Кто сказал ему, что это я всё ломаю и крушу?

– Э-э-эм, никто из нас. Хотя мы и знаем, что это ты, – ответила Мала, отхлебнув из кружки.

Тилль взял со стола йо-йо. Хмуро наблюдая, как оно движется вверх-вниз, он внимательно слушал разговор.

Элвин разозлился не на шутку:

– Да сколько можно? Я ничего тут не ломаю! И я никогда не летал по ночам.

– Откуда нам знать, что это правда? – спросила Мала.

Элвин в отчаянии вскинул руки и закричал:

– Потому что я это говорю! Меня что, никто не слышит?

Не отводя глаз от йо-йо, Тилль спокойно ответил Элвину:

– Мы тебя слышим. Но мы знаем, что ты врёшь.

Йонас перегнулся через стол.

– «Это не мой след», – немного гнусавя, изобразил он Элвина. Вышло очень похоже.

Элвин прожёг его взглядом и вспылил ещё больше:

– Да никому нет дела до ваших дурацких следов на песке! Вы знаете, что Боммер грозит вышвырнуть меня из школы, если разрушения не прекратятся?

Йо-йо Тилля с громким стуком упало на пол. Он в испуге уставился на Элвина.

– Что-о-о-о? – в ужасе воскликнули Мала и Йонас.

Альва лишь покачала головой и тихо пробормотала:

– Но он не может этого сделать!

– Ещё как может, – возразил Элвин, яростно кивая в подтверждение своих слов.

– Для этого ему нужны доказательства, что это был ты, – уверенно заявила Альва.

Элвин фыркнул.

– Он на меня с самого первого дня зуб точит. Не нужны ему никакие доказательства.

Альва нехотя согласилась, что опасения Элвина были не такими уж беспочвенными.

В разговор вмешалась Мала.

– И всё-таки он не может подозревать тебя просто так.

– Но вы-то подозреваете, – вздохнул Элвин. В его голосе слышалось настоящее отчаяние.

Тилль поднял с пола йо-йо и принялся задумчиво разматывать шнурок.

– Ты ведь бываешь тайком на пляже?

– Нет, – серьёзно ответил Элвин.

– А откуда же там взялись отпечатки твоих лап?

– Понятия не имею! И они не мои, – раздражённо огрызнулся Элвин и вдруг потупился. Когда он поднял голову, Альва с удивлением заметила, что в глазах у него стояли слёзы.

Какое-то время все молчали, а потом Элвин хрипло сказал:

– Это правда был не я!

Он встал и стремительно вышел с террасы.

Йонас посмотрел ему вслед, качая головой.

– Я сам в шоке от того, что собираюсь сказать, но… Кажется, я ему верю, – задумчиво проговорил он.

Мала кивнула. Альва тоже вынуждена была признаться, что считает Элвина невиновным.

– Вы что, всерьёз купились на его крокодиловы слёзы? – возмутился Тилль. Он резко вскочил, сунул в карман йо-йо и вышел из-за стола.