Вокруг стояли с мечами наголо, прикрываясь щитами, два десятка легионеров.

Глава XXVI

Пророчество

Окружение, в котором росла дочь царя Сусага, крепко прописало ей мысль о том, что в первую очередь она — суровый воин, что коня на скаку остановит. И только во вторую — девица-красавица. В беспомощную «девушку в беде» она за минувшие два месяца наигралась вдосталь и продолжать не собиралась.

Когда Деян вернулся без Варки, Фидан первым делом чуть его не прибила на месте, а потом развела бурную деятельность. Перевернула «Бобра» вверх дном.

Сам опешивший от новостей Тектомар попятился под её напором, отвечая, кто из римского начальства тут главный, перед кем можно стать с суровым лицом руки в боки, а перед кем не стоит.

Это самое «не стоит» Фидан благополучно проигнорировала. Через некоторое время три улицы канабы узнали, что у вышибалы из «Бобра» оказывается есть жена и она свирепа настолько, что Второму Вспомогательному удастся с ней справиться, только если действовать в строгом соответствии с уложениями книги Секста Юлия Фронтина. О стратигемах которая.

Легионеры лишь каким-то чудом не дали Фидан прорваться через Преторианские ворота. Она требовала к себе префекта лагеря, примипила и центуриона Тициана. Привратная стража узнала много нового о своих матерях и собственных противоестественных наклонностях. Фидан демонстрировала отличные познания в римской брани. Наука Язадага!

Когда же легионерам надоело её слушать, они предприняли попытку захвата, с целью удаления вздорной бабы подальше от ворот. Однако буйнопомешанная оказалась совсем не проста, одному бедолаге засадила пяткой в пах, другому засветила в глаз, вывернулась и немного отступила. Заняла более выгодную позицию. Шуметь и обзываться не прекратила.

Нет, её, конечно, скрутили бы, чудес ведь не бывает. Но вокруг суетился, причитал и увещевал «только миром» Тектомар.

Из валетуденария был вызван Минуций. Со своим спасителем дикая девица разговаривала уже со всем уважением. Медик пообещал выяснить, что происходит, а бывшую больную попросил пока пройти в таберну и успокоиться.

Этому совету она, наконец, последовала. И вот там, в «Бобре», обнаружила, что Деян вернулся вовсе не один, а с неким человеком в чёрном плаще.

И этот некто Фидан сразу не понравился. Хотя он на всю таберну источал дружелюбие. А уж говорил как! Просто заслушаешься!

Все рабыни пузатого эрависка развесили уши.

— Нет, милые дамы, астролог, это вовсе не то же самое, что колдун! Я не режу лягушек, не приношу кровавые жертвы в полнолуние в лесной чаще на потребу своей чёрной душе и ужасным подземным богам. Милая Айфе, я не могу приготовить приворот для любезного твоему сердцу легионера. Дорогая Латоя, я считаю недопустимым насылать порчу на твою хозяйку за то, что она отходила тебя мокрым полотенцем по заднице, кстати, очень даже симпатичной. Нет-нет, я сейчас не про хозяйку. Да-да, именно про задницу. Нет, не стоит мне её показывать прямо сейчас. Погладить? Ну, разве что слегка.

— Кто это? — спросила Фидан у Деяна.

Мастер сидел в тёмном углу и смотрел на мужчину в чёрном, окружённого девицами. И взгляд какой-то очень странный. Фидан показалось, что мастер опять где-то витает, спит с открытыми глазами, но, присмотревшись, она заметила, что весь его облик как-то неуловимо изменился. Вроде прежний. Русая борода лопатой. Ан нет. Да только никому того не понять. Кроме её, дочери своей матери.

— Его зовут Нигидий.

— Он из урумов?

Деян кивнул.

— С тобой что ли приехал?

Мастер улыбнулся, будто хищно оскалился.

— Со мной.

Фидан удивилась. Вот вроде бы совсем простая фраза, и не на латыни произнесена, а на сарматском языке, который бывший раб Армаг знал не хуже родного. Что же ей показалось странным? А может и не в словах дело, а в тоне? В ухмылке этой?

— … и не про гадания сия наука, — продолжал вещать Нигидия, — тут, милые дамы, точный расчёт. Как говорят эллины — матэматикэ технэ! Искусство вычисления!

Он ткнул пальцем в потолок, давая понять, сколь важны сии слова.

Деян шире прежнего оскалился. Нигидий вдруг повернул голову в его сторону и взглянул исподлобья. Злобно.

— Ведаешь, кото, чьё мясо яла еси? — прошептал Деян.

— Ты чего? — спросила Фидан.

Он не ответил, а девушке стало не до мастера: в таберну вошёл Минуций. Фидан сразу метнулась к нему. Они сели за стол.

— Дардиолай в крипте, — рассказал ординарный медик, — в темнице, то есть.

— За что⁈ — вскочила Фидан.

— Сиди, не суетись. Мутное дело, я мало что понял. Задержан потому, что у него нашли кое-какие легионные акты.

— Его что, в краже обвиняют?

— Нет, — покачал головой Минуций, — тут явная подстава, за милю видать. Как-то всё грубо, на живую нитку. Может и не на него вовсе удар-то направлен. Он просто случайно под него угодил. Там была драка и он кое-кого убил.

Минуций пересказал то, что услышал от Веттия Латрона, который пока остался в лагере легиона.

— Саурмаг, — уверенно сказал девушка, — если Варка и правда узнал кого-то из языгов, да при этом сразу за топор схватился, то это мог быть только Саурмаг.

— Говорят, он сбежал.

— Это его стрела заставила тебя явить лекарское чудо.

Минуций покачал головой.

— Прыткий малый. Но про «явить чудо» ты не права. Я ведь уже говорил тебе, что кто-то из богов особым благоволением тебя в мире живых удержал. Ты уже почти за порог смертный шагнула.

Фидан это знала. Скосила глаза в сторону Деяна. Минуций это заметил и тоже украдкой взглянул на мастера.

Тот не глядел на них, зато пожирал взглядом Нигидия. Астролог же его явно чувствовал и как по волшебству вдруг утратил своё дружелюбие и болтливость. Помрачнел и беседу с девушками свёл на нет. Получил от подавальщицы Айфе вино, но даже не притронулся к нему. Качал в руке чашу и смотрел внутрь.

Обсуждать собственное исцеление Фидан не стала. У неё сейчас было другое на уме.

— Как же мне быть? Как мужа выручать?

— Не суетись. Я думаю, тут нет ему угрозы. Начальство во всём скоро разберётся.

— Верно, — прозвучал голос за спиной.

Фидан вздрогнула. Вот когда он успел подойти? Только что в десяти шагах сидел.

Нигидий подсел к ним.

— Уважаемый, ты часом не из командного состава легиона?

— Нет, — ответил Минуций и представился.

— Но может ты сможешь свести нас с начальством? Видишь ли, у нас с этой милой девушкой цели во многом совпадают. Мы оба не хотим, что пострадал невиновный. Для этого мне нужно попасть к наместнику.

— Тебе известны какие-то детали дела, из-за которого Дардиолай в крипте?

— Кое-чему я действительно стал невольным свидетелем, но наместника хочу увидеть по другой причине. А вот результат нашей встречи, я очень надеюсь, обеспечит расположенность пропретора к моей скромной персоне и благополучное освобождение мужа Фидан.

Минуций некоторое время изучающе его разглядывал, потом сказал:

— Я сведу тебя с Марцием Турбоном,

Нигидий кивнул и отошёл к Тектомару. Они о чём-то коротко поговорили, Нигидий всё время улыбался, а эрависк слушал, сложив руки на животе, всем своим видом демонстрируя полнейшее благодушие. После чего отвёл гостя в его комнату. Фидан могла поклясться, что про деньги там не было сказано ни слова.

Деньги Алатрион действительно не доставал. Тектомар отчего-то захотел предоставить ему лучшую комнату совершенно бесплатно.

Стрикс лёг на кровать. Уже смеркалось и эрависк любезно предложил гостю лампу, но тот вежливо отказался.

Лежал и смотрел в потолок.

Было о чём подумать.

Как она его нашла? Неужели с самого начала всё предвидела?

Он коснулся пальцами амулета.

Но ведь этот мастер-резчик тут давно.

— Дурень ты еси, — прозвучал голос Деяна.

Тот вошёл в комнату не скрипнув дверью, и костылём не громыхнув.

Алатрион сел в постели.