Подняв руку, я оборвал речь Паладина.
— Отец Руми, я уже согласился.
— Правда? — уточнил инквизитор после недолго молчания. — Без дополнительных условий?
— Без.
— Ну… Это похвально. Не ожидал.
— С психологическим портретом не сходится?
Паладин рассмеялся:
— Вообще не сходится.
— Знаете, отче, я не дурак. У моего Рода выстраивается мощная экономика, доходы растут, и… Я бы сказал, что после определённого порога деньги начинают представлять весьма условный, схематический интерес. Безопасность для меня важнее. С вашей конторой мы более-менее находим общий язык. Военные конфликты с другими странами пока не разгораются. А вот кранги… Они меня беспокоят. Так что я буду сражаться не за вас и не за империю. Я защищаю будущее своей семьи.
— Понимаю, — кивнул Руми.
— Очень хорошо. Теперь главный вопрос: в этом противостоянии все средства хороши?
Инквизитор замялся.
Начал прощупывать почву:
— Барон, уточните, пожалуйста. Какую именно технологию вы подразумеваете?
Наши взгляды встретились.
Я уже обдумал положение людей. И средства, которыми располагаю. Конечно, придётся тестировать перемещение через многомерность, но я практически уверен, что это сработает. Ну, не могут эти ящерицы контролировать всё многообразие измерений. Слишком круто для них.
То, что я сейчас предложу, повлечёт последствия.
Потому что Паладины узнают, что оно у меня есть.
Но и ставки сильно выросли.
— Расширитель, — сказал я.
Всё.
Ставки сделаны, ставок больше нет.
Если я ошибся, к моему столику поспешат люди из службы безопасности казино. Вытянут из-за стола, заломают руки и уволокут за пределы игрового зала. Никто не вспомнит о моём существовании.
Руми молчал долго.
Очень долго.
Затем произнёс:
— Я так и знал, что вы замешаны в той истории. Доказать ничего было нельзя, но у меня чуйка на такие вещи. Расширитель, значит.
— Это не оружие массового поражения, — напомнил я.
— Нет, — согласился Руми. — И всё же, Расширитель чрезвычайно опасен.
— Потому что у вас нет противоядия, — хмыкнул я.
— Да, — инквизитор не стал лицемерить. — Прежде всего, поэтому.
— И я могу сказать, — продолжаю развивать свою мысль, — что, например, вырежу верхушку Супремы, если вы пойдёте против моего Рода. А сам займусь разработкой атомной бомбы, потому что я псих.
— Вы этого не сделаете, — спокойно возразил Руми.
— Не сделаю. Но имею возможность.
— Если честно, мы можем блокировать любые аномальные процессы в отдельных комнатах, — выдал интересную информацию Паладин. — Но это сильно ограничит наше руководство в перемещениях.
— Само собой.
— Впрочем, и у нас есть последний аргумент, — улыбнулся Руми. — Кормчие.
— Редактирование судьбы, — кивнул я. И поспешно добавил: — Это аргумент.
Для других.
Не для таких, как я.
— Да, — подтвердил инквизитор. — У нас, если можно так выразиться, патовая ситуация. Вы имеете рычаг в виде Расширителя, мы — в виде мойр.
— Но я не планирую завоёвывать мир, учинять массовый геноцид или превращать Землю в радиоактивную пустошь.
— Удивительные у вас познания, — задумчиво протянул Руми.
— Сны — штука интересная.
— Особенно, если их видят люди из альтернативных вселенных. Да, господин Иванов?
— Вам виднее, Руми. Не оттуда ли вы почерпнули идею своей Тайной Сети? Тоже, к слову, запрещённая технология. Вами же.
— Вскрываете карты, — напрягся Руми.
— Да ничего я не вскрываю. У нас откровенный разговор. Вы многое понимаете, я — тоже многое. И, безусловно, вы держите меня на карандашике, как опасного отступника. С которым надо будет разделаться в будущем… если только он вам ещё не пригодится.
— В это «если» всё и упирается, — вздохнул Паладин.
— А ведь сколько ещё вторжений может пережить наша хрупкая планетка? — начал я рассуждать вслух. — Разломы, древние транспортные сети, затонувшие города… Неведомо куда ведущие порталы…
— Любители краденых снов, — подхватил мою мысль Руми. — Разные там фобосы…
— О, — ему удалось меня удивить. — Не знал, что вы в теме.
— Запрет Даарина на проникновение в альтернативные сны затронул не только вас, — отрезал Руми. — Есть и другие… хм… структуры, промышляющие подобными вещами.
— Британцы, — догадался я.
— Не только они. Японцы и ещё кое-кто. Вы же не верили в свою уникальность, барон? Так вот, сейчас этот краник перекрыт.
— Может, и к лучшему.
— Думаете? — Руми посмотрел на меня с лёгкой иронией. — Как это у вас говорят… Пчёлы против мёда.
— Я взял достаточно.
— Никогда не бывает достаточно.
И тут меня посетила интересная мысль. Я ведь не рассказывал отшельнику о своей встрече с потомком Хастура. И вообще, Кормчие должны быть заинтересованы в том, чтобы Предтечи никогда не вернулись. Но инквизиция знает про отдельных отступников, с которыми заключаются джентльменские соглашения. И о том, что не все Древние покинули Землю, Супреме тоже известно. А я-то думал, что морфический контакт с Даарином — прерогатива церковников! Хрен там. Кормчие на то и Кормчие. Бдят.
— Что ж, — я вновь откинулся на деревянную спинку. — Паритет.
— Пока — да.
Вот это уточнение мне не понравилось.
Инквизиторы будут думать, прощупывать. Искать мои слабые места. И как только обнаружится уязвимость — ударят. Или прижмут к ногтю. Так, что не пискнешь. Не удивлюсь, если среди прочего у них есть вариант по моему привлечению в виде постоянного сотрудника.
И это ведь только вершина айсберга.
Я понятия не имею, что думают о моей персоне Кормчие. Вдруг они уже пытались редактировать мою судьбу и потерпели неудачу? Тогда им известна моя истинная природа. Руми — слишком мелкая сошка в этой игре. Вероятно, о том, что я тронутый, знает лишь ограниченный круг лиц.
Ну, или я параноик.
Всё привык усложнять.
— Итак, буду испытывать Расширитель, — сказал я. — Вы дадите на это своё согласие?
— Дадим, — без колебаний ответил Руми.
— У вас настолько широкие полномочия?
— Широкие, — признал каратель. — Я здесь, с вами. А это означает, что меня наделили свободой в принятии решений. И то, что я сейчас пообещаю, превратится в гарантии Супремы.
— Хорошо, — кивнул я. — После того, как я перебью жрецов, вы закроете глаза на наличие этого артефакта? Зная, что он у меня есть?
Руми колебался.
— Это моё условие, — решил я дожать переговорщика.
— Вы же согласились сотрудничать, — нахмурился Паладин.
— Да. Но вам нужен результат, насколько я понимаю, а он упирается в Расширитель. Других способов достать жрецов я пока не вижу. Дорогой мой отец Руми, если я спасу человечество от тотального истребления, будьте любезны пойти на ответные уступки.
— Это справедливо, — признал Руми.
— По рукам?
Я видел, как ему не хотелось давать это обещание. В своё время инквизиторы охотились за Расширителем, и не только они. Но я был очень нужен этой своре. Мировая элита струхнула. В одночасье все увидели, что наличие Дара в определённых условиях может не значить ничего. А ведь в примитивной сече, когда пехота людей схлестнётся с крангами, мы неизбежно проиграем. Звери сильнее, выносливее и быстрее человека. Лучше по всем параметрам. Даже конница нас не спасёт. Впрочем, откуда сейчас взяться коннице? Все давно перешли на мехи и моторизованные соединения, основу которых составляют броневики с мотоциклами. Причём, байки отличаются повышенной проходимостью, они заточены под бездорожье. Будет ли это аргументом в решающей сече? Нет. Потому что у противника тоже есть машины на ДВС. А ещё у них имеются арбалеты, которые мы запретили. А раз запретили — то и не производим в достаточном для оснащения армии количестве.
Интересно, арбалеты стреляют в блокирующем поле?
— Уболтал, — сдался Руми. — По рукам.
— Тогда держим связь, — я поднялся со скамейки. — Вы можете понадобиться в любой момент.
