Выдал так же артефакт связи с ним. Весьма полезная штука, но помятуя о том, что он передает не только звук, я буду держать его в шкафу. Под толстым, толстым слоем одежды. А может и в сейфе, который обязательно надо купить.

Кстати, начет денег! Мне пообещали, что в ближайшее время их тоже вернут. Да не только вернут, а еще и с приличной премией, которая как оказывается мне полагается за уничтожение одного из лидеров клана синоби. Не знал что этот ливитирующий старикан, окажется какой-то шишкой в управлении их клана. Хотя и догадывался. Наказующие его не прикончили во время ликвидации банды, следящей за отрядом и это о многом говорит.

То, что указ императора о награждении за головы недониндзя вышел позже, судя по всему никого не волновал. Да и я, конечно, не буду спорить. Кто я такой чтобы лишать многоуважаемых людей удовольствия выплатить мне денежки⁈

Даже не стал интересоваться насколько большая премия. Приятный сюрприз будет. Наверное, приятный.

На прощанье Белоусов предложил мне одного из своих магов жизни, чтобы присмотреть за Аней. Но я отказался.

Если у него приказ не вмешиваться в мои «чудеса», то и не надо. Я верю импланту о том, что непосредственно здоровью Ани ничего не угрожает, а для процесса восстановления я найму обычную сиделку. Но сам! Хватит матери моего ребенка участвовать в шпионских играх.

Белоусов попрощался и вышел, наказав что, если что ни будь случится немедленно вызывать его. Я пообещал, что непременно.

Ага.

Как только так уж сразу.

Во время разговоров мой желудок стонал и канючил — выпрашивая еду. Да и как ему было не выпрашивать, когда стол был накрыт? А уж как вся эта еда, стоящая на столе, умопомрачительно пахла!

Но я совершил героический подвиг!

Вместо того чтобы наброситься на эти блюда аки дикий и невоспитанный человек, после того, как за Ильей Аркадьевичом закрылась дверь, поднялся на второй этаж. Посмотреть — как там Аня.

Впрочем, здоровенный бутерброд с копченым мясом я уцепил и пока поднимался, съел его. Хотя эстетичное слово «съел», как-то не подходит к этому процессу. Ам, один укус моих молодых челюстей и нету бутерброда.

Аня все еще спала. В ее комнате, на стульчиках возле изголовья кровати, сидели Марфа, а с другой стороны Маркус. Я мазнул взглядом на спящую женщину, поманил моего начальника охраны, вышел и стал спускаться вниз по лестнице.

— Ушел? — Маркус догнал меня, когда я уже входил в столовую.

— Ага, ушел.

— О чем говорили?

— Сейчас расскажу, — ответил и с любопытством посмотрел на Лену, которая судя по всему уже оправилась от волнения и мазала большой ломоть хлеба паштетом. — Позови всех наших, пожалуйста. Пообедаем, а потом расскажу. А то, честно говоря, желудок уже к спине прилип.

Маркус усмехнулся. Понимающе кивнул и вышел из комнаты. А я уселся рядом с Леной.

— Нету у тебя терпежа! Не дождалась меня — попенял ее.

— Можно подумать! — Девушка заулыбалась. — А сам то⁈ Проводил уважаемого человека, забежал для того чтобы цапануть со стола здоровенный бутербродище и поскакал наверх не сказав ни слова. Так что ты первым начал.

— Хм… Не помню такого! Не было этого! А раз его светлейшество граф говорит, что не было, значит не было.

Судя по всему, к концу нашего разговора с Белоусовым она успокоилась. Вон, опять улыбается.

Но я конечно рад происходящим в ней переменами. Взрослеет! Мудреет. Что в общем-то неудивительно.

Столько событий, сколько произошло с ней за последние месяцы, не со всяким человеком происходит за всю жизнь. Тут поневоле взрослеть и мудреть будешь.

Я показал ей язык и стал накладывать в тарелку вареной картошечки.

Да с пахучими семечками маслицем…

Да со свежим, молодым укропчиком…

Так, кладем на язык кусочек картофана. Закусываем свежим, ржаным хлебом с паштетом.

М-м-м! Ум отъешь!

Ничего, что холодное. Голод лучшая приправа.

Кто-то скажет — что это он? Все о еде, да и о еде. А вы попробуйте месячную голодовку. Вот то-то же. Я бы сейчас и подошву съел, а уж такие яства, которые сейчас на столе ни за что не пропущу.

Не отдам никому! Все съем!

Наконец-то снова открылась дверь пропуская мою гвардию. Мрачные мужики рассаживались за стол, от которого их выгнал Белоусов полчаса назад. Понятно, конечно, что он не хотел лишних ушей, да и случайных жертв в случае чего. Но по моему это чистое скотство не дать людям отобедать когда все уже собрались за столом.

Так… А что у нас в большой глиняной супнице? Ну ка…

Ага! Борщ!

Нальем…

Да побольше, побольше… И сметанки подложим.

Мужики, глядя на то, как деловито и не спеша хозяйничаю на столе, начали оживляться. Греметь посудой накладывая себе еду.

— Лен, тебе борщ налить? — запоздало спросил я, ополовинив свою тарелку. Ну, как говорилось в одном старом мультфильме — братец Лис не джентльмен. Да и какой из меня джентльмен. Защитник, убийца, но никак не благородный денди. От слова совсем.

— Спасибо, Леш! — улыбнулась она. — Я наелась.

Быстро она. Пара бутербродов со стаканом морса и уже сыта. Очень выгодная жена в случае чего. Хе-хе.

— К тому же на занятиях в Академии я редко ем в это время. —продолжила Лена.

Я мысленно хлопнул себя по лбу.

Конечно! Занятия в Академии. За всеми событиями этого дня у меня совсем из головы вылетело, что я минуточку студент первого курса!

Занятия уже месяц как должны идти, а я злостно прогуливаю. Пусть и по уважительной причине, но все же.

— И давно?

— Что давно? — удивленно спросила она.

— Занятия идут?

— Уже неделю как!

Фух… Ну значит не совсем злостно прогуливаю. Но как так-то? Ведь ректор же сказал…

Оказалось, что сказал то он сказал. Но он никак не учитывал войну, развязанную синоби. Пока ловили их боевые группы в столице, пока охрана Академии не увеличилась, став вдвое большей, занятий не было. Наверное, студенты были рады этим нежданным продолжением каникул. А уж как я был рад!

Как выяснилось из разговора с Леной, по большому счету эта неделя была «пустой». Предварительные распределения по факультетам… Организационные вопросы…

Занятий именно магией пока в общем-то не было и это было для меня хорошо. Но начало занятий опять-таки лично для меня значило, что завтра я должен выйти на учебу. Кровь из носу (возможно не из моего) но завтра буду. Я долго шел к этому и терять еще день из учебного процесса не собираюсь.

Лена, кстати, прогуливает сегодня.

Как оказалось, она почти каждый день забегала к нам с Аней. Проведать. Как свободная минутка выпадет. Сегодня с утра было свободное время, и она зашла в больницу.

Ладно. Ее прогул спишем на форс мажор.

Я вздохнул. Мне ж нужно как-то сказать ей, что она теперь отнюдь не двустихийный маг. Сказать и предостеречь от необдуманных поступков. Да и вообще надо оставить ее здесь, как минимум на несколько дней — понаблюдать за источником и подумать, как наладить ее обучение двум другим стихиям. Ее и Аню.

Да уж.

Моя ситуация и так была не проста, а так я усложнил ее на порядок. Причем сам. Собственными руками.

Одно дело скрывать от близких и друзей о моих способностях, другое дело если у нас в доме будут уже трое с почти аналогичными возможностями.

М-да. Это подводит меня к логичному шагу, который я должен был сделать еще в день боя с мастером-синоби.

Наконец-то провести мою гвардию через клятву роду!

Вы думаете после обеда мы пошли в ратушу?

Как бы не так. Мы пошли в банк. Зачем? Разумеется, за деньгами на расходы. Но, начну по порядку.

После того как мы утолили голод, то есть, я не бегал голодными глазами по столу, думая, что мне еще положить в тарелку, а чинно пил здоровенный стакан горячего чаю с пряником, я рассказал всей честной компании о моем разговоре с Белоусовым и подытожил предложением пойти в городскую ратушу. Предложение было принято на ура. Единственно, что меня искренне удивило это неожиданный вопрос от Лены о вхождении в мой род.