— Что это?

— Ну, ты точно с дуба рухнула, подруга! Вот только что нашла статью про рисинок твоих ненаглядных! Пишут, что они готовятся к предстоящим гастролям в Америке!

Джунки не очень понял, причём тут дерево, но при словах об американских гастролях его сердце сперва пропустило удар, а потом забилось в ускоренном темпе!

— Дай почитать!

— Читай, корешок! — хмыкнула Маринка. — Побежишь грабить банк и заказывать билеты до Лос-Анджелеса?

Взяв в руки Маринкин телефон, Джунки пробежал глазами довольно объёмную заметку. Писали о том, что группа ORYZA уже давно планировала американские гастроли, но до недавнего времени руководство хранило планы в тайне. Это он и так знал! Ещё добавляли, что все формальности улажены, и гастроли состоятся. Как раз по этому случаю информация и выложена в открытом доступе — на официальном сайте группы. Прямо сейчас идут последние приготовления и репетиции, буквально на днях состоится финальный прогон шоу в Корее, и уже в понедельник айдолы вылетают в Америку.

К статье были приложены многочисленные фото с репетиций мемберов и даже несколько видео. Джунки пересматривал их раз за разом, задаваясь одним вопросом: кто там? Ирка? Движения в танце чёткие, выверенные. Всё, как положено! Пожалуй, нетренированный глаз ничего и не заметит, но… Взгляд! Испуганный! Часто не в камеру, а куда-то мимо. Вот на одной из фотографий все ребята повернули головы влево, а макнэ уставился на Минджуна, словно ища поддержки…

Значит, дома всё идёт своим чередом, как запланировано. Ребята репетируют. Гастроли не отменили… А что, если это блеф? Чтобы не пугать никого и разобраться в ситуации, руководство просто наняло актёра, загримировали под него, под Джунки — ради нескольких фото и видео…

Да нет же! Джунки затряс головой, желая отогнать навязчивые мысли. Это точно был он! Вернее, его тело. Не актёр.

Джунки плохо спал, ворочался с боку на бок. Почему-то он подумал о паспорте — сам он документы всегда теряет и долго ищет их перед самым вылетом. Что сделает Ирина? Если, конечно, это она там. А кто же ещё может быть? Если он, Джунки, здесь, в теле девчонки. И его тело живо и здорово… По логике вещей, там должна быть Ирка!

Хотя какая, к чёрту, тут может быть логика!

Встал ночью. Голова кружится, как от спиртного. Тело ватное — его и не его. На минуту он поверил, что всё произошедшее — просто абсурдный сон! На автопилоте дошёл до ванной комнаты, умылся. Поднял глаза и застыл, напряжённо вглядываясь в зеркало: нет, в отражении всё ещё она… Стекло пошло волнами, отражение зарябило. Образ напротив стал меняться, то показывая его самого, то Ирку. Глаза девочки стали испуганными, будто она его увидела и узнала! Но как? Джунки протянул руку, упершись в холодное стекло.

— Ирка! Ирка!

Щелчок. Всё вокруг озарилось ярким светом. Джунки зажмурился и проснулся. Он сел на кровати. Рядом стояла напуганная мама: она зашла и включила свет.

— Ирочка! Ты чего? — Джунки поднял на маму непонимающий взгляд. — Доченька, ты кричала во сне! Я так испугалась!

Успокоить встревоженную маму было задачей похлеще, чем пробиться в мир шоу-бизнеса. По крайней мере, Джунки ощущал этот разговор именно так, повторяя раз за разом версию об усталости и накопленном стрессе. Что, кстати, было абсолютной истиной! Вот только причину стресса называть нельзя. И от этого ещё тяжелее.

Оставалось только заверить мнительную женщину, что расскажет ей, если почувствует малейшее недомогание, и они немедленно обратятся в больницу.

После школы потянуло прогуляться.

— Куда путь держишь? — Маринка, как обычно, всегда рядом.

— Может, в центр? Хочется пройтись по Невскому.

Подруга задумчиво уставилась на Джунки, словно сканируя его от макушки до пят. Стало не по себе.

— И что же, так вот одна и пойдёшь по городу шляться?

— А что такого? Я же не айдол, чтобы без охраны не могла из дома выйти! — съязвил Джунки.

Если откровенно, он и в Сеуле не раз сбегал от мемберов и стаффа, готового задушить своей опекой. Надевал бейсболку и маску на лицо, сверху капюшон худи. У него всегда была жгучая потребность видеть Союн! Хотя бы пять минуточек! Просто принести любимой стаканчик кофе в обеденный перерыв, подержать за руку.

Сейчас этого так не хватало!

— Не айдол, конечно! — слова подруги заставили Джунки шмякнуться в действительность, как носом в асфальт в детстве. — Но уж больно ты странная последнее время, Ирина Соколова!

— Странная? Чем же?

Маринка пожала плечами.

— Да изменилась сильно. Плечи расправила, краситься стала да так, что все девчонки обзавидовались! Юбочки коротенькие носишь. Даже Славке отпор дала! А Анна Владимировна говорит, ты спортом всерьёз занялась!

— Разве это плохо? — удивился Джунки.

— Это отлично! Я тебе с пятого класса твержу, что пора себя показать! Такая красотка же! Но появилось в тебе что-то совсем непривычное, не пойму… — Маринка замялась, подбирая слова, соответствующие мыслям. — Взгляд, Ириш! Такой взрослый! Как будто не девчонки-выпускницы, а умудрённой опытом женщины. И от этого кажется, что ты всё время решаешь какую-то сложную задачу!

— По алгебре? — Джунки хохотнул напоказ, но не мог скрыть нервозности.

— Нет, подруга! Алгебра тут явно ни при чём.

Джунки опустил взгляд. Ему не раз хотелось признаться Маринке во всём, поговорить по душам с рассудительной не по годам девочкой. Она хорошо знала Ирину, была ближайшей подругой и, кажется, уже очень давно. Но всякий раз он отказывался от своей нелепой идеи: даже если Маринка поверит, что уже само по себе маловероятно, то чем она сможет помочь? А если так, то зачем нагружать её лишней тайной?

— Мне кажется, ты влюбилась!

— Что? — от неожиданности Джунки вздрогнул.

— Что слышала, Ирина! Влюбилась! Только не пойму, в кого именно. На тех ненормальных, кто всерьёз собирается замуж за айдола, ты не похожа… Уж не Горохов ли? Или есть другой кандидат на девичье сердечко?

Девчонки рассмеялись. Джунки поспешил заверить Маринку, что сердце её подруги полностью принадлежит науке.

— И даже рисинки сейчас только на втором месте, Мариш! — подытожил Джунки. — Учёба прежде всего! — он процитировал фразу, которую многократно слышал от Ириного папы.

Они распрощались у школы. Одноклассница побежала домой — тот редкий день, когда у неё не было дополнительных занятий, и можно было просто отдохнуть вечерком. А Джунки поплёлся к метро.

За прошедшие дни его энтузиазм по поводу общественного транспорта заметно сдал позиции: он и не предполагал, что так привык к комфорту такси класса люкс и личному авто. Вот и сейчас мысль о том, что придётся проехать несколько остановок в тесноте вагона, навевала тоску. Но, как выражалась Иркина мама, охота пуще неволи.

Он ехал, погрузившись в собственные мысли.

С того дня, как Маринка показала ему статью про американские гастроли их группы, он неотрывно следил за сайтом и страничками мемберов в соцсетях. Страничка Джунки привычно обновлялась — менеджеры знали своё дело. Но живого человеческого участия не чувствовалось. Макнэ ORYZA в процессе не участвовал.

Прочитав про то, что рисинки в полном составе прибыли в Лос-Анджелес, Джунки испытал странное чувство — смесь радости (всё идёт своим чередом) и напряжения, граничащего с ужасом (вместо него там Ирка). Глядя на растерянные глаза парня на фото и видео, он уже не сомневался, что в его теле девчонка. Хорошо это или плохо? Минджун не даст кому-либо схалтурить и выступить вполсилы. И раз группа всё же отправилась в турне, значит, лидер счёл, что всё в норме.

Интересно, знает ли Минджун правду? Совсем молоденькая девушка, очутившаяся в теле мужчины, айдола… Ирка могла перепугаться и признаться на эмоциях.

Вопросы множились в голове, как вирусы, но ни один не находил ответа.

Джунки надеялся, что прогулка в одиночестве по городу поможет собраться.

Он вышел на площади Восстания и пошёл по Невскому в сторону Дворцовой площади — без какой-то конкретной цели. Это было странно и приятно: просто идти среди людей, рассматривать здания, не скрывать лицо от прохожих. Дома им с Союн всё время приходилось прятаться. Люди часто идеализируют жизнь артиста. Незнакомого с индустрией человека могут привлекать блеск и камеры, всё это внимание двадцать четыре на семь… Но только изнутри, уже находясь в этой странной системе, понимаешь, что цена известности огромна. Почти непосильна! Он, макнэ знаменитой на весь мир группы, последний раз вот так гулял по улице, когда ещё был простым воспитанником детского дома.