— Да-да, в центре грива, — перебил я его, не давая завести старую пластинку про смыслы и визуальные акценты. — А теперь пора делать композицию в зале. Тренировка сама себя не проведёт.

Артём Сергеевич бросил последний, полный нежности взгляд на своё ореховое полотно и направился за мной. Теперь уже бодрой походкой, с довольной улыбкой на лице.

В целом все прошли нормально «Блуждающие мешки». Лишь барон Сверчанский ворчал из кармана, передавая что Желешка жалуется на быстрый темп, или Бублик злится на слишком быстрые мешки.

В общем всё по-старому.

Но результаты были неплохими.

Когда вымотанная команда отправилась на скамейку восстанавливать дыхание, пришла моя очередь.

Я оставил Сверчанского на скамейке, вышел на дистанцию с Живчиком.

Щенок, окрылённый своим переходом на третий уровень, порхал между раскачивающимися мешками, как заправский акробат.

По-прежнему его вихревые потоки мягко отталкивали тяжёлые снаряды, расчищая мне путь. Мы закончили прогон с идеальным временем, быстрее, чем на прошлой тренировке в полтора раза.

Следом я взял на руки Искорку, посадил кроху на левое плечо.

Саламандра готова к подвигам, и громко торжественно прошипела, чтобы никто в этом не сомневался. Я чувствовал пульсации от Ядра, чуть более сильные чем прежде.

Но в целом это допустимо.

Барон Сверчанский, не желая оставаться в стороне, запрыгнул на меня, забираясь в карман, высунулся и деловито свесил передние лапки, постукивая ими.

— Ну что-с, посмотрим на мадмуазель в деле, — произнёс сверчок. — Она как-то странно формулирует слова. Половину не понял. Понаблюдать надобно.

Я сослался на воодушевление Искорки. Хотя и сам понимал, что это ненормально. Может это связано с недавней метаморфозой?

Отправлюсь к Полине после тренировки.

Белов по моей команде запустил механизм, мешки пришли в движение, и мы сорвались с места.

Я шёл вперёд, вычислял амплитуду, скорость каждого снаряда. Искорка на плече работала в идеальной синхронизации. Бросалась с плеча в сторону мешка, плевалась маленькими сгустками пламени, точно в мишени.

— Наша мадмуазель озадачена. Горячо ей, — бубнил Сверчанский на фоне. — Эх, сейчас бы каплю росы с хмелем, для успокоения нервов…

Я слышал краем уха, но был всё же сосредоточен на полосе испытаний.

Вот мы с Искоркой проскользнули мимо последнего мешка, саламандра завершила проход точным плевком в десятку.

Я остановился у финиша, выравнивая дыхание. Вновь услышал радостные крики команды, которая радовалась нашим результатом.

Затем бросил взгляд на Искорку. Кроха вдруг замерла за финишной чертой.

Не побежала ко мне за привычной порцией похвалы. Застыла, неестественно вытянув шею и растопырив лапки.

Я подошёл к ней, опустился на одно колено, чтобы почесать её за ушком. Но рука так и застыла в воздухе.

По чешуе саламандры от кончика хвоста до самой мордочки пробежала волна ослепительного багрового света. Воздух вокруг неё мгновенно раскалился, пахнуло озоном и серой.

Моё сердце радостно ёкнуло.

Вот и дождались! Ядро Искорки прямо сейчас совершало эволюционный скачок, переходя на четвёртый уровень.

И уже скоро произойдёт классический неконтролируемый выплеск после перехода. Обычно дело, когда энергия Ядра, которое эволюционировало, переполняет каналы и требует немедленного выхода.

Саламандра была дезориентирована. Она задрала голову, не до конца понимая, что происходит. Взглянула на меня.

Моя радость длилась недолго.

Грудная клетка Искорки неестественно раздулась. Пасть саламандры непроизвольно открылась. В горловом мешке стремительно сформировался сгусток гудящего пламени. Огненный поток скоро выплеснется наружу. Ещё секунда, может даже меньше.

Проблема заключалась лишь в одном.

Я находился перед ней, на линии огня. И уклониться уже не успевал.

Время будто замедлилось. Вот из широко открытой пасти Искорки вырывается столб пламени. Вот он всё ближе, готовый врезаться в моё лицо.

Я лишь успел отправить мощный импульс по ментальной связи Живчику. Не знаю уже, что я там скомандовал.

Вроде — «Спасай!»

И терьер отреагировал в ту же секунду.

Всё же третий уровень Ядра наделил щенка потрясающей скоростью. Джек-рассел-терьер оказался сбоку от меня, отчаянно залаял. А вместе с тем перед ним завибрировал сам воздух. Воздушный поток врезался в поток пламени, отклоняя его. За несколько сантиметров от моего лица.

Я почувствовал жар, стало как-то не по себе. Даже не хотел представлять, что со мной случилось бы, если б я получил подарочек от огненной саламандры.

Отклонённый Живчиком огненный снаряд врезался в один из подвесных тренировочных мешков, качающихся неподалёку. Грушу мгновенно охватило пламя, которое, впрочем, тут же с шипением потухло. Не зря же мы усиливали мешки огнеупорными подложками.

Мешок дёрнулся от кинетического удара. Раздался пронзительный электронный сигнал, фиксируя попадание.

В зале повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь гулом вентиляции под потолком и моим тяжёлым дыханием.

Первым отмер барон Сверчанский.

— Матерь божья, святые угодники! — выкрикнул он из кармана. — Это ж просто форменный кошмар-с! Да мы сейчас чуть без командира не остались! Ещё бы вершок, и вместо головы у вас бы головешка случилась, сударь! Ужас! Кошмар! Требую выдать мне валерьянки! А лучше пару пробок креплёной росы!

Мажор выхватил телефон, затем подумал и вздохнул, пряча обратно. Момент был потерян.

— Ну вы даёте, тренер… Отличный трюк! — воскликнул он. — И долго вы так тренировались?

— Ты совсем ку-ку? — покрутила пальцем у виска Лера. — Не видишь, что тренер сам не ожидал?

— Да я что? Мне лично показалось…

Я медленно выдохнул, чувствуя, как адреналин постепенно отпускает меня, и сердце возвращается к прежнему ритму.

— Это был не трюк, Ветров, — хрипловато ответил я, поднимаясь на ноги. — Неконтролируемый выплеск. Искорка перешла на четвёртый уровень Ядра.

В зале раздался дружный вздох изумления. Бойцы переглянулись, осознавая, насколько близко всё было к трагедии.

— Ох ты ж, ёжики пушистые… — пробормотал Костя, прижимая к себе Желешку. — Если бы не Живчик…

— Да уж, повезло так повезло, — Лера похлопала по шее Бублика, с уважением глядя на мелкого терьера. — Молодец, пёсель. Реакция — моё почтение.

— Умничка, справился, — натянуто улыбнулась Анна. — Но без Сопряжения он бы не отреагировал.

— Так точно, Савельева, — кивнул я. — Я отправил ему команду.

— Офигеть, какая скорость, — восхищённо охнул Костя.

Я справился с остатками мандража, широко улыбнулся. Опустившись на корточки, ласково потрепал по загривку Живчика. Тот всё ещё скулил, довольно вилял коротким хвостом.

— Всё отлично, дружище, я в безопасности, — улыбнулся я ему. Затем подхватил ошарашенную Искорку, почесал под подрагивающим подбородком.

— Вы оба молодцы, — тихо сказал я своим питомцам. — Главное, что переход прошёл успешно. Добро пожаловать на новый уровень, красавица.

Саламандра тихонько зашипела. Как могла, так и отреагировала. Затем ткнулась тёплым носом мне в ладонь. Её чешуя больше не пульсировала багровым светом. Ядро крохи уже остывало, но питомицу всё ещё било мелкой дрожью. Терморегуляционные узлы пульсировали. Я понимал отчего такая реакция. Прямо сейчас, узлы расширяются, чтобы адаптироваться и принять новую мощь.

Я распустил команду, которая всё ещё была под впечатлением от огненного столба Искорки. Напоследок дал указание всем хорошенько отдохнуть перед завтрашним испытанием. Затем пощёлкал перед лицом остолбеневшего Белова, который снова принялся щёлкать семечки.

— Артём Сергеич, представление закончилось. Покидаем зал, — сообщил я ему чуть ли не в ухо.

— А? — вздрогнул Белов, окидывая меня испуганным взглядом. — Вы как? Всё нормально? Огонь… он же в мешок попал?