Йорен развернул расписание и показал, где два пути расходились по дням. После этого вопросы закончились. Я была ему благодарна: никто не требовал от команды принимать мою сторону из любви ко мне.

За ужином Арден сел на свое обычное место. Я ела напротив и ни разу не смогла попросить его передать хлеб. Дотянулась сама, задела рукавом край миски. Агна молча переставила ее ближе к середине.

Позже он остановил меня в проходе.

— Я получил ответ от Тарека. Завтра он придет поговорить. При тебе, если ты согласна.

— О корабле — при мне.

Арден кивнул. Я видела, что он хотел сказать еще что-то, и не пошла сразу к себе.

— Можно мне зайти позже?

Я взялась за дверную ручку.

— Сегодня спи у себя. Я сейчас не могу лечь рядом и делать вид, что мы просто устали за день.

— Я не жду от тебя этого.

— Тогда дай мне время. И вещи тоже забери, когда будешь готов. Мне трудно видеть их здесь и каждый раз думать, как ты придешь вечером.

Он побледнел, но не стал спорить. Я вошла в каюту одна. Его высохшая рубаха все еще висела у стены. Я сняла ее, аккуратно сложила и положила на стул.

На тридцать девятый день Тарек пришел после утренней торговли. Снял плащ у входа в столовую, поздоровался с Йореном. Я предложила ему сесть. Арден остался рядом со столом, пока все не устроились, потом придвинул себе стул.

— Ваше уведомление я получил, — сказал Тарек мне. — Погрузку остановили. Я полагал, что Арден уже договорился с вами. Его записка позволяла так думать.

— Он со мной не договорился. Торговый рейс состоится в прежние дни.

— Я понял. За то, что отправил людей без проверки, прошу прощения.

Тарек говорил без любезности, но и злости на меня я не услышала. Он посмотрел на Ардена.

— Есть другая барка. Владелец знает, кого повезет, и готов взять нас. Придется оставить часть запасов и ночевать на берегу. Это неудобно, но идти можно.

Арден провел пальцем по краю стола.

— Кто согласился?

Тарек назвал человека. Они уточнили размер судна и плату за тягу. Я слушала, хотя мне хотелось выйти. Арден мог уйти. Не в порыве, не хлопнув дверью, а сесть на другое судно и заняться делом, к которому готовился до моего появления.

— Люди собрались ради тебя, — продолжил Тарек. — Многие с трудом решились приехать. Они хотят увидеть, что ты снова готов действовать.

— Я готов разбираться с тем, что произошло, — ответил Арден.

— Тогда поехали с нами. Здесь ты можешь дождаться слушания, а после него еще одного. На постах за это время ничего не изменится. Если хочешь вернуть право распоряжаться караулом, нужно хотя бы к нему прийти.

Я посмотрела на Йорена. Он сидел спокойно, сцепив руки на столе. Я не стала обращаться к нему за поддержкой.

Тарек подался вперед.

— Я не прошу тебя обещать то, чего ты не можешь. Если здоровье не позволит, останешься на барке. Разговоры поведу я. Но мне нужно знать, что ты с нами. Иначе часть людей уйдет домой. Я их здесь второй раз не соберу одним письмом.

Арден поднял голову.

— Завтра утром я приду к тем, кому дал слово. Поговорю сам. До этого от моего имени больше ничего не объявляй.

Тарек долго смотрел на него, потом согласился. Они назначили час. Вопрос о «Вольной» больше не поднимали.

После ухода Тарека я собрала бумаги и вернулась к себе. Достала гребень, лежавший у зеркала. Несколько зубьев были темнее остальных; я успела привыкнуть видеть его рядом со своими вещами. Положила поверх сложенной рубахи и долго разглаживала рукав, хотя он и так лежал ровно.

Арден постучал под вечер. Я открыла дверь и отступила. Он вошел, увидел сверток на стуле.

— Это все?

Я оглядела каюту. Всего одна рубаха и гребень. Мне казалось, его вещей должно было оказаться больше.

— Да. Остальное у тебя.

Он взял одежду, придержал гребень ладонью.

— Я буду в своей каюте, — сказал он. — Если понадобится поговорить.

Я кивнула. Рукав выбился из свертка, и я по привычке поправила его, прежде чем Арден успел сделать это сам. На мгновение мы оказались совсем рядом. Он не попытался меня обнять.

Я проводила его до двери. Из прохода было видно, как он вошел в свою каюту и положил вещи на койку. Потом вернулась к стулу, на котором больше ничего не лежало, и села.

Глава 10 Другой маршрут

Арден ждал меня у сходней с той самой запиской о погрузке. Лист был сложен вчетверо, у сгиба темнело пятно чернил.

— Ты пойдешь со мной? — спросил он. — Я хочу, чтобы ты услышала сама.

Ден придерживал бочку, пока Йорен указывал подводчику место. Я посмотрела на них, потом на Ардена.

— Пойду. Но говорить вместо тебя не стану.

— Я и не прошу.

Мы сошли по очереди. Он не подал мне руку, хотя обычно помогал на нижней ступени. Я заметила, успела расстроиться и тут же разозлилась на себя. Он выполнял мою просьбу дать мне время, а я уже искала в этом повод решить, что перестала быть ему нужна.

У склада Тарека стояли собранные ящики. На одном сидел мужчина, которого я видела в доме Союза, и привязывал к ножнам короткий ремень. Увидев Ардена, он поднялся.

Тарек встретил нас во дворе. На этот раз он не обнял его, только показал на дверь.

— Все, кого удалось позвать, здесь. Двое уже ушли к барке.

— Им тоже нужно передать мой ответ. Лучше позови сейчас.

Тарек отправил Лута к пристани. Остальные ждали внутри. Я осталась возле окна.

Когда Лут вернулся с двумя людьми, Арден развернул записку.

— Я обещал вам «Вольную» на четыре дня и дал распоряжения о подготовке погрузки. Собственница этого не разрешала. Капитан не подтверждал переход. Я знал, что разговора с ними еще не было, и все равно позволил вам начать приготовления.

Арден положил лист на стол.

— Обещание я отзываю. Давать его я не имел права. Я отвечаю за то, что сказал, и прошу не предъявлять претензий госпоже Эстен или ее команде.

Сидевший у двери мужчина повернулся ко мне.

— Мы ведь готовы были заплатить за потерянные дни. Никто не собирался брать корабль даром.

Я открыла рот, но Арден ответил раньше:

— Дело не в цене. Я предложил вам то, чем не мог распоряжаться. Госпожа Эстен не обязана теперь оправдывать свой отказ.

Я разжала сцепленные пальцы.

Тарек оперся на край стола.

— С кораблем понятно. Другая барка нас возьмет. Что ты решил сам?

Арден посмотрел на него.

— Я не пойду с вооруженными людьми менять караулы до слушания. Передам сведения о постах Союзу и буду добиваться проверки вместе с теми, кто имеет право ее провести.

— Мы уже передавали сведения, — отозвался человек у окна. — Я дважды носил бумаги. Мне сказали ждать ответа. Потом меня перестали пускать на мою же пристань.

— Я видел твои записи. Их нужно приложить к делу о поборах. Я готов прийти с тобой, назвать тех, кто прежде отвечал за пост, объяснить порядок сборов. Но если сейчас мы вытесним чужой караул оружием, первым делом будут разбирать наше нападение.

— А пока разбираются, люди продолжают платить.

Арден помолчал.

— Да. Я не могу обещать, что это прекратится завтра. И не стану обещать, что двенадцать человек вернут мне реку за четыре дня.

Тарек выпрямился. Его ладонь осталась на столе рядом с запиской.

— Ты мог бы хотя бы приехать. Без боя. Людям нужно увидеть тебя.

— Приехать и поговорить — другое дело. Я готов обсуждать такие поездки отдельно. В твоем плане после нашего прихода старый караул должен занять посты. Я не хочу, чтобы мы начали с этого.

Тот, кто привязывал ремень к ножнам, встал.

— Я оставил мастерскую и троих работников, чтобы прийти сюда. Если все опять сводится к письмам, мне пора домой.

Арден кивнул.

— Я понимаю. Ты приехал, рассчитывая на мои слова.

— Раньше на них можно было рассчитывать.

Мне захотелось сказать, что раньше его не держали семь лет в запертом помещении. Я сжала пальцы сильнее и промолчала. Арден стоял рядом со столом. Он не посмотрел на меня, не попросил ни словом, ни жестом сделать этот разговор легче.