— Сможете рассказать позже? — спросил он.

— Да. Я хочу рассказать.

— Хорошо.

Я расправила край плаща, снова смяла. Мне было стыдно за то, как близко подпустила его, хотя уже знала, что должна остановиться.

— Вы мне нравитесь, — сказала я. — Я не хочу, чтобы вы думали иначе.

Арден посмотрел на меня, и выражение его лица немного смягчилось.

— Я понял.

Еще некоторое время мы сидели рядом. Я понемногу перестала сжимать ткань. Когда Арден предложил возвращаться, поднялась вместе с ним.

До корабля шли молча. У сходней он придержал для меня канат, дождался, пока поднимусь, и пошел к Йорену рассказать о старом спуске. Я стояла возле двери надстройки, слушая его обычный рабочий голос. Он не ушел, чтобы заставить меня бежать следом. От меня требовалось другое.

В каюте я сняла плащ и достала тетрадь Лиоры. Завернула в сухую ткань, положила в ящик под свои бумаги. Мне не нужно было еще раз проверять, что она чувствовала.

Я взяла чистый лист. Написала свое имя: Марта Воронцова. Потом возраст, город, название пекарни. Остановилась над следующей строкой. В рассказе о том, где я работала, можно было спрятаться надолго и так и не дойти до главного.

Я перевернула лист.

«Я очнулась в вашей знакомой. У меня ее руки, ее лицо. Но я помню другую жизнь».

Перечитала и зачеркнула первое предложение. Оно звучало так, будто Лиора была комнатой, в которую я случайно вошла.

За дверью спросили, нести ли мне ужин. Я ответила, что приду сама, и закрыла чернильницу. Еще раз посмотрела на свое имя, написанное рукой Лиоры, и сложила лист. Убрала его в сумку, чтобы в разговоре не начать снова с безопасных слов о плохой памяти.

Глава 6 Меня зовут Марта

На девятнадцатый день нашей жизни на реке Нелла отобрала у меня список заказов.

— Здесь уже все записано. Вы сейчас второй раз обещаете людям один и тот же холст.

Я посмотрела на строку, к которой поднесла перо. Действительно, рядом стояла ее пометка: заберут после полудня.

Человек по другую сторону прилавка терпеливо ждал. Он пришел из мастерской при переправе, где чинили телеги. Заказал обеды на три дня и хотел заодно купить полотно для рабочих передников. Я успела спросить о длине дважды, а о том, куда нести еду, не спросила совсем.

Нелла уточнила адрес, время и число порций. Двадцать четыре человека ели по сменам; первую половину нужно было накормить раньше полудня, вторую — после. Плату обещали приносить каждый вечер.

— Начнем завтра, — сказала я. — Только сначала Агна посмотрит, успеваем ли к первому перерыву. Не хочу, чтобы вы сидели голодные.

Мужчина ушел, оставив на столе старый передник для образца. Я потянулась к списку, но Нелла прижала лист ладонью.

— Я сама схожу к Агне. Потом отнесу ответ. Вы ведь это мне поручили?

— Поручила.

— Тогда дайте закончить.

Я оставила ей список и убрала с прилавка передник, чтобы не перепутать его с оплаченным холстом.

Арден прошел мимо с Йореном. Они остановились возле сходней; капитан показал на поврежденное крепление у чужой лодки. Я не слышала, о чем они говорили. Достала из сумки сложенный лист и сразу убрала обратно.

После вчерашней прогулки он не избегал меня. За завтраком передал соль, спросил, не мешала ли стоянка торговле. Ни одним взглядом не потребовал обещанного разговора. Я сама оглядывалась на него так часто, что к полудню устала от этого больше, чем от покупателей.

Ближе к вечеру Грета привела меня к небольшому навесу на берегу. Там мужчина в кожаном переднике разбирал дверную петлю. Возле него лежали ручная дрель, напильники и коробки с мелким железом. На краю стола стояла чашка, прикрытая дощечкой от опилок.

— Орен Таль, — представила Грета. — Я говорила, что у нас железные работы собираются. Он кое-что делает прямо здесь. Посмотрите.

Мужчина отвинтил погнутую часть, положил ее отдельно и протянул Грете оставшуюся.

— Эту менять незачем. Крепление еще целое. Вторую подберу по размеру, только не обещайте человеку, что дверь к вечеру станет новой.

— Я и не обещала, — ответила она. — Хозяйке покажи скобы, которые для нас сделал.

Я выслушала, что из судовых работ Грета могла закончить сама, а для чего уже третий раз ходила к береговым мастерам. К этому добавлялись покупатели, спрашивавшие, кто чинил замки, заменял ручки у котлов и подгонял металлические части упряжи. Всех мы отправляли искать место на берегу. В маленьких селениях искать иногда было некого.

— Вы хотите наняться на судно? — спросила я Орена.

— Хочу работать там, где за работу платят и потом не надо полдня разыскивать того, кто ее заказал. На воду согласен. На качке сверлить не стану, сразу говорю.

Я присела на край пустой скамьи. Он остановил меня жестом, снял с нее тонкое шило и только потом вернулся к петле.

Мы договорились утром осмотреть место. Я забрала перечень того, что понадобилось мастеру.

На корабле Арден сообщил, что договорился с лекарем у переправы. Тот должен был прийти завтра после полудня. Прогулки уже не вызывали прежней одышки, но пробовать обращение без осмотра Арден не собирался.

— Ваша помощь нужна? — спросила я.

— Если можно, оставьте столовую свободной на полчаса. Там удобнее сесть. Йорен согласен подождать с картами.

— Хорошо. А вечером… У вас будет время для меня?

Он перестал складывать схему.

— Будет.

Я кивнула и спустилась вниз. Назначить время оказалось легче, чем каждый час обещать себе, что скажу сейчас.

Утром Орен принес инструмент в двух деревянных ящиках. Ему было сорок пять; в коротких волосах возле висков уже густо проступила седина. Первым делом он спросил, куда мог убрать вещи, пока осматривал палубу.

Грета показала место под навесом. Между ее работой и прилавком оставалось достаточно пространства для небольшого верстака, если убрать пустую тару. На время перехода инструмент предстояло запирать, а заготовки крепить. Орен проверил пол, попросил Грету уточнить, куда можно поставить опоры, и согласился.

Я предложила отвезти ящики в бывший тесный отсек внизу, который мы теперь держали сухим. Он покачал головой.

— Хранить можно. Работать там не буду: света мало. Я и здесь половину мелочи с первого взгляда не найду, если вы станете переставлять коробки ради красивого прилавка.

— Не стану, — пообещала я и увидела, как Грета посмотрела на меня.

Пришлось добавить:

— Без спроса не стану.

Она одобрительно кивнула.

Мы записали плату, дни расчета и порядок береговых заказов. За свои материалы Орен отчитывался отдельно. Сложный ремонт он должен был сначала оценить; я не могла назначить ему цену только потому, что покупателю хотелось дешевле. Ночевать он соглашался в свободной койке общей каюты, обедать вместе со всеми.

Когда Орен подписал договор, на «Вольной» стало тринадцать человек.

Почти сразу возник первый спор. Я хотела принимать каждую вещь сама, чтобы понимать, что обещали людям. Орен поднял принесенный женщиной котел с отломанной ручкой.

— Вы знаете, сколько займет эта работа?

— Нет, но могу спросить у вас.

— Тогда человеку придется ждать, пока вы найдете меня, а мне — пока найдете человека. Давайте я буду записывать такие мелочи сам. Если работы больше, чем до следующего отхода, позову вас и капитана.

Мне не понравилось, как быстро он разобрал мой порядок. Еще меньше понравилось, что он был прав.

Мы условились отмечать имя заказчика, вещь, цену и срок на одном листе. Нелла забирала деньги и выдавала запись о плате. Закупки сверх оговоренной суммы оставались за мной. Когда женщина спросила, можно ли оставить котел, Орен ответил без моего разрешения, и мне пришлось заняться тем, ради чего я вообще его наняла: пойти продавать свои товары.

К полудню первая половина обедов уже ушла в мастерскую. Вторую Агна держала на печи. Я предложила помочь разлить, но она указала на две пустые корзины.