— Разговор окончен.

— Я только проснулся.

— Именно поэтому.

— У меня заседание.

— У вас постельный режим.

— Государство—

— Государство пережило двести лет брачных назначений. Переживёт четыре часа без вас.

Вера всмотрелась в его лицо.

— Не спорьте с врачом.

— Вы быстро освоились в моей системе командования.

— Я просто предпочитаю приказы, которые имеют медицинское обоснование.

Он сжал её пальцы.

— Останетесь?

Вопрос прозвучал тихо и настолько прямо, что у Веры на секунду исчезла готовая реплика.

Она понимала, что он спрашивает только о ближайших часах. И одновременно — уже не только о них.

— Пока вас не выпишут, — ответила она.

Кайрен едва заметно кивнул. Он не попросил большего.

К вечеру выяснилось, что государство действительно способно существовать без непосредственного участия регента несколько часов, но исключительно из чувства противоречия.

Экстренное заседание Совета перенесли в защищённый медицинский конференц-зал. Кайрен участвовал из палаты по закрытому каналу, Сайра разрешила ему двадцать минут и стояла рядом с таймером так, будто собиралась лично отключить регента от связи после двадцать первой. Вера сидела по другую сторону стола.

На центральной проекции размещались двенадцать членов Совета. Некоторые выглядели так, словно за прошедшие сутки постарели на несколько лет. Председатель начал без приветствий.

— Регент Роу, прежде всего Совет требует объяснить, на каком основании вы санкционировали изменение базовой архитектуры «Конкорда» без согласования.

Кайрен ответил спокойно:

— На том основании, что к моменту, когда согласование было возможно получить, сорок семь миров уже потеряли транспортный доступ.

— Это не отменяет процедуры.

— Процедура не могла выполняться, потому что человек, контролировавший процедуру, одновременно управлял кризисом.

Несколько окон вспыхнули индикаторами запроса слова. Вера поймала себя на том, что впервые наблюдает Кайрена не как человека, который давит властью, а как человека, который несёт последствия собственного решения. Он не пытался переложить ответственность на неё, Сайру, Варна или аварийную ситуацию.

— Решение принял я, — сказал он. — Если Совет считает его незаконным, рассматривайте мою ответственность после стабилизации сети.

Председатель перевёл внимание на Веру.

— Госпожа Арден, подтверждаете ли вы, что изменение было осуществлено добровольно?

— Моё участие — да.

— На вас оказывалось давление со стороны регента?

Вера перевела взгляд на Кайрена. Он никак не отреагировал.

И этим дал ей лучший ответ на вопрос.

— Нет.

— Вы осознавали последствия?

— Мы рассчитывали последствия настолько тщательно, насколько позволяла ситуация.

— Это не ответ.

— Тогда сформулируйте вопрос точнее.

Председатель поджал губы. Раньше Вера могла бы получить удовольствие от этого маленького столкновения. Сейчас она слишком хорошо понимала, что за сухими юридическими формулировками стоят миры, где люди впервые за поколения получили право отказаться от назначенного союза. Один из членов Совета подался вперёд.

— Миллиарды граждан уже получили уведомления об изменении статуса рекомендаций. В некоторых секторах начались массовые обращения в регистрационные службы. Есть требования аннулировать брачные назначения прошлых лет.

— Логично, — сказала Вера.

— Это способно вызвать социальный кризис.

— Возможно.

— Вас это не беспокоит?

— Беспокоит. Поэтому необходимо отделить вопрос права выбора от вопроса последствий уже заключённых союзов. Если вы хотите вернуть старый режим только потому, что новая система требует сложной работы, тогда мы зря рисковали жизнью регента.

Кайрен посмотрел на неё. Не долго. Но Вера заметила. Председатель переключил данные.

— Есть второй вопрос. Эрис Варн задержан.

Вера выпрямилась.

— Где?

— На Астер-Приме. Он попытался получить доступ к резервному центру управления через восемнадцать минут после разделения систем. Служба безопасности задержала его без сопротивления.

Это удивило её больше самого факта ареста.

— Без сопротивления?

— Он заявил, что не считает себя преступником и готов выступить перед Советом.

Кайрен сказал:

— Пусть выступит.

— Регент—

— Если мы действительно собираемся строить систему без принуждения, начинать её с закрытого исчезновения человека, который с нами не согласен, было бы плохим символом.

Вера медленно повернула голову. Кайрен заметил её взгляд.

— Что?

— Ничего.

— Вы так смотрите, когда у вас есть комментарий.

— Я просто проверяю, не подменили ли вас в медицинском блоке.

— Очень смешно.

Сайра, не отрывая глаз от таймера, произнесла:

— Осталось семь минут.

Заседание резко стало эффективнее. Совет согласовал временную комиссию по разделению полномочий «Конкорда», независимый аудит брачных назначений и международное расследование программы Варна. Веру официально признали не объектом генетического значения, а свидетелем и независимым техническим экспертом с правом отказаться от участия в любых дальнейших исследованиях. Последнюю формулировку она перечитала дважды. Право отказаться.

Два дня назад это казалось очевидностью. Теперь оно потребовало почти развала государственной системы.

Когда связь отключилась, Кайрен откинул голову на подушку. Сайра обратила внимание на таймер.

— Двадцать две минуты.

— Две минуты изменили историю медицины?

— Нет. Но существенно ухудшили моё мнение о пациентах с политическими полномочиями.

Она отключила медицинский экран и вышла. Вера осталась.

— Вам действительно лучше? — спросила она.

— Если вы снова начнёте обращаться ко мне на «вы» только потому, что я лежу в больнице, моё состояние ухудшится.

Вера улыбнулась.

— Хорошо. Тебе действительно лучше?

— Теперь да.

— Это был плохой ответ.

— Зато эффективный.

Она подошла ближе. Несколько секунд они молчали. Слишком многое изменилось за последние сутки, чтобы можно было решить одним разговором, кем они стали друг для друга. Кайрен первым нарушил тишину.

— Ты не обязана оставаться на Астер-Приме.

— Знаю.

— Совет предложит тебе место в новой комиссии.

— Уже предложил.

— Можешь отказаться.

— Знаю.

— Я могу организовать транспорт на Землю.

Вера прищурилась.

— Ты пытаешься от меня избавиться?

— Пытаюсь перечислить варианты, прежде чем скажу, чего хочу сам.

Она села на край кресла.

— Это неожиданно зрелый подход.

— Я пережил остановку сердца. Возможно, побочный эффект.

— Тогда пользуйся, пока не прошёл.

Он помолчал.

— Я хочу, чтобы ты осталась.

Вера перестала улыбаться. Кайрен продолжил:

— Не потому, что ты № 0. Не потому, что Совет будет полезнее слушать тебя, чем меня. Не потому, что новая система требует твоего участия. И не потому, что ты мне что-то должна после всего произошедшего.

— Хорошее начало.

— Я тренировался три часа без сознания.

Она фыркнула, но он не отвёл взгляда.

— Я хочу, чтобы ты осталась со мной. Но если ты решишь вернуться на Землю, я не стану превращать это в ещё одну проверку твоей любви.

Вера опустила глаза на его руку. Несколько дней назад он схватил её за запястье, спасая от выстрела. Потом приказал арестовать, тайно освободил, спрятал на своём корабле, солгал о досье, позволил уйти и пошёл против Совета, чтобы вернуть ей возможность выбирать.

У них не было красивой прямой дороги. Наверное, именно поэтому она впервые верила тому, что происходило между ними.

— Я не отвечу сегодня, — сказала она.

— Хорошо.

— И тебя это не раздражает?

— Ужасно.

— Уже лучше.

Эрис Варн выглядел ровно так же, как в лаборатории.