— Работа проще.

— Я заметил.

— А вы предпочитаете обсуждать чувства?

— Не особенно.

— Тогда мы снова прекрасно совместимы.

Фраза вырвалась прежде, чем Вера успела решить, стоит ли её произносить. Кайрен медленно поднял бровь.

— Опасное слово.

— После сегодняшнего заседания я начинаю считать его ругательством.

Он подошёл на шаг ближе.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Что хотя бы одно значение у нас совпадает.

Теперь расстояние между ними стало действительно небольшим. Вера могла бы отойти. Он тоже. Никто не сделал этого.

Она заметила крошечный край медицинского пластыря у воротника его рубашки, усталость под глазами и ту странную неподвижность, которая появлялась у Кайрена, когда он переставал играть роль регента и не знал, что делать как обычный человек.

— Кайрен, — сказала она.

— Да?

Она сама не знала, какой вопрос собиралась задать. В этот момент дверь открылась.

— Господин регент, — произнёс Рейнар и остановился.

Он взглянул на Кайрена, потом на Веру, затем снова на Кайрена.

— Я могу прийти позже.

Вера отступила.

— Не можете.

— Прекрасно. Тогда Совет перенёс срок решения с двенадцати часов на шесть.

Кайрен медленно выдохнул.

— Причина?

— Дом Аркена заявил о готовности немедленно предоставить госпоже Арден защитную юрисдикцию через брачный договор.

Вера закрыла глаза.

— Конечно.

Через час Сайра получила доступ к копии персональной блокировки Кайрена.

Лаборатория на «Ауриге» была значительно меньше станции Астер-Примы: один центральный стол, два диагностических кресла и прозрачная перегородка, за которой мерцали контейнеры с образцами. Вера стояла рядом с панелью, пока Сайра перебирала старые ключи, а Кайрен наблюдал с противоположной стороны.

— Блокировка существует, — сказала доктор. — Установлена семнадцать месяцев назад. Личная подпись подтверждена.

— После смерти Аделин, — уточнила Вера.

— Через девять часов.

— Можно увидеть попытки обхода?

— Только агрегированные события. Детальные журналы старше двух лет удалены по протоколу безопасности.

Вера поморщилась.

— Люблю системы, которые уничтожают доказательства и называют это безопасностью.

Сайра открыла список. Пять успешных обходов. Каждый совпадал по времени с появлением новой кандидатки.

— А последний? — спросила Вера.

— После шестой смерти обходов не было.

— До моего появления.

Сайра замерла. Внизу списка находилось ещё одно событие.

ОТКАЗ В ДОСТУПЕ.

Время — день прибытия Веры на Астер-Приму. За сорок семь минут до её теста.

— Кто-то пытался рассчитать нас заранее, — сказала Вера.

— Но не смог, — ответила Сайра.

— Потому что профиль Кайрена заблокирован?

— Возможно.

— А мой?

Сайра медленно покачала головой.

— Вашего полного профиля тогда ещё не было в системе.

— Значит, запрос содержал что-то другое.

Кайрен приблизился к столу.

— Запустить расчёт сейчас.

Сайра задержала на нём взгляд.

— Вы уверены?

— В этот раз — да.

Вера тоже посмотрела.

— Вы полчаса назад объясняли, почему никому этого не разрешаете.

— Я не разрешаю Совету.

— А сейчас?

— Сейчас разрешаю вам.

Фраза была простой. Именно поэтому прозвучала гораздо личнее, чем могла бы. Сайра запросила подтверждение обоих.

Вера приложила ладонь к сенсору, но прежде чем Кайрен сделал то же самое, остановила его.

— Подождите.

Он вопросительно посмотрел.

— Если результат окажется высоким, что изменится?

— Для меня — ничего.

— Политически?

— Многое.

— Совет получит ещё один аргумент.

— Да.

— И вы всё равно готовы?

Кайрен помолчал.

— Шесть женщин погибли рядом с моим именем. Я слишком долго позволял другим решать, какую информацию мне можно видеть. Если этот расчёт даст нам факт, я хочу его знать.

Вера убрала ладонь с сенсора.

— А если я не хочу?

Он сразу отступил от панели.

— Тогда не будем.

Ни раздражения. Ни давления. Даже сейчас, когда один результат мог помочь ему защититься от обвинений Совета, он принял её отказ без попытки переубедить.

Вера смотрела на него и внезапно поняла, что именно это произошло с ней за последние два дня. Не доверие — до него было далеко. Но она начала ждать от Кайрена определённого поведения. И каждый раз, когда он не пользовался властью там, где легко мог это сделать, её прежняя уверенность в нём как в опасном политике становилась менее удобной.

— Я не сказала, что отказываюсь, — произнесла она.

— Вы умеете усложнять простые вопросы.

— Вы тоже.

Сайра демонстративно повернулась к соседнему экрану.

— Если вы закончили определять границы добровольного согласия, лаборатория всё ещё ждёт решения.

Вера встретила его взгляд.

— Запускаем.

Они одновременно приложили ладони к сенсорам. Система считала отпечатки. На экране появилась её строка:

АРДЕН, ВЕРА.КАТЕГОРИЯ: № 0.

Ниже загрузился профиль Кайрена.

РОУ, КАЙРЕН.ПЕРСОНАЛЬНЫЙ БРАЧНЫЙ КОНТУР: ЗАБЛОКИРОВАН.

— Снять блокировку на один расчёт, — сказал Кайрен.

— Подтвердите, — отозвалась система.

Он подтвердил. Строка исчезла. Индикатор вычисления дошёл до тридцати процентов, потом до семидесяти. Вера поймала себя на том, что следит уже не за цифрами, а за лицом Кайрена. Он заметил.

— Нервничаете?

— Нет.

— Неправда.

— Это заразно. Я слишком долго нахожусь рядом с политиками.

— Хотите остановить?

Вопрос был серьёзным. Она могла сказать «да».

— Нет.

Расчёт дошёл до девяноста процентов и остановился. Сайра нахмурилась. Экран мигнул.

«РАСЧЁТ НЕВОЗМОЖЕН».

— Почему? — спросил Кайрен.

— Не понимаю. Оба профиля считаны корректно.

Вера открыла технический журнал.

— Повторите.

Второй запуск дал тот же результат. Третий даже не попытался вывести процент.

«КАТЕГОРИЯ СОПОСТАВЛЕНИЯ НЕ ПОДДЕРЖИВАЕТСЯ».

Вера неожиданно почувствовала облегчение.

— Отлично.

Кайрен всмотрелся в её лицо.

— Что именно?

— Мы официально не поддаёмся расчёту. После сегодняшнего дня это почти романтический комплимент.

— Вы слишком легко используете слово «романтический».

— А вы слишком серьёзно на него реагируете.

Сайра подняла голову.

— Не спешите радоваться. Система отправляет запрос в старый слой.

— Какой ещё слой?

— Я не знаю.

Строки быстро менялись. Запрос ушёл не в центральную сеть — внешний контур всё ещё был физически отключён. Он двигался внутри локального ядра, перебирая архивные модули, к которым даже Сайра не имела прямого доступа.

— Остановите, — сказал Кайрен.

— Не принимает команду.

Вера увидела ответ старого модуля. Не процент. Координаты.

— Это навигационная метка? — спросила она.

Сайра увеличила поле.

— Похоже.

В этот момент по кораблю прошла едва заметная вибрация.

Рейнар вызвал их раньше, чем Вера успела задать следующий вопрос.

— На мостик. Сейчас.

Они вышли из лаборатории почти одновременно. В коридоре Кайрен поймал Веру за локоть, когда палуба на мгновение дрогнула сильнее.

Она упёрлась ладонью ему в грудь, сохраняя равновесие. Под пальцами ощущалось тепло ткани и напряжение мышц.

— Отпустите.

Он отпустил сразу. И это почему-то раздражало почти так же, как если бы не отпустил.

— С вашей логикой всё неудобно, — сказала Вера.

— С моей?

— Именно.

— Объясните.

— Не сейчас.

Он остановился.

— Вы постоянно требуете от меня прямых ответов.

— И?

— Это работает в обе стороны.

Вера остановилась вместе с ним. До мостика оставалось несколько метров.

— Хотите прямой ответ? Вы меня раздражаете. И ещё сильнее раздражает то, что я всё чаще понимаю, почему вы поступаете именно так.