- Красиво, - прошептала я.

- Да, - тихо ответил Миша, стоя рядом.

Мы стояли у каменных перил, плечом к плечу. Ветер трепал мои волосы, и я почувствовала, как Миша осторожно отводит прядь с моего лица. Его пальцы задержались на моей щеке дольше, чем нужно. Я замерла, сердце забилось где-то в горле.

- Александрина… - он произнес мое имя так тихо, что я едва расслышала.

- Миш… - выдохнула я в ответ.

Он наклонился ко мне. Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего, я чувствовала его дыхание, мужской запах окутал своими чарами. Мои губы приоткрылись в предвкушении. Я замерла, ожидая…

И вдруг он отстранился. Резко, словно его ударило током.

- Пойдем, - его голос был хриплым, натянутым. - Уже поздно. Надо спускаться, пока не стемнело совсем.

Я уставилась на него, чувствуя, как внутри всё обрывается. Он же не может сделать вид, что сейчас только что чуть не поцеловал меня. Мне это точно не почудилось.

- Миш…

- Не надо, Лекс, - он не смотрел на меня, глядя куда-то в сторону. - Ты устала. Тебе нужно домой, отдохнуть. Завтра ранний подъем.

- Я не устала, - тихо возразила я.

- А я устал, - отрезал он. - Пойдем.

Он развернулся и зашагал к лестнице. Я стояла еще секунду, чувствуя, как щеки горят от обиды и непонимания. Потом медленно пошла за ним.

Спуск прошел в молчании. Миша шел впереди, напряженный, словно струна. Я шла следом, пытаясь понять, что только что произошло. Это было не «нет». Это было «почти». И это было хуже любого «нет». Потому что в последний момент он отказался...

В машине Миша включил радио, прибавив звук.

- Миш, - не выдержала я. - Что это было?

- Что именно? - он не посмотрел на меня.

- Там, на башне.

- Ничего, - его голос был ровным, слишком ровным. - Ты устала. Я устал. Ветер, высота, романтика заката… Всё это влияет на восприятие.

- Ты правда так думаешь?

- Я так знаю, - он наконец повернулся ко мне, и в его глазах я увидела ту самую стену. Толстую, каменную, как сама башня Ахун. - Ты для меня крошка, Лекси. Я не могу… Я не должен.

- Почему? Мы взрослые и свободные люди.

- Потому что так правильно.

Миша замолчал, и я поняла, что больше он ничего не скажет. Я отвернулась к окну. Внутри всё кипело. Он хотел. Я видела это. Он чувствовал. Я чувствовала это. Но он прятался за свою «правильность», за роль старшего.

Домой мы приехали молча. Миша сразу ушел на кухню, бросив:

- Приготовлю что-нибудь легкое. Ты иди, отдохни пока.

Я поднялась в комнату, закрыла дверь и только тогда позволила себе злиться. Я села на край кровати, уткнувшись лицом в подушку.

- Крошка… - прошипела я в ткань. - Да какой же ты идиот, Миша.

Но даже в своей злости я понимала: он отступил не потому, что не хочет. А потому, что хочет слишком сильно. И это пугает его больше всего на свете. Он привык быть один. И то что я младше его сестры и новая родственница, пусть и не кровная, для него как спасательный круг. От просто убеждает сам себя, что не имеет права даже попробовать со мной. Была бы я опытнее, то точно знала, что нужно делать.

Когда я спустилась, Миша уже накрыл на стол. Он был собран, вежлив, держал дистанцию. Словно того момента на башне не существовало.

- Садись, - он пододвинул мне тарелку с салатом. - Сегодня был тяжелый день. Завтра отдохнем, никуда не поедем. Просто побудем дома. Ты не против?

- Хорошо, - тихо ответила я.

Мы поужинали, обмениваясь дежурными фразами о погоде, о планах на завтра, о том, что нужно купить продукты. Но между нами висело то самое «ничто», которое произошло на башне. И оба мы знали, что это «ничто» - только начало.

Я ушла к себе рано, сказав, что устала. Миша кивнул, но я видела, как он проводил меня взглядом. Тяжелым, полным чего-то, что он так старательно прятал.

Закрыв дверь комнаты, я прижалась к ней спиной и закрыла глаза.

- Держись, Миша, - прошептала я в сумерки. - Раз ты не можешь сделать первый шаг, его сделаю я. Не знаю как, но сделаю. И тогда тебе придется перестать прятаться за словом «крошка». Вот прямо сейчас пойду и сделаю то, что ты побоялся сделать на башне.

Я решительно открыла дверь и направилась назад к нему, но остановилась когда раздался звонок Мишиного телефона. Он не видела как я спешила к нему.

- Алло? - он посмотрел на экран и усмехнулся. - Привет, Димон. Как дела?

Я слышала приглушенный голос на том конце провода, смех, музыку.

- Да нет, я сегодня дома, недавно вернулся с прогулки, - ответил Миша, но что-то в его тоне изменилось. - В клуб? Сегодня? - он заметил меня, и я увидела в его глазах сомнение. - Не знаю, Дим, я не в той компании сейчас. У меня гости…

- Миш, - тихо произнесла я, - возьми меня с собой. Нужно развеяться от туризма. А завтра отдохнём от всего.

Он поднял бровь, прикрывая трубку рукой.

- Ты уверена? Там будет шумно, пьяно, и я не уверен, что тебе это понравится.

- Именно поэтому, - я улыбнулась. - Я хочу танцевать, пить коктейли и делать глупости. Как нормальная девушка. И прекрати вести себя как нянька.

Миша посмотрел на меня долгим взглядом, затем снова приложил трубку к уху.

- Ладно, Дим. Буду в течении часа. Да, плюс один.

Когда он отключился, я уже бежала по лестнице наверх.

- Дай мне минут десять! - крикнула я через плечо.

В комнате я открыла свой чемодан и начала лихорадочно перебирать вещи. Платье? Нет, сегодня платье меня подвело. Юбка? Слишком вульгарно. И тут я увидела их, короткие шорты-юбку черного цвета с высокой талией и белую короткую рубашку с узелком на груди. Идеально. Может сделать два хвостика или косички? Буду как развратная школьница, тогда Миша запрет меня в комнате. Сделаю высокий хвост. Немного подведу глаза и вполне прилично буду выглядеть. Я быстро собралась, завершив образ кольцами в ушах и бархатным черным чокером на шее. Посмотрела в зеркало напоследок. Уверенная молодая девушка смотрела на меня. И ничего я не маленькая. Рубашка позволяла носить её без лифчика. Я коварно улыбнулась своему отражению. Захватила сумочку и отправилась вниз.

Когда я спустилась, Миша стоял у двери, уже одетый в черные джинсы и тёмную приталенную рубашку. Какая же у него шикарная спина… Он обернулся на звук моих шагов, и я увидела, как его глаза расширились.

Он замер. Его взгляд медленно скользнул по моим ногам, обнаженным благодаря коротким шортам, поднялся к рубашке, что оголяла линию моей кожи, затем к лицу. На секунду его маска безразличия треснула. Я увидела в его глазах то самое - желание, удивление, восхищение. Женщина внутри меня ликовала.

Но тут же он моргнул, отвел взгляд и прокашлялся.

- Ты… готова?

- А как я выгляжу? - я крутанулась, позволяя хвосту взметнуться. - Хиджаб не надо одевать?

- Нормально, - его голос был хриплым. - Пойдем.

Он открыл передо мной дверь, и я прошла вперед, чувствуя на себе его взгляд. Он смотрел. И не отводил глаз, пока я не села в салон.

В машине повисла тишина. Миша вел машину сосредоточенно, но я заметила, как его пальцы сжимают руль чуть сильнее, чем нужно.

- Далеко ехать? - спросила я, решив нарушить молчание.

- Нет.

- Ты часто туда ходишь?

- Редко, - он пожал плечами. - Обычно предпочитаю более спокойные места. Но Димон сегодня отмечает повышение, и отказаться было неудобно. В клубах я подрабатываю в охране. Иногда выпроваживаю некоторых индивидов.

- Понятно, почему все время в образе моего телохранителя - я посмотрела в окно. - А что за компания?

- Друзья. Димон, его девушка Лена, еще пара ребят. Все свои. Не волнуйся, тебя никто не съест.

- Я не волнуюсь, - я повернулась к нему. – А предвкушаю. Раз ты меня не съел, то все нормально будет.

Миша бросил на меня быстрый взгляд, но тут же отвел глаза.

- Только не пей слишком много. Ни как на свадьбе…

- Я буду пить медленно и осознанно, - пообещала я. – Еду за танцами, а не выпивкой.

- Это радует, - он усмехнулся, но улыбка не достигла глаз.