- Просто... не сложилось, - тихо сказала я. - Мы разные люди. Миша оказался хорошим гидом и очень гостеприимным человеком. Но как мужчина он просто одинокий волк и всякие там девочки мешают спокойно жить. Как-то так.

Элли вздохнула, понимая, что давить бесполезно на подробности.

- Ладно. Главное, что ты дома. А мужчины... они приходят и уходят. А вот мы остаемся.

Потихоньку жизнь начала возвращаться в свое русло. Я вышла на пробежку вдоль набережной. Ветер бил в лицо, сбивая дыхание, но мышцы приятно ныли от нагрузки. В свободное время я изучала историю искусства, чтобы занять голову древними статуями и мифами, где любовь всегда заканчивалась трагедией или превращением в цветок. На фоне этого моя история казалась ерундой.

Вечерами я сидела на балконе, глядя на огни города и темное море. Иногда мне казалось, что я вижу силуэт Миши в толпе прохожих, чувствую запах его парфюма. Но каждый раз это оказывалось игрой воображения.

Однажды вечером позвонила Маша.

- Александрина, ты как? - ее голос был спокойным, участливым. - Лайнер вернулся. Капитан сказал Демису, что ты всю дорогу просидела на палубе. Молчала.

- Я просто устала и размышляла о разном, Марийка, - ответила я.

- О нем думала?

- Да.

Пауза затянулась.

- Он писал мне, - вдруг сказала невестка. - На следующий день после твоего отъезда. Спрашивал, добрались ли ты благополучно. Я сказала, что ты дома. Он помолчал и положил трубку. Больше не писал.

Сердце пропустило удар.

- Спасибо, Маш.

- Милая... Ты уверена, что не хочешь поговорить с ним? Я не лезу в то что произошло между вами. Но чувствую, что-то случилось. Вы оба хандрите.

- Нет, - твердо ответила я, хотя руки дрожали. - Не хочу о нем говорить. Если он захочет, он знает, где меня найти. Но он не хочет. Значит, так лучше. В конце концов у него есть мой номер. Твой брат ясно дал понять, что я для него обуза. Но я благодарна ему за те насыщенные дни, когда он показывал мне город и заботился обо мне. У него своя жизнь, а у меня своя. Отдыхай, Машуль. Не парься.

- Ладно, до связи, - попрощалась она.

Я положила трубку и посмотрела на море. Волны набегали на берег, разбивались о камни и отступали, чтобы вернуться снова. Жизнь продолжалась. Боль притуплялась, становясь фоновым шумом. Я училась дышать заново. Училась смотреть вперед, а не назад.

Но где-то глубоко внутри, в самом темном уголке души, жила надежда. Тонкая, как паутина, но живая. Потому что любовь, даже неразделенная, даже запретная, меняет человека навсегда. И я знала: кто бы ни пришел в мою жизнь дальше, часть меня всегда будет принадлежать тому мужчине с голубыми глазами, который не выбрал меня. И эта часть никогда не умрет.

Сообщение от Маши пришло неожиданно, разорвав привычную рутину моих дней.

«Лекси, мы с Демисом в Венеции! Медовый месяц в самом разгаре. Может ты к нам присоединишься? Скоро намечается карнавал. Повеселимся. А то потом работа, да учеба поглотят нас. Давай, соглашайся. Беременным отказывать нельзя. Бросай все, мы тебя ждём. Билет Демис скинул тебе на почту.»

Я перечитала сообщение три раза. Венеция. Город масок, каналов и романтики, которая висела в воздухе густым туманом. И Демис. Мой старший брат, который всегда был моей опорой, даже когда молчал. И Маша - его жена, которая видела меня насквозь. За короткое время она стала мне очень близка.

Отказаться было сложно. Да и не хотелось. Что я теряю? Афины давили на меня своими воспоминаниями. Каждый угол напоминал о детстве, о семье, о нормальности, которой у меня внутри больше не было. Мне нужно было убежать. Дальше. Громче. Ярче. И я ответила невестке, что с удовольствием приеду.

На следующий день я стояла в аэропорту с одним маленьким чемоданом. Полет прошел в полудреме. Когда самолет начал снижаться над лагуной, я прижалась лбом к иллюминатору. Венеция раскрылась передо мной как драгоценная шкатулка: красные черепичные крыши, извилистые каналы, отражающие небо, и гондолы, скользящие по воде бесшумно, как тени.

В аэропорту Марко Поло меня ждал Демис. Он выглядел довольным и расслабленным, в белой льняной рубашке и солнечных очках. Увидев меня, он широко улыбнулся и раскрыл руки.

- Ну здравствуй, беглянка, - произнес он, крепко обнимая меня. От него пахло морем и домом. - Добро пожаловать в город любви. Надеюсь, ты готова раствориться в ней?

- Я готова раствориться в просекко, - усмехнулась я.

- Это тоже вариант, - подмигнул он, забирая мой чемодан. - Маша уже заказала столик на набережной. Она говорит, что тебе срочно нужна порция итальянской страсти и никакой русской меланхолии.

Мы сели в водное такси. Лодка лихо развернулась и помчалась по Большому каналу, разрезая воду. Ветер бил в лицо, сбивая волосы, брызги летели на кожу. Город проплывал мимо, словно декорация к опере: палаццо с выцветшими фасадами, мосты, толпы туристов, музыканты, играющие на скрипках прямо на воде. Я вздохнула полной грудью. Приехать сюда было правильным решением.

- Готова? - с энтузиазмом начал брат. - Тебя ждёт вкусная еда, вино и прогулки по этим улочкам до утра, пока ноги не отвалятся.

Я кивнула с улыбкой. Водное такси причалило к небольшому пирсу возле отеля, где остановились молодожены. На берегу ждала Маша. Она сияла, словно само солнце сошло с небес, чтобы осветить этот вечер. На ней было легкое платье цвета морской волны.

- Александрина! - воскликнула она, бросаясь ко мне. - Наконец-то!

Мы обнялись, и в этот момент я почувствовала, как напряжение последних недель начало медленно отпускать. Здесь, среди воды и камня, среди людей, которые любили меня безусловно, можно было выдохнуть.

- Пей, - Маша вручила мне бокал. - За новую главу. Даже если она пока пишется чернилами слез.

Я сделала глоток. Холодное вино обожгло горло, но внутри стало теплее.

- За новую главу, - повторила я, глядя на темнеющее небо Венеции.

Вечер только начинался. И хотя сердце все еще болело, впервые за долгое время я почувствовала любопытство к тому, что будет дальше. Венеция не прощала грусти. Она требовала жизни. И я была готова ей это дать.

Утро в Венеции встретило ласковым солнечным светом, пробивающимся сквозь кружева старинных штор. Вдохнув сладковатый аромат влажного камня и морского бриза, я улыбнулась. Настроение, начало медленно, но верно улучшаться. Венеция, казалось, обладала магическим свойством растворять печаль в своей вечной красоте.

Было грустно, когда я видела, как по узким мостам, держась за руки, скользили романтические парочки, их смех, казалось, был наполнен тем самым счастьем, которого так не хватало. Я отводила взгляд, пытаясь сосредоточиться на изящных фасадах палаццо, на причудливом узоре канала, на мерцании воды, отражающей золотые купола.

- Ну что, готова к сегодняшним приключениям? – раздался бодрый голос Демиса.

Он, как всегда, излучал энергию и предвкушение. Рядом с ним стояла его жена, Маша, с лучезарной улыбкой. Она обладала удивительной способностью видеть хорошее даже в мелочах, и ее присутствие всегда смягчало острые углы. Я была очень рада за брата, ему повезло встретить свою любовь. И он не отказался от неё, когда она сбежала. Как любящий мужчина отправился за ней.

- Конечно, готова! – ответила я, стараясь не дать грусти проявиться вновь.

День начался с прогулки по району Сан-Марко. Толпы туристов, шум гондольеров, крики чаек – все это создавало неповторимую атмосферу. Я увлекалась великолепием площади Сан-Марко, с ее величественным собором и кампанилой, постепенно забывала о своей печали. Демис, с его неуемным любознательностью, рассказывал о каждой детали, о каждом историческом периоде, оживляя камни под их ногами. Маша же, держась за его руку, то и дело останавливалась, чтобы сделать снимок, запечатлевая на фото не только архитектурные шедевры, но и наши искренние улыбки.

- Представляешь, сколько судеб видели эти камни? – задумчиво произнесла Маша, глядя на фасад Дворца Дожей.