– Да? – нахмурилась я.
Мы, конечно, приятельствовали, но прямо подругами не считались. Хотя, кто знает, может и подруги, пусть не закадычные, но вполне себе…
В школе и университете у меня были подруги, даже близкая имелась, но после долгих лет болезни отца все как-то отсеялись. Понятно, кому охота общаться с человеком, вечно погруженном в борьбу с системой, хворью, проблемами, сыпавшимися, как из рога изобилия. В дела, которые страшно далеки от молоденьких девчонок, коими мы и были, а потом и вовсе в горе…
Ладно, решила я, назвала производителя, серию и даже артикул, благо совсем недавно писала письмо.
Вдруг у моего волшебника такой способ исполнить моё желание?
Через полчаса мы всей компанией из четырёх человек, как и договаривались, зашли в кофейню, в которой на удивление не было посетителей. Лишь парочка пенсионеров у окна степенно попивала кофе, о чём-то тихо беседуя.
– Денис! Поздравляем с рождением доченьки! – заголосила Настя, только мы переступили порог.
– Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем! – добавили мы, дружно скандируя и хлопая в ладоши.
Глаза бедняги в ужасе расширились, когда наша дружная компашка подлетела к стойке и выпалила из больших хлопушек, распыляя конфетти из фольги, которые плавно, как сверкающие снежинки, покрыли все поверхности кафе.
– Пусть растёт здоровенькой, умненькой и красивенькой, на радость папе с мамой! – выпалила Аня, зардевшись.
– Это от нас всех! – Настя протянула ошарашенному парню воздушные шарики с символическими подарками: бутылочка, пустышка, погремушка.
– Спасибо, – улыбнулся Денис, всё ещё с ужасом глядя на нашу компашку и столики, усыпанные конфетти.
Похоже, с сюрпризом мы перестаралась.
– Правда, спасибо, девчат! – засиял наш бариста, в этот раз сияя вполне искренне, от всей души. – Вам как обычно?
– Да, да, – закивали мы, усаживаясь за свой любимый столик.
Хорошо всё-таки делать людям хорошо, даже если это малознакомый бариста.
Кстати, по поводу бариста… Интересно, где сегодня работает вчерашний?
Кофе у него был поистине волшебный, ни разу в жизни такого не пробовала, и это я – не знаток напитка, представляю, что сказал бы ценитель…
Не из-за кофе я, конечно, вспомнила вчерашнего бариста, а из-за… Из чего, собственно? Да просто он симпатичный, а я кукую одна который месяц, и у него генофонд, а у меня нереализованные мечты.
Только всё это глупости, конечно. Расчувствовалась, глядя на молодого, раздувающегося от гордости папашу.
Скорей всего у «моего» бариста есть девушка или жена, или вообще жена и ребёнок, а то и не один. По возрасту точно могла быть парочка симпатичных карапузов.
Выбросить блажь из головы и заняться, наконец, ремонтом – вот о чём нужно думать, тем более обещали премию, а значит, можно действительно просмотреть обои.
Поклеить хотя бы одну комнату из двух. Ну, или с кухни начать, она совсем крошечная, на неё у меня наверняка средств хватит. Если не заморачиваться с новой мебелью, а обклеить фасады плёнкой – точно.
Всё время, пока мы ели, Денис убирался, глядя перед собой каким-то неприлично счастливым взглядом, таким, что казалось, сейчас лопнет от довольства, гордости и осознания своей новой миссии – вырастить нового человека планеты Земля.
Что материнство меняет женщин, я знала, а что отцовство мужчин, видела впервые.
Мы погрузись в свои разговоры, в основном, мне на беду, обсуждение Лены с Никитой, которым только что сгореть в огне инквизиции не пожелали. В это время парочка пенсионеров вышла, оставив оплату на столе.
– Сдачу подождите, пожалуйста, – спохватился Денис, глянув на крупную купюру, когда старичок уже подавал пальто своей импозантной спутнице. – Ваш счёт семьсот тридцать рублей, сейчас, – взял деньги и поспешил за прилавок.
– Сдачи не надо, молодой человек. С новорожденной вас, – степенно улыбнулся посетитель, открыл своей даме дверь, и вместе они вышли, оставляя совершенно обескураженного Дениса с крупной купюрой в руке.
Долго таращиться в сторону захлопнувшейся двери Денису не удалось, зазвонил телефон, и он рванул в сторону прилавка.
– Да, Дим Димыч. А? В каком смысле отгул? Ну-у-у-у д-а-а-а-а-а… выписка через день. А, на выписку! Естественно хочу. Оплачиваемый?! Правда?! Спасибо, Дим Димыч! Если что, я всегда, в первых рядах!
Уставился на нас, беспардонно сияя.
– У меня прямо Новый Год, девчат, сегодня!
– Лучше, Денис, лучше. У тебя дочка родилась! Аж завидно маленько, – пискнула Настя. – Выходной дали? – уставилась пытливо на бариста. – А кто тебя заметит?
– Не знаю, управляющий сказал, с другого филиала бариста пришлют, уже нашли.
– Вот и отлично, – засияла Настя, будто это ей дали выходной. Или мне – на меня она тоже посмотрела, не скрывая победной улыбки.
Замечталась о дочери, что ли? Аж светится вся, глаза горят юношеским задором и мечтательно закатываются.
Через день мы в кафе пришли вдвоём с Настей. Катерина заявила, что с сегодняшнего дня на диете, все эти пирожные, десерты и прочие вкусняшки из «Утро начинается здесь» до добра не доводят, а Аня отказалась выходить на улице в дождь, будто в ближайшее время нам грозила ясная погода и пляжный сезон.
Октябрь перевалил за половину, на пороге ноябрь – самый «прекрасный» месяц года. Дожди, слякоть, ветра, б-р-р-р…
Хорошо, если снег выпадет во второй половине месяца, хоть глаз порадуется, отдохнём от бесконечной серости, неминуемо висящей в воздухе, хоть как украшай город.
– Добрый день! – кинула Настя в сторону бариста.
Я оглянусь в поисках Дениса, но увидела новенького, того самого, что был здесь на днях. Симпатичный который, мужественный такой, тестостероновый.
Точно, Денис встречает жену с дочкой из роддома, его должен был заместить бариста из другого филиала.
– Добрый. Вам как в прошлый раз? – осведомился бариста.
– Да, да, да, – истово закивала Настя, глядя на него во все глаза.
Эй, ты вообще-то замужем. Нельзя так смотреть на посторонних мужчин, когда замужем, даже когда просто «в отношениях» нельзя, а уж замужем тем более.
– А вам, девушка? – перевёл на меня взгляд бариста, как-то пристально разглядывая. Неловко стало за свой скромный внешний вид.
На улице резко похолодало, утром пришлось вернуться, иначе бы околела на автобусной остановке. Схватила обычную толстовку, помещающуюся под пальто, и рванула, боясь опоздать на работу. Только выволочки от начальства на глазах восхищённой публики в лице Лены мне не хватало.
– Мне тоже, как в прошлый раз, – ответила я, вспоминая, что именно я брала в прошлый раз.
Впрочем, какая разница. Здесь всё удивительно вкусное, не только кофе – хотя он-то фаворит вне конкуренции. Десерты, пирожки, пирожные, салаты, даже самые обычные, типа дежурного оливье или винегрета – обалденные.
Кажется, Денис рассказывал, что у них своя пекарня и кухня для всей сети кофеен, каждое утро свежий завоз и строгий контроль качества.
– Отлично!
Через несколько минут перед нами материализовался наш заказ, чашки с кофе были украшены таким латте-артом, что поднести к губам и испортить красоту казалось настоящим кощунством. Причём у меня и Насти были разные изображения.
У Насти объёмная лисья мордочка, хитро прищурившая раскосые глазки, а у меня – невозможно хорошенький, пушистый зайка с двумя морковками по низу рисунка.
Помимо обыкновенного нашего обеда на столе появились две белоснежные тарелочки с буше со словами, произнесёнными голосом, который словно только этим воздушным буше и питался:
– Небольшой комплимент от заведения.
– Но?.. – смутилась я, зная цену пирожного.
Не миллион рублей, но, если бариста с его, наверняка, небольшого заработка, начнёт раскидываться такими подарками, зарплаты надолго не хватит.
– Сегодня день рождение нашей сети, это от шефа, – сразу же поправился бариста. – Меня Андрей зовут, если что, – показал он на бейджик со своим именем.
