– Прости, что сразу не сказал, как-то…

– Из головы вылетело? – подсказала я с нотками растерянности в голосе, хоть искренне хотела звучать твёрдо, а лучше оскорблённо.

– Нет, не вылетело, – вполне искренне ответил Андрей. – Просто ты так сильно загналась, что я управляющий, что я решил придержать информацию при себе о том, что владелец. К тому же… – Он посмотрел на меня задумчиво, перевёл взгляд на окно, потом на витрину, будто подыскивал слова, и наконец нашёл: – Не все кофейни принадлежат мне, только эта и ещё одна, остальные работают по франшизе. Ты ведь знаешь, что такое франшиза, – уверенно заявил он.

– В общих чертах, – кивнула я.

Вообще-то, я менеджер по закупкам, кое-каких знаний в сфере бизнеса нахваталась, должна была, во всяком случае.

– Франшиза – это права на использование торговой марки, бренда и другой интеллектуальной собственности компании, – подсказал Андрей. – В общем, все остальные кофейни работают по франшизе, у них свои владельцы. Мы заключили договор коммерческой концессии, с кем-то через лицензионный договор. Я же владею только двумя, самыми небольшими кофейнями. И, кстати, хорошие новости, я всё ещё управляющий всего этого добра, – беззаботно улыбнулся он. – В общем, время от времени я передаю права на своё детище и заодно управляю всей сетью. Очень удобно, и не так… напряжно что ли, как вести большой бизнес. Ну и выгодней, да, абсолютно точно выгодней. Налоговое обременение меньше, ответственность тоже. Нет, я планирую, конечно, расширятся, не подумай, что я сижу на… попе ровно.

Слово «попа» из уст взрослого мужчины, который буквально час назад лицезрел мою попу в самом что ни на есть неприличном виде, прозвучало настолько забавно, что невольно сгладило напряжение, повисшее в воздухе.

– Думаю в этом году открыть ещё пару кофеен, но пока так. Если ты опасаешься, что я какой-то гремучий миллионер, можешь смело выкинуть эту мысль из головы. На жизнь, конечно, хватает. Можем даже после нового года рвануть погреть пузики и бочка, пополоскать ножки в океане, поесть моллюсков всяких, но, в общем и целом, я самый обыкновенный человек. В отличие от тебя, между прочим, – мягко проговорил он.

– Разве? – смутилась я.

– Чистая правда. Помнишь, я уже говорил тебе, что ты необычная, самая удивительная девушка, которую я когда-либо встречал. Сейчас я могу повторить то же самое, и не только потому, что ты биохимик – это же отвал башки, если честно. Биохимик! Уж поверь, открыть парочку кафешек рядом не стояло со знанием химии. Я лично сдался ещё в школе, как и большинство населения нашей планеты, чтоб ты понимала. А потому что ты… добрая, открытая, искренняя, нежная, сексуальная… ух, какая сексуальная на самом деле. – Выразительно посмотрел на меня, от чего моё сердце сделало кульбит и легкомысленно простило обман. Владелец и владелец, действительно, что такого? – И красивая, – шепнул он, легонько проведя указательным пальцем по моей щеке. – Кожа такая нежная, дыхание сладкое, – нагнулся он к моим губам. – И самый вкусный ротик на свете, самый соблазнительный… самый желанный… знаешь, я подумал вдруг… как ты относишься к сексу в общественном месте? – огорошил меня вопросом.

Мы же только что про франшизу говорили, лицензионный договор, эту ещё, как её… коммерческую кон.. концессию… копцесию…

– В смысле? – мелко-мелко заморгала я, догадываясь, к чему клонит Андрей.

Неожиданно возбуждающее предложение.

– Кофейня ведь общественное место, правильно? – промурлыкал он, как кот, глядящий на мышку. – И в то же время прямо сейчас абсолютно безопасное. Никаких посетителей, никаких работников. И камеры отключены, – спешно добавил он, видимо, прочитав остатки сомнений на моём лице.

Потянул меня на себя, обхватил мою ладонь, приложил к своему паху… надо же, мы столько раз за последние сутки занимались любовью, а он уже был готов, ещё как готов. Прямо о-го-го как.

– У тебя самый сладкий ротик на свете, – хрипло прошептал он, наблюдая, как я облизнулась, клянусь, плотоядно.

Присела на корточки, потом встала на колени, потянулась к резинке на домашних мужских брюках, снимая вместе с боксерами, и прижалась губами к крупной головке.

Что ж… секса в общественном месте у меня действительно не было. Почему бы и нет, если это точно безопасно.

На работу я пошла от Андрея, полная надежд если не на будущее, то на прекрасный день.

Впрочем, и на будущее тоже. С Андреем. И нашими совместными детьми.

Понимала, что это невероятно глупо и абсолютно нелепо – думать о том, что мы обязательно будем вместе, непременно поженимся и родим детишек, но разве мы вольны над своими мыслями, надеждами, мечтами.

Естественно, я бы ни за что не призналась в своих мыслях никому, ни подругам, ни тем более Андрею, но не думать и не мечтать я не могла.

– О, у кого-то была отличная ночь, – пропела Настя, увидев меня на пороге кабинета.

Лена, до этого смотрящаяся в зеркальце, уставилась на меня, скривив толстые губы в непонятной гримасе. Складывалось впечатление, что моя личная жизнь как-то негативно сказывается на ней лично.

В это время из-за компьютера Катерины выглянула всклокоченная голова Никиты – он когда-нибудь научится причёсываться расчёской, а не пятернёй? Тот оценивающе поглядел на меня, отвернулся, перед этим кинув уничижающий взгляд, который, впрочем, никак на меня не подействовал.

В своих мечтах я растила двоих малышей от Андрея, он приезжал домой немного уставший, но всегда счастливый, потому что его с нетерпением ждала любящая семья и бесконечно любимая я.

И какой-то козёл по имени Никита со своими косыми взглядами попросту не мог меня задеть.

Иди на Лену свою зыркай, тем более она уже дыру во мне проделала. Вот и сверлите взглядом друг друга, не меня.

– Я требую подробностей! – взвизгнула Настя, схватив меня за локоть, потащила в сторону коридора и, как я понимала, курилки.

– Мне тоже нужно всё знать, – поднялась с соседнего с Никитой стула Катерина. – Никит, ты же справишься? – пропела она с заметной иронией в голосе, с издёвкой.

Пришлось рассказать, опустив подробности, естественно, что ночевала я у Андрея. Про ремонт рассказать, который мы начали и неизвестно когда завершим, и пока я, выходит, живу у него.

Заодно дать понять, что он очень даже очень. В смысле, не выспалась я по самой что ни на есть приятной причине. И вообще, ни разу в жизни я настолько не высыпалась.

– Цени момент, – пропела Катерина.

– Повезло, – констатировала Настя. – А я сразу сказала, парень – что надо. Подумаешь, просто бариста.

– Кто бариста? – засмеялась в голос Катерина. – Ты тачку его видела? А обувь? Бариста, как же… а я Дейенерис Таргариен, Королева Андалов, Ройнаров и Первых Людей, блин!

– Ну… он не просто бариста, хотя и бариста тоже, – потупившись, призналась я. – Он управляющий всей сети кофеин «Утро начинается здесь» и владелец двух из них.

– Охренеть! – в один голос воскликнули Настя и Катерина. – С ума сойти!

– Что «охренеть»? – пропела Лена, заходя в курилку с самым невинным видом.

Подружка нашлась.

– Тебя не касается, – прошипела Настя. – Хотя, почему бы не посекретничать. Ты же никому не скажешь, правда? – невинно посмотрела на топтавшуюся в нетерпении подругу козла Никиты. – Дина переехала к парню, он обалденный любовник, огонь какой… хотя, откуда тебе знать, как это, у тебя же Ни-ки-та, – гаденько хихикнула.

– И, кстати, управляющий сетью ресторанов, – растянув губы в улыбке, заявила Катерина. – Повезло нашей Дине, правда? – невинно уставилась на Лену, смешивая взглядом с отходами жизнедеятельности парнокопытных. – Но это тайна, – приложила палец к губам и вышла из курилки.

Мы последовали следом, оставив Лену с вытянутым лицом и дёргающимся глазом.

Мелочно? Мелочно. Зато приятно.

Вечером за мной заехал Андрей, я честное слово, не ждала. Собиралась отправиться домой, взять необходимые вещи, после поехать к нему – ключи от квартиры он утром мне дал.