Гонца к герцогу Ветрову удалось собрать в рекордные сроки. Точнее говоря, это была группа из пяти головорезов с подменными лошадями.

Вместо тяжёлого золота, которое раздобыть не так-то и просто, он вручил им мешочек с драгоценными камнями. Отсыпал в него половину того, что у него оставалось. По цене это выйдет немногим меньше, чем его сундук с монетами. Так что взятка сюзерену выходила весьма и весьма солидной.

К откупу было приложено письмо, в котором барон Подгорный изливал елей в адрес герцога и заверял того в полной лояльности. Мол, посланника вашего с солдатами приняли как родных и оберегаем от всяческих опасностей. Шахт никаких не имеем, а слухи о них дурные и бессовестная ложь. Все ценности — наследие от покойной матушки. В общем, банальная чушь, сквозь которую читалось: вот тебе огромная взятка, твои люди у меня в плену; бери деньги, сколько дают, и не выеживайся, а то королю и твоим противникам пожалуюсь, что ты в край охренел, и у тебя будут проблемы.

Пока же гонцы мчались в столицу герцогства, Леонель отправился к солдатам герцога из группы сопровождения инспектора.

Герцогские гвардейцы поняли, что угодили в глубокую задницу ещё в тот момент, когда на них бесцеремонно направили арбалеты с замковой стены. Когда же они обнаружили, что дружина барона, состоящая из грозных южан, лишь в десять раз по численности уступает войску герцога, им и вовсе стало грустно. С одной стороны, пятьсот солдат запросто втопчут в грязь захудалого барона. С другой стороны, на это нужна серьёзная причина.

Во-первых, кто в здравом уме будет отсылать целое войско на усмирение барона, который… не бунтовал? Формально он ничего предосудительного не делал. Очень даже наоборот — он с небывалым рвением выполнял долг дворянина — развивал свои земли и защищал страну от нашествия дворфов. Напади на него герцог в открытую, и как раз последнего посчитают мятежником. Ведь он нападёт на своего же аристократа, который верно служит короне. Так ещё его графы с баронами взбунтуются, осознав, что сюзерен точно так же может пойти грабить их самих.

Во-вторых, даже если допустить, что герцог решится на безумный шаг по отправке войска на окраину, сделать это будет непросто. Пятьсот человек — это вся численность солдат и стражи.

Стражников нельзя сдёргивать с места, иначе кто будет осуществлять поддержание порядка? А это примерно половина численности всех воинов в подчинении Ветрова.

Две сотни воинов распределены по всему герцогству, патрулируя границы и неся службу в крепостях.

Остаётся лишь полусотня личных гвардейцев герцога, к которой относился и попавший впросак десяток. То есть, фактически воинов у сюзерена осталось всего сорок. Это даже меньше, чем у Подгорного барона. А у последнего ещё есть крепкие замковые стены и запасы провианта. Так что его отсюда минимум полгода не выкурить, даже если осадить замок. Но до осады вряд ли дойдёт. Солдат герцога убьют раньше, чем они успеют разбить лагерь. В этом гвардейцы не сомневались после того, как увидели силу дружинников барона.

Несколько солдат Волка, стараясь покрасоваться и снизить мораль противников вместе с желанием к сопротивлению, устроили спарринг. Они сошлись в схватке на деревянных мечах.

Гости прикипели взглядами к бойцам, которые кружили по площади, словно на арене. В следующий миг их тела смазались от невероятной скорости, будто они находились под серьёзным допингом магии жизни и с наложенным заклинанием скорости. Деревянные мечи мельтешили так, что сливались в полосы, и с грохотом сталкивались. Сражение на бешеных скоростях проходило на протяжении десяти минут, что по меркам подобных схваток целая вечность.

Гвардейцы наблюдали за «тренировкой» широко распахнутыми глаза и с отвисшими челюстями.

— И вот этих мы должны были подавить? — прошептал своему десятнику напуганный рыжебородый крепыш.

— Да уж… — их командир запустил руку в густую каштановую бороду. — Это уровень мастера… у рядовых воинов. Этих двоих хватит, чтобы вырезать половину нашей гвардии. Если же их будет десяток, то такой отряд расправится с половиной столичных стражников.

— А их полсотни, командир, — сглотнул вязкую слюну рыжебородый. — Нас жёстко подставили. Захудалый барон-выскочка, говорил нам капитан…

Неожиданно со спины раздался комментарий:

— Интересное мнение…

Солдаты герцога оторвались от схватки, которая внезапно завершилась. Первыми резко обернулись десятник и рыжий. За ними последовали остальные их товарищи. И всё ради того, чтобы узреть барона Подгорного собственной персоной.

Леонель широко ухмылялся, наблюдая за вытянутыми лицами десятника и рыжебородого.

— Господа гвардейцы, вы у меня в гостях. Больше у вас нет нужды напрягаться и опасаться нападения врагов. Можете отдыхать до момента отправки в обратный путь. Поскольку под моей защитой вам ничего не угрожает, для лучшей сохранности сдайте оружие и доспехи интенданту — он о них должным образом позаботится.

— Мы и сами позаботимся о своём оружии, — нахмурился рыжебородый, на что тут же получил тычок локтём в бок от десятника.

Командир гвардейцев герцога сразу понял, что это приказ сдать оружие, замаскированный под просьбу. И если они не подчинятся, то всем отрядом могут запросто стать жертвами «разбойников». Подчинённый их едва не подставил своим длинным языком, который тот не умел держать за зубами. И это сразу после того, как он оскорбил барона.

— Я всё же настаиваю на том, чтобы вы лишний раз не напрягались, — мило и добродушно продолжил Леонель, не реагируя на возмущение. — Профессиональные ремесленники прекрасно справятся с тем, чем в мирной жизни воинам нет смысла заниматься. Ваше дело отдыхать, господа гвардейцы. А то вдруг завтра война, а вы усталые?

— Мы сдадим оружие и доспехи, — постарался не скривиться десятник, понимая, что у них нет выбора.

— Вот и славно, — обозначил кивок зельевар. — Кстати, я пришёл пригласить вас на праздничный ужин. Нечасто к нам заезжают гости, тем более столь солидные.

— Мы обязательно придём, барон, — десятник жестом заткнул рыжего, который хотел высказать нечто оскорбительное. — Благодарю за приглашение.

Стоило барону удалиться, как его люди начали принимать оружие и доспехи незваных гостей.

Когда солдаты герцога остались одни, десятник отвесил рыжебородому смачный подзатыльник.

— Идиот! Ты нас чуть не подставил! Или ты думал, что барон реально нам всего лишь предлагает сдать оружие?

— Нет, но… — рыжий обижено погладил лысую голову, которую больше не защищал стальной шлем. — А чо он так с нами⁈ Мы же солдаты герцога, а он всего лишь заштатный барон!

— Идиот! — десятник повторил лечебную процедуру в виде подзатыльника. — У этого «заштатного» барона дружина по численности как у герцога, а по качеству подготовки превосходит элитную королевскую гвардию. Там таких мастеров всего трое, а тут они все такие! Если бы мы не подчинились, то уже кормили бы свиней своими телами.

— Командир, — подал голос до этого едва заметный молодой парень с жиденькой светлой бородкой, которая недавно начала расти. — Как думаешь, нас отсюда выпустят живыми?

— К сожалению, — тяжело вздохнул десятник, — от нас это не зависит. Если барон с герцогом договорятся — выпустят. Нет… Тогда всё плохо.

— Командир, — продолжил тот же блондин, — разве тут не был ещё недавно пустырь? Откуда вообще тут взялся замок⁈

— Откуда? — саркастически скривил губы десятник. — Оттуда! Из живота твоей матери вынули!.. Откуда мне знать, откуда он тут? Построили… наверное.

— Так быстро? — блондин выразил всеобщее удивление.

— Архимаг, фигли, — развёл руками в стороны командир. — По крайней мере, так об этом бароне говорили. За это он получил свои титул и земли.

— И нас отправили прижучить архимага?!! — испуганно выпучил глаза рыжебородый. — Они безумные? Это же однозначная смерть!

— Нас послали его прощупать и найти шахту с камнями, — поправил подчинённого десятник. — Ну и, возможно, припугнуть его. Хотя, как по мне, глупо пугать архимага десятком воинов. Мне кажется, что нашего «уважаемого» инспектора специально сюда послали в качестве смертника. Да-да! Зная о его мерзком характере, его отправили на верную смерть. Как и нас.