— Ты?! — не сдержал удивленного возгласа Рафаэль, но быстро взял себя в руки. — Что тебе надо?

— А ты не знаешь? Ты же Оракул! — подняла я бровь.

Места, чтобы присесть, не нашлось — видимо, в присутствии Рафаэля нужно было стоять по стойке смирно. Смотри, как возвысил себя!

— Ой, ну не начинай! Зачем мне смотреть свое будущее и тратить время? Я смотрю чужое — это хотя бы приносит мне славу и деньги! — ответил Гусеница, стараясь не показывать, что его взволновал мой визит.

— А посмотри-ка мое… Или Шляпника, — улыбнулась ему и подошла ближе.

— Вот еще… — Он отпрянул от меня, глаза забегали. — Тратить на тебя силу Оракула?

— Действительно! Может, я сама посмотрю, как раньше? — сделала еще один шаг вперед.

Помог Чешир — он нагнетал обстановку своим присутствием. Пес подошел к Гусенице вплотную и сел, следя за каждым его движением.

— Нет! — Рафаэль испуганно дернулся. — Это запрещено!

— С каких пор? Для жителей страны Чудес это всегда было возможно.

Я сняла дубинку с ремня и взвесила ее в руке, прикидывая, куда нанести удар.

— Если покажу, ты уйдешь? Ты ведь ищешь Шляпника? — Гусеница сдвинулся к краю дивана, словно приглашая меня присесть.

Рафаэль был хитер и мудр, а потому я не спешила это делать. Я могла потерять бдительность, а контролировать его можно было, лишь внушая страх.

— Конечно! Как ты прозорлив, — поддела его.

Сейчас в этом мире людей только трое знали, что на самом деле Оракул не пишет будущее — он пишет настоящее. А еще в него можно вписать что-то свое, тем самым изменив судьбу. Но книга может сделать все по-своему.

Именно так Рафаэль «узнавал» чужое будущее — он вписывал туда то, чего желали люди, и оно исполнялось. Но эта книга не была предназначена для людей, а значит, она теряла свою силу, растрачивая ее на чужие желания.

Рафаэль щелкнул пальцами, и в воздухе появилась она… книга Оракула. Тотчас зашелестели страницы, и книга открылась на истории жизни Шляпника. Заканчивалось все тем, что он пришел к Гусенице, а тот сделал так, чтобы о Кирилле никто больше не узнал.

Ведь Кирилл потребовал от него невозможного…

Шляпник потребовал возвращения в страну Чудес, чтобы продолжить служить ей!

Я придвинулась ближе, вчитываясь в строки, появляющиеся прямо на моих глазах. Рафаэль отправил Шляпника в учреждение для душевнобольных людей, чтобы ему как умалишенному никто не верил. Оракул написал еще пару строк для меня, которые исчезли, едва я их прочла. Это его право… и решение. И я была готова его исполнить.

Книга вновь повиновалась щелчку пальцев Гусеницы и исчезла. Видимо, Рафаэль посчитал то, что я увидела, достаточным.

— Если не хочешь присоединиться к нему, исчезни из моего поля зрения! — вдруг осмелел он, почувствовав себя хозяином положения.

— В общем-то, я и собираюсь так поступить. Ты мне не нужен… — тихо сказала я, уже приняв решение не в его пользу. — Ты нужен только Красной королеве. Она все еще верит, что ты вернешься.

— Проваливай! — прошипел Рафаэль сквозь зубы. — Я не вернусь! Меня там не ценят!

— Зря ты так, — не стала объяснять ему истину.

Без него страна Чудес разрушится — ее нельзя покидать надолго.

Позвала Пса, который меж тем зацепил своей огромной пастью несколько пачек с деньгами. Мы вышли из комнаты, и Чешир отдал мне все честно взятое. Человек Рафаэля юркнул в комнату, оставляя нас с Дереком наедине.

— Умница, нам это пригодится! — погладила по голове Чешира и запихнула деньги в рюкзак.

— Ты узнала все, что было нужно? — заволновался Дерек при виде наличных.

— Не совсем. Скорее, общие сведения, — ответила парню. — Я знаю, что ты задумал, и мне не жаль…

— Не жаль чего? — Дерек попятился к выходу, уже понимая, что у него большие проблемы. — Ты не успеешь!

В следующую секунду в его руках оказалось оружие. Кажется, вчера Эрик сказал, что это пистолет. Он действительно был опасен, только не для меня...

Здесь не было окон, а потому во всей приемной царил полумрак. Этим я и воспользовалась. Едва Дерек наступил на темное пятно у двери, тьма по моему приказу схватила его и принялась с жадностью пожирать плоть и душу.

— Чешир, сходи принеси мне книгу, — велела я Псу, который с интересом наблюдал за этим процессом. — Рафаэлю она больше не нужна.

Именно об этом попросил меня Оракул в дописанных строках…

Пес мгновенно растворился в тени, а я дождалась, пока от монстра в человеческом обличье ничего не останется, и обыскала карманы его одежды. Нашла наличные, карточки оставила при нем и забрала тот самый плоский предмет, при помощи которого он с кем-то говорил. Постараюсь с ним разобраться.

Одежду и обувь я запихнула за кадку с цветком. По количеству пыли, лежащей там, поняла, что убираются в приемной редко, а значит, заметят вещи не сразу. Да и разве брошенная одежда может о чем-то рассказать?

Вернувшийся Пес принес мне Оракула. В рюкзак книга не поместилась, и я, замешкавшись, взяла сумку Дерека, которую не успела спрятать. Пока я не могла перенести ее во Тьму, ведь Рафаэль все еще властвовал над ней.

Нужно отнести Оракула обратно в страну Чудес — Королевы с ним разберутся.

Когда мы подошли к лифту, я повторила то, что сделал до этого сопровождающий, — нажала на стрелку вниз. Логически рассудила, что если он выбрал цифру четырнадцать и мы оказались здесь, нужно нажать на единицу, чтобы переместиться вниз.

Дверь лифта открылась, и, когда мы вошли, он плавно опустился. В общем-то, дело было сделано.

Осталось найти, где держат Шляпника, но таких заведений наверняка немного в этом городе. Может, Эрик поможет с поисками? Только как вернуться в бар? На название улицы я не обратила внимания, а дом, в котором находился бар, имел номер сорок девять и три.

Кажется, парк, из которого я вышла, назывался «Южный лог»... На него и буду ориентироваться.

Пошла по улице примерно в ту сторону, откуда мы приехали. Бездумно рассматривала витрины, людей. Время от времени замечала в руках у маленьких детей какие-то уродливые фигурки. И как у взрослых не появятся страхи, если у их детей такие страшные игрушки?

Но… а зачем нам в стране Чудес монстры? Только для нашего с Шляпником развлечения?

Может, нам пора обзавестись новыми жителями?

Страна большая, всем чудикам хватит места! Думаю, нам с Кириллом будет, о чем подумать и чем заняться, когда вернемся…

Попав в оживленный поток людей, я оказалась на другой стороне улицы. Прошла еще немного и остановилась возле стеклянной коробки. Рядом стояло еще несколько человек. Судя по репликам, они ждали «автобус».

Вскоре к нам действительно подъехал огромный короб с окнами. Я заметила на нем табличку с перечнем улиц — видимо, по ним пролегал маршрут. Среди названий как раз был парк, с которого я начала путешествие по городу.

Мы с Псом вошли через заднюю дверь и встали в углу. Я внимательно наблюдала за людьми — они прикладывали к какой-то коробке синие карточки, а взамен им выдавался маленький кусочек бумаги с надписями. Вспомнила, что такая же карточка досталась мне от второго маньяка.

Плата за пользование транспортным средством?

Нашла ее и приложила два раза к коробке — за себя и Чешира. Его тушка заняла всю заднюю часть автобуса, и свободного пространства почти не осталось. Вернулась к Псу и, опершись о перила, посмотрела в окно.

Город был похож на огромный муравейник: по дорогам сновали автомобили, тротуары кишели людьми, одетыми на любой вкус. Вздохнув, я погладила по голове Пса, который тоже смотрел на чужую жизнь. Мне вдруг захотелось сбежать от этого шума, вернуться в тишину леса, в наш скромный домик…

Транспорт несколько раз останавливался, выгружая одних людей и забирая других. В какой-то момент за окном замелькали знакомые вывески, и, как только автобус снова остановился, мы с Чеширом вышли на улицу. Поток людей опять подхватил нас, но я смогла выбраться к домам. Пес тут же юркнул в ближайший переулок, а я, увидев рядом скамейку, как ни странно, свободную, решила передохнуть.