Чудовище вновь зашевелилась внутри, просясь на волю и требуя, умоляя и уговаривая, нашептывая соблазнительные слова и обещая их исполнить. Подняв глаза к небу вспомнил ехидный взгляд князя когда я уносил ее. Слишком длинное платье путалось у нее в ногах. Скорее всего остались от предыдущей хозяйки комнаты. Гувернантки или экономки. А сама она, холодная как ледышка, лишь доверчиво прижалась к груди.

Раскрыл темные крылья за спиной и отпустив лишние мысли взмыл вверх к облакам, навстречу резким порывам ветра. Соревнуясь с ним, играя, споря. Закладывая крутые виражи и темным пятном мелькая среди облаков. Выпуская ненадолго чудовище и становясь с ним одним целым.

Кровь бешено стучала в груди, глаза могли разглядеть мельчайший куст, птицу настороженно притаившуюся в ветвях деревьев, огни деревенских домов. Разогнавшись до огромной скорости камнем рухнул вниз.

Ветер бил в лицо, земля стремительно приближалась. Азарт, риск, игра со смертью. Вот до земли осталось не больше двух метров и раскрыв крылья, взмахнул отталкиваясь вверх. Напротив сверкнули холодным золотом глаза лютогрыза.

Огромный волк с черным смолянистыми шипами на загривке и мощных лапах. Шкура чуть сверкает темными фиолетовыми бликами. Ручной зверек темных эльфов, экспериментальный. Но увы и ах сбежавший, поселившийся в лесу и расплодивший себе подобных. И если раньше над эльфами ржали, что они упустили своё нахваленое творение, то после стали проклинать.

Один такой зверь мог запросто загрызть целую деревню. Но выходят они из своих берлог редко, а к людям соваться вообще не любят, только если нужда какая или месть.

И сейчас один из таких, недружелюбно относящихся ко всем двуногим, фиолетовый песик, скалил зубы и сверлил меня взглядом.

— Будешь Барбос! Тебе подходит, — потрепав песика за холку и чуть не оставшись без руки вновь взлетел вверх. Снизу жалобно завыл лютогрызик. В ответ ему отозвались ещё парочка и со всех сторон к нему начали подтягиваться ему подобные.

Окинул взглядом, заполнившуюся фиолетовыми пушистыми тушами, поляну мысленно прикинул сколько их тут и сделав немудренные подсчеты, с приятным чувством от предстоящей гадости, полетел в сторону поместья.

По лицу расползлась ядовитая улыбка и настроив зеркало позвонил старому знакомому. Спустя пару мгновений зеркальная рябь расплылась и показалось недовольное лицо мага.

— С дубу рухнул? Время второй час ночи! — заорал Дариус.

— Ну что поделать я соскучился, тем более ты всё равно не спал и уж точно не был с дамой, наверное опять сидел зарывшись в книги, — предположил, оглядывая пространство кабинета за его спиной, погрязшего в книгах, отчетах и документах.

— Так что тебе нужно?

Лучезарно улыбнулся, предчувствуя его реакцию, и, судя по дернувшемуся глазу Дариуса, дураком он не был.

— Я тебе новую зверушку нашел, помниться ты как то рассказывал, что хочешь завести песика, так вот там их целая полянка. Пушистые, голодные, одинокие, с преданно смотрящими на тебя золотистыми глазками и фиолетовой шкуркой, — с каждым произнесенным словом лицо Дариуса кривилось всё сильнее и под конец он выругался и пообещал кого то прибить, и я искренне верю что не меня.

— Большая полянка то?

— Очень, — с самым довольным видом подтвердил я. — Ну бывай, — взмахнув рукой отключил связь, оставив его наедине с неприятной новостью.

А вот нечего было у меня место начальника безопасности из под носа уводить, глядишь бы и не пришлось по ночам с подчиненными по лесу носиться. Улыбнувшись упал на кровать и наконец заснул.

Яромир

Утренний чай не задался, стоило спуститься в столовую и усесться в кресло у открытого окна, за которым сверкали молнии и ливень лил непроглядной стеной, как во дворе раздался грохот в ворота. Бедный старик охая и вздыхая надел сапоги и выбежал под дождь, открывать ворота незванным гостям. Сонный Всеволод, облокотившись о дверной проем, пытался что-то разглядеть сквозь ливень.

— Кого только принесло?

Пожал плечами, в самом деле не зная что предположить. Это мог быть как кто-нибудь из богатеев этого захолустья, так и кто-нибудь из управления стражи, учитывая, что вчера в лесу обнаружили крупную стаю лютогрызов. В утренней газетенке уже была статейка с записью о халатности местных управляющих и благодарность столичным магам.

Дверь отворилась и в хол неуклюже вошел плотный человек, в еле сходящемся на объемной фигуре костюме. Пышные рыжеватые усы были зачесаны вверх, а слегка седеющие волосы были коротко подстрижены.

Следом в дверь величественно вплыла фигура женщины в красном, расшитом драгоценностям платье и вуалью на лице. Неприязненно поморщился при виде стервы из-за которой пришлось покинуть столицу.

Князь её то ли нарочно игнорировал, то ли был очень рад видеть этого толстяка.

— Приношу извинения за столь ранний визит, я только вчера узнал от герцогини о твоем приезде,— проговорил толстяк пожимая князю руку.

— Граф Анатоль, помнится в моем детстве вы часто посещали этот дом, — учтиво отозвался князь.

С малым интересом осмотрев этого старика, перевел взгляд на женщину. Герцогиня – богатая тварь, привыкшая крутиться в высшем свете и получать что угодно. Бывшая Всеволода. Сейчас от нее несло злостью и каким-то протухшим страхом.

— Всеволод! Неужели ты настолько не рад мне, что даже не поздороваешься? — грудным наигранно недовольным голосом произнесла она.

Граф неловко крякнул поглядывая то на нее, то на князя. А вот лицо друга превратилось в холодную маску.

— Отчего я должен быть рад незваным гостям?

— Я приехала к тебе, — явно переигрывая мурлыкнула она шагнув вперед и взмахнув руками запнулась, из под юбки её метнулась знакомая мне крыса и с криком проклятий герцогиня свалилась на пол.

Помочь ей не дернулся ни один из присутствующих. И по комнате расползлось зловоние ее ненависти. Неуклюже поднявшись и оглядев всех злобным взглядом, она остановилась на бледном, не знающем куда себя деть, графе.

— Граф Анатоль, кажется вы торопились! — неприязненно прошипела она.

Граф икнул, кивнул и что-то неясно пробормотав, извинился перед князем, и вновь вылетел во двор под дождь. Вновь раздался шум от экипажа и грохот закрывающихся ворот.

— И что же принесло герцогиню в такую глушь? — спрашиваю, приподняв бровь, чувствуя что друг просто не знает, как реагировать, и дикая смесь его эмоций заполняет пространство, вызывая сожаления в моей душе.

— Общаться с такими как ты я не собираюсь, — брезгливый взгляд из под ресниц, хмыкаю вспомнив с каким лицом она старалась залезть в мою постель.

— Воль! Я по тебе скучала, — снова строит она умильное выражение лица, подступая к князю и протянув руки за которые в тот же миг была перехвачена.

— Скорее ты соскучилась сама по себе. Неужели в столице закончились богатые любовники? — резко обрывает князь.

— В столице не было тебя, — тянет герцогиня, а мне хочется вырвать ей ее лживый язык.

— С тобой я не желаю иметь ничего общего. Вспомни наконец о своем муже и катись на всё четыре стороны, — сквозь зубы цедит князь.

Она недовольно выдыхает и все равно продолжает жалкую игру.

— Но нам было так хорошо … — тянет с придыханием.

— И ещё половине высшего света очень нравилось ночевать в твоих покоях, — отбрасывает он ее руки и отходит в сторону.

Ее руки нервно дрожат, а во взгляде сверкает ненависть.

— Ты слишком много о себе возомнил! — выкрикивает она уже не пытаясь скрыть злобу.

— Так что ты тут забыла Роксана? — спросил поднимаясь из кресла и подходя к ней, заставляя отступать к выходу и чувствуя ее страх. Чудовище требует свернуть двуличной твари шею и я впервые хочу с ним согласиться. Ненависть к ней у нас общая.

— Я хочу какое-то время пожить у вас. В столице ужасная атмосфера, — с кривой усмешкой говорит она, отступая вновь.

— Дааа? И с какой бы стати? — издеваясь тяну, подходя ближе.