— На холме у леса, там могильный камень под дубом стоит. Одна тропинка туда только и ведёт, — смирившись сказала старушка.
— Премного благодарны. Ну мы пойдем, вставай Ян, посмотрим на творение в твою честь, — с усмешкой произнес Яр.
Распрощавшись со старушкой и ещё раз узнав направление, побрели по тропинке.
— А зачем нам туда?
— А тебе не интересно что там в твою честь соорудили? Может там даже памятник есть, на котором местные белки приносят жертвоприношения? — хохотнул Яр.
Через пол часа блуждания по полям поднялись на холм у которого начинался лес. На самой вершине стояло большое дерево, украшенное белым лентами. Под ним стоял одинокий могильный камень с неясно выцарапанными на нем буквами. Сам камень почти полностью был обвит вьюнком с белыми цветами.
Опустившись рядом, чуть отодвинула цветы, читая надпись: «Янина Листвицкая девятнадцати лет, навеки угасший лучик солнца».
Наверное здесь и правда похоронена я. Точнее прошлая часть меня, то о чем я не помню. Всё о чем было забыто и что помнят знавшие меня, но не я сама.
Розово-оранжевые лучи закатного солнца медленно окрашивали поле под холмом, ветви дерева с лентами, камень. А по небу словно разлили палитру розовых красок. Красивое место.
— А всё же с белками было б эффектнее, — улыбнулся Яр опускаясь рядом.
В тишине посидели наблюдая за тем, как солнце медленно садиться за горизонт. А после вернулись в город. На улочках уже зажглись фонари, маленькие фонарики-солнышки загорелись разными цветами, в лавках сверкали разными цветами игрушки и вертушки. Неоновые вывески завлекали в ещё работающие кофейни и рестораны.
Зайдя в одну такую кофейню с зеленой неоновой вывеской «У Котофея» Яр купил несколько пирожных и мешочек сладостей. А после, взяв экипаж, поехали в поместье.
Стоило ступить на крыльцо, как в поместье раздались крики, ругань и звон. Распахнулось окно и в него попой вперед вылетел кот и ворон.
Кот, приземлившись на лапы, в отличие от незадачливого ворона, застрявшего клювом в земле, издевательски взглянул на него и пригладив лапой усы проурчал:
— А я говоррррил, что твой некррромант нерррвный. Подууумммаешь коментиррровали, как он Веренею целовать пытался. Не умеешь – не берррись!
— Да помолчи ты уже! — хрипло каркнул ворон отплевываясь от земли. — Это просто твоя ведьма неправильная!
— Этто твооой костляявый непрравильный, — протяжно мурлыкнул кот. — Надо как? Закинул на плечо и утащил! А уже потом разбиррраешься… И котят в добрррые ррруки ррраздаешь…
Глава 32. Феликс
Янина
В обед, прогуливаясь по саду, заметила сидящего на скамейке фокусника. Уже совсем не бледный, с живыми любопытными глазами и теплой улыбкой.
— Привет, — поздоровался он.
Поздоровалась в ответ, не зная чего ожидать. За всё это время мы так ни разу не поговорили.
— Присядешь? Я всё хотел пообщаться именно с тобой… Но тут всё происходит слишком быстро. То мертвецы, то ещё что-то, — он с улыбкой указал вглубь сада, где на тропинках прогуливались дама в пышном платье и джентльмен в высоком старинном котелке.
— Я уже даже с некоторыми мертвецами успел познакомиться представляешь? Словно оказался в сумасшедшем сне, в котором всё куда то быстро летит. Восхитительно.
Улыбнулась, понимая это чувство. Всё вокруг словно с огромной скоростью летит вперед и тащит тебя следом. После однообразных скучных дней быстро привыкаешь к этому быстрому бегу. И останавливаться уже не хочется.
— Может ты хочешь что-то узнать? — нерешительно спросил он. — Хотя постой, можно сначала спрошу я?
Согласно кивнула.
— Ты совсем-совсем ничего не помнишь? И как ты всё это время жила?
— Не помню. Когда очнулась тут и поняла что не могу уйти, пыталась найти ответы в книгах. После смирилась и просто жила. Гуляла по саду, читала. Следила за розами.
— И ты совсем не узнаешь меня, да?
— Только глаза. Это всё что я помнила. Теплые янтарные глаза.
Произнесла и поняла, как это глупо должно быть прозвучало.
— А как жил ты? — быстро спросила переводя тему.
Сидеть с ним рядом было неловко. Словно сейчас здесь сидеть должна не я. Или что я должна вести себя не так.
— Сначала жил у тетки. После, когда её нотации осточертели, собрал чемодан и сел на ближайший поезд, уехал куда глаза глядят. Снова начал выступать. Потом меня взяли в состав одной труппы циркачей и мы стали выступать вместе.
Повисла тишина.
— Расскажи обо мне?
Грустно улыбнувшись фокусник взмахнул рукой и на ней появилась желтая роза, которую он протянул мне.
— В одну зимнюю ночь на пороге приюта нашли маленький сверток с девочкой внутри. Мне тогда было пять лет и сидя у окна именно я увидел, как кто-то завернутый в черные тряпки, положив сверток на крыльцо, убежал прочь. Той девочкой была ты. Маленькое рыжее чудо. Не знаю почему, но ты всё время ползала за мной. А когда чуть подросла, стала сбегать вместе со мной к ручью и лазить на крышу. После меня забрали из приюта. Но когда я стал выступать и приехал в тот городок, встретил тебя снова. Предложил стать моей ассистенткой и ты согласилась.
— А уж сколько с тобой всегда приключалось историй. Взять хоть ту же жабу, — он весело хохотнул. — Это было во время выступления в одном приморском городке. Номер в котором нужен человек из толпы. Выбрав одного паренька начали представление.
— И вот момент волшебства. Парень превращается в жабу. Его барышня в панике, публика в восторге. И тут ты говоришь, что чтобы снять волшебство нужен поцелуй. Девушка в предобморочном состоянии тянется к жабе. Жаба с перепугу прыгает в толпу. Крики, смех, девушка бежит за жабой и пытается поймать. Момент истины. Жабу подхватывает другая барышня. Но, вместо того чтоб отдать хозяйке, целует её сама.
С широкой улыбкой слушала рассказ не отрывая взгляда от смеющихся янтарных глаз.
— Первая барышня с визгом и криком бросается на соперницу, начинается потасовка. А бедный парень за ширмой, вытаращив глаза, умоляет вывести его отсюда по-тихому и что он отдаст любые деньги лишь бы его спасли, — под конец Феликс расхохотался и не став больше сдерживаться рассмеялась следом.
— А когда барышень разняли, один мальчонка схватив жабу, заявил, что отдаст её той, кто больше заплатит. Пока они выворачивали карманы, целый и невредимый женишок выполз из-за ширмы. В толпе послышался смех, но останавливать девушек никто не спешил. Наконец, мальчишка, забрав все их деньги, сунул им в руки жабу и быстро рванул прочь.
Краем глаза заметила, как рядом прислушиваясь, остановилась пара мертвецов.
— В этот же момент раздается звук оркестра, девушки оборачиваются к сцене. Толпа медленно умирает со смеху, а бедный парень громко заявляет о расставании с обоими дамами. До девушек доходит что он сказал и, забыв о вражде и, позабыв про бедную жабу, они быстро пробираются к сцене. Улепетывал оттуда парнишка так, что только пятки и сверкали, — закончил рассказ Феликс.
После ещё пары историй вокруг нас собрались едва ли не все мертвецы. Кто-то из них тоже комментировал и смеялся, а несколько самых активных сами рассказывали истории.
Глава 33. Ревность
Яромир
Сидел в кабинете князя, с улыбкой покачиваясь на стуле. С любопытством поглядывал на окно из которого доносились отдаленные звуки смеха.
— Да что там опять происходит? — выдохнул Всеволод, отрываясь от своих бумажек.
— А чего гадать? Пойдем да посмотрим, — предложил другу.
— Почему тут что не день, так всё кувырком? — уточнил он, откладывая бумаги.
Весело хохотнул и поднявшись поспешил к выходу.
— Просто ты слишком скучный, княже. Радоваться надо.
Весело насвистывая скатился по перилам лестницы, оглядываясь на закатывающего глаза князя.
— Кстати завтра я в город. Покажу Янине праздник.
— Только вчера же были?
С веселой усмешкой взглянул на него, оставив вопрос без ответа. А перед глазами мелькнуло воспоминание вчерашнего дня. С довольной улыбкой открыл дверь в сад, шутливо поклонившись, пропустил князя вперед.