Отстранившись, едва касаясь острым ноготком атласной кожи, я провела им от солнечного сплетения демона до пупочной ямки и, на мгновение закусив губу, мурлыкнула:

— Ты тоже непозволительно хорош. Так, может, продолжим? Мне уже не больно.

Гортанно рыкнув, принц уложил меня на стол, подхватив под коленями, развёл мои ноги шире и осторожно толкнулся, пристально следя за моей реакцией. Задохнувшись от волны ни с чем не сравнимого удовольствия, выгнулась и …

Всё, благоразумие Обри помахало ручкой! Демон сорвался, входя в меня сильными, глубокими толчками. Немного грубо, но мне это нравилось. Я извивалась, подаваясь на встречу каждому удару мужских бёдер, несдержанно всхлипывала и стонала всё громче, царапая широкие запястья, хватаясь за них, как за единственную надёжную опору. А демон, упираясь ладонями в столешницу, нависал надо мной, любуясь моим наслаждением.

Я уже была на грани чего-то неизведанного, но такого необходимого, когда Обри, проникнув глубже, содрогнулся. Почувствовала, как внутри пульсирует напряжённый орган и разливается что-то тёплое, и, закричав, провалилась в омут экстаза…

НАЙОМИ.

Лёжа на спине, я изучала потолок с потрескавшейся, местами облупившейся штукатуркой и лениво перебирала волосы на затылке уткнувшегося в мою шею Обри. На более существенные движения сил просто не было, тело казалось измученным и при этом совсем лёгким, почти невесомым.

Пожалуй, от подобных индивидуальных тренировок с наставником я готова каждый день уставать до полного изнеможения. Жаль, они не включены в программу обучения Ноя!

Я улыбнулась и прикрыла глаза. Сейчас мне вообще нестерпимо хотелось улыбаться и парить в облаках. Будто кто-то подслушал мои мысли и я действительно взлетела. Испуганно распахнув ресницы, встретилась взглядом с принцем, держащим меня на руках.

В нашем крохотном пристанище ему потребовалось сделать всего два шага, чтобы очутиться возле кровати и уложить меня на прохладные простыни. Вытянувшись рядом, демон повернулся на бок, подпёр голову согнутой в локте рукой и, притянув меня ближе, ласково убрал с моего лица мешающуюся зелёную прядь. Потом пристроил ладонь внизу моего живота, медленно поглаживая мгновенно покрывшуюся мурашками кожу.

Он молчал, внимательно изучая моё лицо, словно пытался запомнить каждую его чёрточку. Не выдержав препарирующего взгляда, я прошептала:

— Это было…

Я запнулась, подбирая слово, которое бы ёмко выразило мои ощущения от первой близости.

— Больно? — подсказал Обри, нахмурившись.

— Нет. Идеально!

Расплывшись в самодовольной ухмылке, он кивнул.

— Поддерживаю! Кстати, меня Обри зовут.

Посмотрев на рельефный торс, перевела взгляд на собственное обнажённое тело…

— Приятно познакомиться, — ответила, заливисто рассмеявшись.

Мужчина тоже весело улыбался, но в его глазах сквозила задумчивость.

— Что? — поинтересовалась я, отсмеявшись.

— Гадаю, что чистый, невинный ангел делает в таком злачном месте? И почему решил согрешить именно со мной?

— Тебя это беспокоит? Опять вспомнил, что не любишь девственниц?

— Я рад, что выбор пал на меня, но… Не могу понять, как это произошло? Что-то вроде: проснулась утром, неожиданно осознала, что пора лишиться невинности и отправилась в дом терпимости?

И что сказать? Утром я думала только о том, как не опоздать на построение, иначе ты влепишь мне два лишних круга на полосе препятствий, а потом лично будешь пинать по рёбрам, чтобы я не засыпала в грязи! Или сразу перейти к сути? Я решила, что пора, потому что влюблена в тебя по уши, приревновала и не смогла отдать другой!

Нет. Я не готова делиться этой информацией, а он не готов её услышать.

— Разве важно, как и почему? Главное, что это случилось и оказалось прекрасным настолько, что я никогда не забуду своего первого мужчину.

Широкие брови сошлись на переносице, и между ними пролегла складка, отражая недовольство принца. Потянувшись, я расправила её пальцем и успокаивающе погладила Обри по щеке.

— Ну что ещё?

Перехватив мою руку, он переплёл наши пальцы и нежно поцеловал центр раскрытой ладони.

— Мне не понравилось слово «первый». Оно означает, что будут и другие. И вроде бы мне должно быть всё равно, а это не так, — признался демон с тяжёлым вздохом.

Что ему ответить, я не знала, просто повернулась на бок и приникла губами к широкой груди. С наслаждением покрывая её долгими, чувственными поцелуями, я увлеклась и сама не заметила, как перебралась на живот и уже облизываю соблазнительные кубики, оставляя на них влажные, замысловатые узоры.

Откинувшись на спину, Обри усадил меня на свои бёдра, и едва я с удобством на них разместилась, положил ладонь на мой затылок, настойчиво притягивая голову к своему животу, предлагая продолжить…

Разумеется, я была не против. Меня сводило с ума то, как от каждого прикосновения моего языка к разгорячённой коже литые мышцы вздрагивают и над макушкой раздаются чуть слышные порыкивания.

Осознание, что это от моих ласк Обри так ведёт, именно меня он хочет, кружило голову, и я даже не поняла, что хитрый демон, удерживая за затылок, направляет меня всё ниже. Очнулась, только когда подбородка коснулось нечто бархатистое и влажное.

Резко выпрямившись, хотела возмутиться нахальством наставника, который и тут принялся обучать меня всему и сразу, но… Я увидела его… Такой внушительный, перевитый вздувшимися венками и подрагивающий от нетерпения.

— Оу! А он совсем не сморщенный и не мерзкий! И вообще красивый… Как и ты! — выдала я совсем не то, что собиралась сказать.

Изумрудные глаза принца ошеломлённо распахнулись. На несколько долгих секунд повисла угнетающая тишина, и всё же Обри, прочистив горло, её нарушил:

— Я сейчас даже не знаю, чему больше удивляться: тому, что ты меня с членом сравнила, или же мужчинам, с которыми ты раньше общалась?

— В смысле?

— Ну… Я не могу представить, кем надо быть, чтобы при взгляде на такую красотку то, что ниже пояса, оставалось сморщенным и мерзким, — пояснил принц и, откинув голову, захохотал.

— Они меня не видели и не знали, что я смотрю, — промямлила я, пытаясь исправить ситуацию.

Сделала только хуже — хохот в разы усилился. И чего веселится? Вот сам бы попал в купальню, полную голых женщин… Хотя нет, ему бы там понравилось!

Не найдя аргументов в свою защиту, я обиделась, сползла с Обри и направилась в душевую. Как и всё здесь, крохотную, обшарпанную и убогую. Зажгла тусклый магический кристалл, включила горячую воду и встала под упругие струи, задёрнув за собой усыпанную разнокалиберными дырами шторку.

Зря старалась. Дверь хлопнула, и несчастная шторка слетела с петель, комком падая на пол.

Надругавшийся над ней демон перешагнул бортик, прижал меня лопатками к холодной плитке и, подхватив под колени, поднял, сразу до упора вонзаясь в податливую плоть. Всё произошло настолько стремительно, что я успела только судорожно вцепиться в широкие плечи.

— Ты сбежала, кое-что мне задолжав, — выдохнул он в моё ухо, сделав медленный, тягучий толчок. — Но раз мне достался настолько невинный ангел, пока я запишу это на твой счёт. Отдашь при следующей встрече!

Ясно, что это угроза, но в чём она выражается… Сложно понять, когда перед глазами летают яркие звёзды, мозг затягивает розовый туман и ты всё больше утопаешь в водовороте острого удовольствия.

НАЙОМИ.

Должна признать, Обри не солгал, сказав, что соскучился по женской ласке. И пообещав продемонстрировать насколько, тоже был предельно честен: мой ненасытный наставник, увлёкшись уроками любви, уснул лишь на рассвете.

К сожалению, для меня сон был непозволительной роскошью. Хоть меня и переполняло всепоглощающее счастье, чувствовала я себя как выжатый лимон и глаза слипались нещадно. Чтобы не отключиться, я прошла в душ и включила холодную воду. Немного взбодрившись, вернулась в комнату, собрала раскиданные по полу вещи и оделась.