В паспорт она не заглядывала и не знала о новом штампе своего формально не мужа. Но, конечно же такое шило не спрячешь ни в каком мешке, и она разведала всё, как есть, и заодно рассказала свою правду жизни и последующем разводе с Шатовым. Стоя рядом и глядя Вере в глаза.

Однажды, поздно ночью раздался стук в окно. В семье у Веры на то время была ещё жива её бабушка. В доме все спали и три женщины, а именно бабушка, Вера и её мама проснулись от стука в окно и остервенелого лая собак. Они проснулись и очень испугались. Зима, половина двенадцатого ночи. Кто бы это мог быть?

Бабушка вышла в коридор и грозно спросила:

– Кто там?

Ответа не последовало, а потом снова стук повторился.

– Кто это? Назовись!

Женский голос громко спросил:

– Вера дома? Она мне нужна!

Бабушка ответила, что дома и снова спросила

– Кто Вы? Что нужно от Веры?

Вера открыла рот, чтобы крикнуть

– Не открывай! А бабушка открыла дверь…

Женщина вошла в дом и без приглашения прошла в комнату. Подошла к застывшей Вере и спокойно спросила:

– Знаешь кто я? – Затем спросила, как давно Шатов приезжал, и ещё, можно ли пройти и осмотреть дом. Она заглянула во все комнаты в поисках своего мужа, как она сказала. Вера не просто молчала от страха, она действительно физически не могла произнести ни слова. Какой-то спазм сковал горло и мышцы, она просто стояла и смотрела. Женщина стояла напротив неё, но она не помнила, как та выглядит и во что была одета. Затем эта «всё ещё жена» рассказала, как он обманом вынудил согласиться на развод. Но после этого они продолжали жить вместе и спать в одной кровати, как семейная пара. Сказала ещё, что он всю жизнь гулял и врал ей постоянно.

А мотивировал он вопрос с разводом тем, что предприятие, где он работал было на грани банкротства, и через суд могут даже отнять дом. Поэтому нужно срочно развестись, чтобы дом был на кого-то из семьи, но к нему это имущество не имело отношения. Вот так. С женой фиктивный развод, с Верой фиктивный брак, все были живы, сыты и счастливы.

Вера слушала, и земля уходила из-под ног. Слова этой женщины стучали в висках: «Мы живём вместе, спим в одной кровати. Родила ребенка, вот и живи, а к нам не лезь!..»

Она уже ушла, под причитания бабушки, которая обещала, что он больше у них не появится и тому подобное, а Вера всё стояла не шевелясь, дыша через раз и пропуская удары сердца…

Как ни странно, но Вера не плакала. В голове была пустота и звон. Это не должно было случиться, но случилось. Почему? Почему Антон допустил такое?

Вера вернулась в спальню к сыну и в голове родились строки:

Живу, как Вера и Надежда,

Что потеряли навсегда,

Свою сестру Любовь, как прежде

Уже не будет никогда…

Продолжу жить не замечая,

Как мимо жизнь течёт рекой.

Конечно, стану я другой,

А прежней помашу рукой…

У каждой женщины в жизни имеются так называемые статусы, где она – дочь, племянница, внучка, сестра, подруга, одноклассница, студентка, одногруппница, коллега, соседка, кума, крёстная, чья-то девушка, любимая, жена, мать. Перечень Веры был длиннее на несколько пунктов, к ним добавлялись: разлучница, та девка, любовница, бывшая любовница…Затем ещё добавится – бывшая жена и уже просто – мать его ребёнка. Самый гордый, независимый и правильный статус!

Утро не принесло облегчения, наоборот, новости о том, что вчера эта ЖЕНА сначала наведалась к соседям, а потом те уже любезно показали нужный дом, начали распускаться. К обеду о ночном визите знали все живущие по этой улице, через пару дней не в курсе были разве, что глухие…

К слухам добавились сплетни, что та его жена побила окна в доме Веры, поколотила посуду и саму Веру. Во как! Воспалённое воображение человека границ не ведает.

Жизнь в селе тем и поддерживается, что новостями про чужую жизнь.

Очень расстроилась мама, она была в отчаянии после этого случая, позора на всё село.

– Как хочешь, но я больше не буду с ним общаться, встречать, готовить и помогать, – заявила мама Вере, как отрезала. – Как он мог! Врун, лжец, подонок! Бедная его жена… Сколько она пережила, будучи с ним в браке, ей не позавидуешь. А я говорила тебе, не верь ему! Это его – «Солнце моё!» Не могу ни слышать, ни видеть его больше!

Вера знала, что нужно переждать. Мама успокоится, всё забудется, успокаивала себя молодая женщина. Люди тоже вскоре переключатся на кого-то другого и всё будет как прежде.

Для других, но не для Веры…

С того дня, как будто что-то оборвалось внутри. Она чувствовала, как что-то очень важное исчезает бесследно.

Как обычно, всё чаще и чаще сочинялись строки, передающие душевное состояние:

Я жизнь терплю, а жизнь – меня,

Не без ущерба для обоих.

И нет ни месяца, ни дня,

Чтобы без маски и без роли.

Не помню кем, не помню даты,

Но верно сказано, когда-то:

Как важно быть самим собой,

Не примерять чужую роль.

И не пытаться быть похожим,

Где виден плюс, есть минус тоже.

Но, чтобы новый день прожить,

Я в маске вынуждена быть…

Чужие мысли, чьи-то взгляды

Уже внутри, не просто рядом.

Своей судьбы, я – раб покорный,

Слуга смиренный и бесспорный…

Жизнь моя, как будто карусель,

Движется по замкнутому кругу.

В сердце кружит белая метель,

А в душе тревожно воет вьюга…

И нет смысла время торопить

Или жить в режиме ожидания.

Продолжаю по течению плыть

И существовать по расписанию…

Прошло несколько дней, и Антон приехал, как обычно, навестить свою семью.

Он вошёл в дом, поздоровался, поставил сумку, поцеловал Веру и понял, что-то произошло.

Что-то, чего он пока не знает, но вот сейчас помоет руки, Верочка предложит кофе, и они поговорят, как всегда, как обычно. Но Вера молча поставила чашку с кофе, вазочку с печеньем, пирог и всё. Не села рядом, стояла в стороне.

– Что случилось, Вера? Ты расстроена, я же вижу или обижена. Мы обязательно поедем с тобой в гости к тёте Нонне вместе с Сашенькой, пусть я немножко освобожусь, правда, сейчас много дел. Не обижайся, солнце моё.

– Не называй меня больше солнцем, – прошептала Вера и не делай вид, будто ты не знаешь, что произошло. Антон замер и развернулся, внимательно посмотрев на молодую жену.

– Рассказывай, просвети, пожалуйста, я не понимаю?

– У своей жены спроси, она должна была рассказать в подробностях.

Антон побледнел, глаза стали такими тёмными – просто бездонными. Он понял, сидел молча, и закрыл лицо руками. Ну вот, спрятался в песок, как страус, – подумала Вера.

Она стояла возле стола и тоже молчала. Было раннее утро, Саша спал, мама ушла на работу. В дом зашла бабушка и немного разрядила атмосферу.

– Антон! Здравствуй сынок. А что же так вышло то, расскажи нам, как так-то? Приехала твоя бывшая, ночью, напугала нас. Почему так вышло, а?

– Здравствуйте. Простите меня пожалуйста, я виноват. Очень виноват. Этого не должно было случиться, я сожалею.

И всё. Тишина. Как будто сказал и вытер всё лишнее и ненужное, вроде бы исправил то, что случилось.

– Я поговорю с ней, такое не повторится. Обещаю!

– Но она была здесь Антон! Она приехала и сказала, что вы вместе! Что вы живёте вместе!

Твоя жена ходила ночью по дому и искала тебя! Я не знаю, что мне делать? Как мне жить с этим дальше? Как верить тебе? – в сердцах воскликнула Вера.

– Папа! Папа приехал! Саша выбежал из своей спальни и прямо-таки запрыгнул Антону на руки. Он поднял сына так высоко, на сколько позволял потолок и закружил по комнате.

– Сашка прямо спас нас – подумала Вера, но промолчала. Бабушка показала жестом, мол – молчи, не вздумай при дите продолжать выяснять!

Сын громко пищал от восторга и смеялся. Глядя на них, Вера тоже начала улыбаться, подошла, встала рядом, Антон обнял её свободной рукой, и прижал к себе.

– Прости меня! – прошептал он, я всё исправлю, просто верь мне.