— Отец в нетрезвом виде такой же по характеру. Издевался над всей семьей. Очень тяжелый человек.
Новое уголовное дело повлекло за собой очередную судебно-психиатрическую экспертизу. На этот раз специалисты изучали личность Китаева с особой тщательностью.
— Китаев старался рассказывать о содеянном кратко, уклончиво, — говорит эксперт. — Пытался опорочить потерпевшую, отрицал совершение с ней насильственного полового акта. Заявил, что якобы избил ее только после того, как она бросила в него гантель.
В ходе стационарного исследования психиатры отметили, что мышление испытуемого абсолютно последовательно и логично. Он демонстрировал сообразительность, хладнокровно утаивал компрометирующие факты биографии и пытался выставить себя в лучшем свете, перекладывая вину на дурную наследственность и травмы. За маской психического расстройства скрывались банальная изворотливость, цинизм и наглость.
Официальное заключение врачей: преступление совершил вне какого-либо временного расстройства душевной деятельности, а в состоянии обычного алкогольного опьянения, а значит, вменяем.
Суд приговорил Китаева к девяти годам лишения свободы, признав виновным не только в изнасиловании, но и в вовлечении в преступление несовершеннолетнего брата.
Удивительно, но в колонии на этот раз Китаев смог себя зарекомендовать с лучшей стороны, всячески демонстрировал исправление и раскаяние. Не прошло и четырех лет (напомню, из девяти назначенных по приговору), как ему облегчили режим: перевели в колонию-поселение в Чердынском районе Пермской области.
Из показаний Китаева:
Отбывая наказание в колонии строгого режима в Пермской области, я твердо решил встать на путь исправления и поэтому сразу же пошел в хозобслугу. Вел себя как положительно осужденный, за что и был переведен в колонию-поселение.
Днем 10 августа 1990 года Китаев совершил побег. Потом он будет говорить следствию и суду:
В колонии у меня было много врагов, которые мечтали свести со мной счеты. Из-за этого я отказался идти работать в лесную бригаду, за что меня наказали, посадили в изолятор на I5 суток. Из-за этого у меня сложились конфликтные отношения с администрацией. Виновным в побеге себя не признаю. Начальник колонии меня избил в лесу на работе, и я был вынужден уйти. Это не побег.
Кажется, это ярко демонстрирует: даже совершенно очевидные вещи Китаев отрицал.
Беглеца сразу объявили во всесоюзный розыск. Но то были 1990-е годы, время разрухи и беспредела, когда у милиции хватало дел и без поисков «поселенцев». Так что особенно его никто и не искал. Даже к его родителям пришли уже после того, как Артура задержали по подозрению в серии убийств. А стоило бы навестить их раньше. Ведь беглец приехал в Пермь как раз к своим родителям (они к тому времени развелись, жили в отдельных домах).
Из показаний брата Константина:
Летом 1990 года я около дома (тогда проживал с отцом) играл в лото. Ко мне подошел мальчик и сообщил, что меня ждет брат Артур. Я встретил брата за домом, где курятник. Брат сказал, что сбежал из колонии, но подробности не рассказывал. Мы пошли с ним к реке, посидели, поговорили (в основном о том, какая жизнь стала в Закамске). Знакомых у брата в городе осталось мало. Помню, когда стемнело, мы пошли к отцу домой. И там была мать. Брат помылся, поел, переоделся. Возможно, переночевал. Куда он потом ушел, я не знаю. Родителям он тоже сказал, что совершил побег из колонии.
Младший брат помог ему через несколько дней — он дал адрес квартиры Марины (сестры своего друга), где можно спрятаться. Девушка, надо сказать, была замужем, но супруг находился в тюрьме, и, наверное, потому ее не смутило появление рецидивиста-беглеца Артура. Он читал ей стихи, она готовила ему обед. Очень быстро квартирант и хозяйка стали сожительствовать.
Из показаний младшего брата:
Вскоре я уехал в командировку на Алтай. Вдали опасался за Артура, ничего про него не знал. Когда я вернулся, отец сказал, что мать с Артуром хотят уехать на Смоленщину. Когда встретились с братом, я ему посоветовал поехать не туда, а на Алтай, где даже давали квартиры приезжим. То есть можно было начать все с чистого листа. Артур согласился. Мы собрали его в дорогу, дали денег. Я написал ему адрес своей знакомой, у которой можно остановиться на первое время. Но Артур быстро вернулся. Сказал, что эту женщину не нашел, а чемодан у него украли. Мать с отцом посоветовались и решили отправить его все-таки на Смоленщину. Поехал он туда с матерью. Мать устроилась продавцом в магазине, а Артур водителем в совхозе. Я не знаю, как он устраивался, по каким документам.
В декабре 1990 года Китаев вместе с матерью переехал на постоянное место жительства в деревню Каменку Кардымовского района Смоленской области. И вскоре начал убивать, что называется, на постоянной основе.
Из материалов уголовного дела:
По подложным документам на фамилию Иванов 12 февраля 1991 года Китаев устроился на работу водителем в «Каменский». За ним закрепили автомашину марки ЗИЛ. 7 марта 1991 года Китаев выехал в командировку в Пермь, где в вечернее и ночное время занимался извозом граждан.
Вечером 17 марта 1991 года первой жертвой маньяка стала 39-летняя женщина. Галина спешила домой в пермский микрорайон Голованово. Когда рядом с остановкой притормозила машина, уставшая женщина согласилась принять предложение водителя подвезти ее. Вместо дома Китаев завез ее в темное безлюдное место. Изнасиловал в извращенной форме, убил. Забрал шубу из искусственного меха и песцовую шапку.
Командировка завершилась, и Китаев вернулся на Смоленщину, где продолжил совершать свои нападения.
18 мая 1991 года. Вторая жертва — 17-летняя Татьяна. В тот день она сдала экзамен в Смоленском медицинском институте. Девушка мечтала стать врачом, окончила Школу юного медика. Около семи вечера она вышла из института и направилась на остановку, чтобы поехать к родственникам в деревню Рыжиково. Китаев, увидев одинокую девушку, остановился, предложил свои услуги по частному извозу. Девушка, на свою беду, согласилась. Он завез Татьяну в безлюдное место, напал, изнасиловал и убил. Забрал медицинский халат, клипсы, зонтик, косметику (помаду, лак и тушь). Труп девушки бросил в кювет.
20 мая 1991 года. Третьей жертвой стала 35-летняя Ольга. Нетрезвый Китаев, возвращаясь после работы домой, пришел на автобусную остановку. Из рейсового автобуса в этот момент вышла женщина, которая приехала из деревни в город, чтобы оформить пособия на детей. Так случилось, что они остались на остановке одни. Китаев напал, повалил ее и потащил за угол, а затем изнасиловал и убил. Помимо денег (у нее было при себе 150 рублей) он забрал часики и даже юбку. Зачем-то прихватил с собой ее свидетельство о браке.
9 июля 1991 года. Четвертая жертва маньяка — 20-летняя Галина. И снова остановка, но на этот раз все произошло в десять утра. Маньяк увидел девушку, которая вышла из автобуса, и стал ее преследовать. В безлюдном месте напал, поиздевавшись над ней, убил, а труп спрятал в кювете. Тогда его добычей стали золотые украшения и духи «Красная Москва».
9 июля 1992 года. Пятая и последняя жертва — 40-летняя Вера. Он напал на нее с ножом в лесополосе неподалеку от железной дороги. Женщине удалось перехитрить маньяка: она убедила его, что больна венерическим заболеванием, а во время орального секса укусила за половой орган. Китаев ревел от боли, а она, воспользовавшись моментом, убежала и позвала на помощь. Милиция на вызов пострадавшей отреагировала непростительно медленно. Зато на поиски преступника бросились ее муж и взрослый сын. Они-то, по сути, и задержали маньяка, отдав его в руки стражей порядка.
В промежутках между убийствами Китаев вел образ жизни абсолютно неуправляемого социопата. Он регулярно совершал мелкие кражи — выносил колонки из сельского клуба, воровал автозапчасти на заводе, похитил охотничье ружье у незнакомца. Параллельно он совершил еще как минимум два изнасилования, но тем женщинам чудом удалось выжить.
