По площади почти в гектар разлетелись обломки, останки погибших и бумажные купюры.
— Первыми к горящему самолету подбежали те, кто молотил снопы на горе, — вспоминает местный житель Александр Харитошкин. — Их было человек десять, среди них и мой родной дядя. Кругом лежали тела, какие-то вещи, продукты и… деньги. Банкнот было очень много. Дядя взял только гаечные ключи и зарыл где-то под сараем — думал, пригодятся в хозяйстве. Он был мастером на все руки, а еще писал стихи и играл на балалайке.
По словам дяди, продукты и деньги были в крови, поэтому ему и в голову не пришло взять что-нибудь из еды, даже шоколадку. Хотя в то время в деревне свирепствовал голод. Ну а кто-то не побрезговал. К вечеру на место катастрофы прибыли сотрудники НКВД (в конце 1970-х годов мне удалось пообщаться с одним из них, и он подтвердил эти детали). Чекисты оцепили территорию по периметру, выяснили, кто из местных жителей успел побывать у самолета, и пришли к ним с обысками. У кого нашли ценности — тех сразу арестовали. А останки шести погибших — членов экипажа и пассажиров — мой отец вывозил на своей лошади. Опознать их тогда не смогли и похоронили в братской могиле. В декабре 1941 года отцу исполнилось 18 лет, и он ушел на фронт. Дядя тоже отправился воевать. Но эту историю в нашей семье помнили всегда…
Между тем 14 апреля 1942 года семь жителей Морозовки предстали перед судом. На заседание их доставили из Наровчатской тюрьмы, где они содержались под стражей с момента задержания. Казалось бы, совершили ли эти люди настолько тяжкое преступление, чтобы изолировать их от общества? Однако шла война, и хищение государственной собственности каралось по всей строгости законов военного времени. Всем подсудимым вменили статьи 17 и 162 УК РСФСР за соучастие в краже.
Кем же были эти люди?
Согласно материалам дела, на скамье подсудимых оказались: 19-летние ранее несудимые и холостые юноши Иван и Николай; 44-летний малограмотный колхозник Фома Андреевич и его 20-летняя дочь Настя; 67-летняя неграмотная колхозница Александра Андреевна; а также 35-летняя малограмотная многодетная мать Наталья Степановна Алеханова (ее фамилию важно упомянуть, так как ее судьба сделала неожиданный поворот) и ее сын Виктор, 12-летний школьник.
Следствие зафиксировало:
Похищенные деньги были принесены домой, а потом с целью сокрытия спрятаны в солому в погреб.
В доме Фомы Андреевича и его дочери обнаружили колоссальную по тем временам сумму — 20 030 рублей. У остальных фигурантов изъяли от 2000 до 13 000 рублей. В отношении пожилой женщины в протоколе отмечалось:
Гражданка Александра Андреевна, кроме денег, похитила еще два куска мяса, один килограмм масла и 0,5 килограмма конфет. Все это подтверждается свидетельскими показаниями и не отрицается самой обвиняемой.
Примечательно, что Алеханова с самого начала отрицала свою вину. Она утверждала, что не подходила к упавшему самолету и не брала денег, а купюры принес домой ее сын, после чего она сама отнесла их в колхоз. Однако суд эти доводы не убедили. Председательствующий сухо констатировал:
Приняла от своего 12-летнего сына Виктора похищенные деньги в сумме 13 000 рублей.
Все подсудимые, за исключением Алехановой, получили суровое наказание:
Подвергнуть лишению свободы сроком на 5 лет без поражения в правах.
Наталье Степановне, с учетом шестерых малолетних детей на иждивении, назначили три года. При этом в приговоре содержалась пугающая формулировка:
На основании статьи 341 УПК несовершеннолетних детей у осужденной Алехановой впредь до отбывания срока наказания передать на воспитание Наровчатского отдела народного образования.
С приговором Алехановой категорически не согласился прокурор, считавший многодетную мать невиновной. Он внес протест, и в итоге уголовное дело дошло до Верховного суда СССР. 5 августа 1942 года высшая инстанция рассмотрела это дело и вынесла следующее:
Определение судебной коллегии по делу о краже денег с упавшего самолета
Соучастие Алехановой материалами дела не установлено. Из документов следует, что в 1941 году ее 12-летний сын находился в поле вместе с другими фигурантами. Он принял участие в хищении разбросанных около горевшего самолета денег, собрав 13 000 рублей, и принес их домой в то время, когда матери не было. По возвращении Алехановой сын Виктор рассказал, что принес с поля от сгоревшего самолета деньги и положил их на полку. На следующий же день Алеханова отнесла эти купюры органам власти. Что касается остальных денег, обнаруженных во дворе при обыске, то Виктор Алеханов в суде пояснил: он прятал их сам и матери об этом ничего не говорил. При таком положении Алеханова осуждена за соучастие в хищении денег необоснованно. Поэтому, соглашаясь с протестом и руководствуясь статьей 418 УПК, Судебная коллегия определила: приговор народного суда и определение областного суда в отношении Алехановой Натальи отменить, а дело в отношении нее прекратить.
— Это решение свидетельствовало о гуманизме судебной системы даже в то страшное время, когда судили за украденные колоски, — считает помощник председателя Наровчатского суда Пензенской области Любовь Комардина.
Этот случай действительно показателен. В масштабах воюющей страны дело обычной деревенской жительницы казалось незначительным, однако высшая инстанция нашла возможность пересмотреть приговор и восстановить справедливость. В тот тяжелый период государству было важно продемонстрировать гражданам, что закон может не только карать, но и защищать.
Наталью Алеханову освободили. Она вернулась в родную Морозовку и забрала из приюта всех шестерых детей. Как дальше сложилась ее судьба, доподлинно неизвестно, но среди односельчан ходили слухи, что после войны семья переселилась на Донбасс. Судьба остальных осужденных сложилась трагически. По воспоминаниям Александра Харитошкина, из заключения никто из них так и не вернулся. Впрочем, тех, кто мог бы точно подтвердить или опровергнуть эти сведения, в живых уже не осталось.
Цветы у памятника погибшим. Предоставлено судом
Зато доподлинно известно, что в 1973 году удалось установить имена погибших членов экипажа и пассажиров. Для этого активисты провели масштабное расследование: восстановили обгоревшие архивные документы и разыскали родственников жертв катастрофы. На братской могиле установили обелиск, к которому теперь каждый год местные жители приносят цветы.
Сама же Морозовка сегодня превратилась в покинутую деревню. Из десятка сохранившихся домов только четыре подключены к электричеству — сюда во время отпусков приезжают дачники, потомки прежних хозяев. Жизнь ушла из Морозовки вместе с закрытием местного колхоза. И теперь трагическую историю о «денежном дожде» и его горьких «плодах» здесь рассказать больше некому…
Глава 2
Взрыв над Читой: самый кровавый авиационный теракт в истории СССР
Крупнейшим по числу жертв авиационным терактом в советской истории считается взрыв на лайнере Ту-104А, произошедший 18 мая 1973 года в небе над Читой. Катастрофа унесла жизни 81 человека: на борту находились 72 пассажира, в том числе четверо детей, и девять членов экипажа. Выжить не удалось никому.
Эта трагедия заставила советские власти пересмотреть меры безопасности в гражданской авиации. Именно после читинской катастрофы в аэропортах страны был введен обязательный и строгий досмотр пассажиров, а также их ручной клади и багажа. Жесткий урок принес результаты: вплоть до распада Советского Союза подобных трагедий с подрывом бомбы в воздухе больше не было. Следующая масштабная трагедия такого рода — одновременный подрыв двух лайнеров террористками-смертницами — случилась лишь в 2004 году, уже в современной России.
Несмотря на давность событий, обстоятельства крушения под Читой до сих пор вызывают немало споров. Главные вопросы исследователей и историков вызывают личность и мотивы террориста — уроженца Азербайджана, который сумел пронести на борт самодельную бомбу.
