Слева Пол разглядел огни в доме Барроузов. Это уже не дом Барроузов, подумал он. Все они мертвы. Он выбросил эту мысль из головы и посмотрел прямо на черную гладь озера. Насколько хватало глаз, вокруг не было домов, только его собственный, Барроузов или кто там еще живет, и Ловеллов на другом берегу. Кто знает, там ли они еще? Пол вырос здесь, проводя лето за рыбалкой, плаванием и греблей на каноэ, а зимой – катаясь на коньках. Его детство было полно счастливых воспоминаний, связанных с этим местом, но то, что пришло к нему сейчас, отличалось. Видение прошлого было настолько внезапным и ярким, что парализовало его.

Дождь лил как из ведра, а ветер был не по сезону холодным: капли дождя били Пола в лицо, словно пули. Каноэ опасно клонилось к тому, чтобы утонуть. Пол яростно греб к берегу, дождь катился по лицу, смешиваясь со слезами. Девушка на его коленях оставалась неподвижной. «Пожалуйста, пусть я успею», – взмолился он и ускорил темп. Внезапно его охватило головокружение, грозя потерей сознания. Пол на мгновение закрыл глаза, и это чувство прошло. Раны на ногах были ужасны. Вода на дне каноэ окрасилась в тошнотворный цвет слабого чая из-за потерянной крови. Наконец показался берег. Он потратил все оставшиеся силы, чтобы преодолеть последние несколько ярдов до финиша, но должен был идти дальше. Он поднял девушку с колен. «Когда я приведу ее в порядок, мне нужно вернуться и убедиться, что я убил его». Он осторожно вышел из каноэ и встал по колено в озере. Паника охватила его, когда он подумал о том, что существо, возможно, живо, и отчаянно побрел к берегу. Голова кружилась, а дом, казалось, все больше удалялся по мере того, как он шел к нему. Он понял, что удар по голове мог оказаться сильнее, чем по ногам. «Я должен успеть», – снова подумал он. Это была его последняя мысль перед тем, как он рухнул на землю.

Громкий всплеск на другом берегу озера отвлек его от воспоминаний. «Просто лягушка-бык», – подумал он, но внезапно почувствовал, как его охватывает страх. Впервые он смог хоть что-то вспомнить о том дне. «Но как я оказался с девушкой и как мы оба так сильно пострадали? И кого, по-моему, я убил той ночью?»

Внезапно Пол понял, что не хочет вспоминать. Он точно знал, что девушка умерла от ран и офицер Кроуфорд нашел их обоих и арестовал Пола за ее убийство. «Но я не убивал ее, я пытался спасти. Я не помню, но знаю, что это правда, и, думаю, Кроуфорд тоже это знал».

Он покачал головой и пошел обратно к дому, чтобы дождаться священника.

Денни как раз приближался к дому Женщины-кошки, когда увидел позади себя мерцание фар. На мгновение он замер, раздумывая, стоит ли позвать ее на помощь. «Помощь», – подумал он и продолжил бежать. Пот лил ручьем, дыхание с шумом вырывалось из груди. Он был всего в пятидесяти футах от дома, когда темная машина остановилась рядом с ним.

– Сбавь ход, сынок, я просто хочу с тобой поговорить.

Денни быстро обернулся и с удивлением увидел на водителе воротничок священника, хотя лицо его было скрыто в тени.

– Это отец Маккарти, сынок, погоди минутку.

Денни снова посмотрел направо, дойдя до края двора. Это был отец Маккарти! Денни остановился, внезапно почувствовав себя глупо из-за того, что рванул с места. Он наклонился и уперся руками в колени, пытаясь отдышаться.

– Ты помнишь меня по церкви, сынок? – спросил старый священник. Денни кивнул, все еще не в силах говорить.

– Я тебя помню, но давно не видел и не назову твое имя.

– Денни… Деннис… О'Брайен, – прохрипел он.

Денни ясно увидел растерянность на лице старика, когда наконец до него дошло.

– Как твоя мама, Деннис?

Денни наконец перевел дух.

– У нее все хорошо, отец.

– Нам не хватает вас на мессе, Деннис, вас обоих.

– Да, сэр.

– Может быть, ты захочешь прийти в воскресенье?

Денни почувствовал неловкость и принялся ковырять пыльную дорогу кроссовкой.

– Вам нужно поговорить об этом с моей мамой, отец.

– Это было бы отлично, сынок. Она сейчас дома?

«О нет, – подумал Денни, – это плохо».

– Была, когда я уходил после школы, и уверен, она ждет меня на ужин.

– Это займет всего минуту, а потом я вас оставлю. Хорошо?

– Конечно, можете заехать сюда.

Священник въехал на подъездную дорожку и выключил зажигание. Денни подождал, пока старик выйдет из машины. Когда он закрыл за собой дверь, на крыльце замигал свет, и мать Денни выглянула на улицу.

– Денни, тебя отец Билли довез?

Старый священник шагнул в круг света, отбрасываемый голой лампочкой над москитной сеткой. Денни наблюдал, как на лице матери отразилось удивление, которое тут же сменилось чем-то еще более неприятным. Она распахнула москитную сетку и вышла на крыльцо.

– Что вы делаете в моем доме? – заорала она. – Я хочу, чтобы вы убрались отсюда! Держитесь подальше от меня и моего сына!

Ее лицо покраснело, когда она впервые узнала священника, а теперь оно было почти багровым.

– Миссис О'Брайен, позвольте мне…

– Я вам ничего не позволю! Разве вам мало?

Денни был потрясен этой вспышкой. Он знал, что его мать после аварии совершенно не интересовалась религией, но не мог поверить, что она могла так разговаривать со священником.

Лицо отца Маккарти побледнело, выражение стало непроницаемым.

– Мама, он просто…

– Нет! – Она подошла к Маккарти. – Вы забрали моего мужа и сына, а теперь возвращаетесь за добавкой?

Старый священник открыл было рот, чтобы что-то сказать, но потом передумал. Он медленно попятился к машине, словно боясь повернуться к женщине спиной. Врезавшись в крыло, он повернулся и сел в автомобиль.

– Спокойной ночи. Извините за беспокойство, – пробормотал он, выезжая от дома. Денни на мгновение замер, не зная, что будет дальше. Внезапно его мать расплакалась. Она закрыла лицо руками, ее тело сотрясали неистовые рыдания. Денни подбежал к ней и обнял.

– Мама…

И тоже заплакал.

Мать наклонилась и крепко обняла его.

– О, Денни, как я скучаю по ним…

– Я тоже, – прошептал Денни, совершенно забыв о том, что это отец Маккарти припарковался на подъездной дорожке к дому Пола Греймора.

Отец Маккарти медленно спускался с холма, потрясенный произошедшим. Маккарти часто заменял отца Кригера, прежде чем получил постоянное назначение в Хэвен. Он хорошо помнил семью О'Брайен и случившуюся с ними трагедию. Он знал, что Дженис О'Брайен отреклась от веры после аварии, но ее ярая ненависть глубоко потрясла его.

Священник подъехал к дому Грейморов и, не выключая двигатель, вышел из машины. Пол поднялся с крыльца и подошел к нему.

– Вы в порядке, отец? Вы выглядите расстроенным.

– Все хорошо, – ответил священник. – Не пора ли нам вернуться?

Они ехали молча, пока не добрались до небольшого коттеджа, служившего приходским домом Маккарти. Они вошли внутрь, и Пол успел рассмотреть дом гораздо подробнее, чем накануне вечером. Они стояли в просторной гостиной, где находились лишь диван, кресло и лампа для чтения. Стены комнаты были заставлены книжными полками, забитыми томами всех размеров. Спальня священника находилась слева, небольшая кухня и ванная – в задней части дома, а гостевая комната, где спал Пол, справа. Вчера вечером Пол сразу же отправился в свою комнату, а сегодня утром они вышли из дома сразу после завтрака. Впервые Пол взглянул на некоторые издания на ближайшей книжной полке и с удивлением обнаружил набор книг от привычных религиозных сочинений до детективов и саспенса. Одна полка была целиком заполнена книгами на такие темы, как снежный человек и Лох-Несское чудовище, а также трудами о вуду и колдовстве.

– Настоящая коллекция, отец.

– Чтение – мое хобби. Боюсь, у меня слабость к детективам всех мастей. Я часто думаю, что если бы не стал священником, то стал бы детективом или отправился бы в Гималаи искать снежного человека.

Пол улыбнулся старику: