– Кирилл! – выдохнула я, когда его пальцы задержались между бедрами.

– Что? – усмехнулся он. – Я же просто мою тебя, – голос его был хриплым.

Руку он убрал и принялся обливать меня водой.

– Теперь моя очередь, – улыбнулась я, забирая у него мочалку и потянувшись за ковшиком.

Кирилл позволил мне забрать мочалку и опустил руки вдоль тела. Я облила его водой и начала медленно проводить ладонями по его плечам, по груди, по животу, изучая его заново. Он закрыл глаза, позволяя мне трогать его везде. Он изменился. Окреп, возмужал. И снова был в боевой готовности.

– Иди ко мне, – потянул он меня на себя, но я увернулась.

– Стой смирно! – пригрозила я ему пальчиком. – Иначе не получишь сладенького на десерт.

– Ладно-о, – протянул он, снова опуская руки вдоль тела.

Вымыв друг друга и обернувшись в полотенце, мы вышли из бани. Во дворе я задержалась. Морозный воздух заставил зажмуриться и вдохнуть глубоко. Как же хорошо после бани! Но Кирилл утянул меня за собой в дом.

– Замерзнешь!

Дома мы переоделись в домашнее и сели за стол. Кирилл достал из холодильника все, что мы не успели попробовать вчера. Я заварила чай. Мы сели за стол и с аппетитом поели, переглядываясь и улыбаясь друг другу.

– Устала? – поинтересовался Кирилл после ужина, сам убирая со стола грязную посуду.

– Есть немного после бани, – призналась я.

– Иди ложись, – сказал он целуя меня в лоб. – Я скоро приду.

Я послушно направилась в свою комнату и растянулась на чистой постели. Блаженство! Уснула я быстро. Сказались бессонная ночи и баня. Не слышала, как Кирилл вымыл посуду, как разговаривал по телефону. Проснулась только тогда, когда он лег рядом, и его рука оказалась на моем животе.

– Спи, любимая, – прошептал он еле слышно, притягивая меня в себе и целуя в волосы.

– М-м-м, – промычала я, устраиваясь поудобнее и не веря своим ушам.

Мне не послышалось? Но я снова провалилась в сон, расслабившись в его объятиях.

Утром я проснулась одна. Кирилла рядом не было, как и не оказалось его в доме. Я напряглась, но потом услышала голоса за окном. Возле дома стояли моя и его машина. Я накинула на себя куртку и выбежала на улицу.

– Починили? – спросила я, подойдя поближе.

С одной стороны было грустно уезжать, но с другой пора и честь знать. Чем дольше я рядом с Кириллом, тем больнее будет расставаться потом. Нужно сейчас.

Валерия

– Починили? – спросила я, подойдя поближе и кутаясь в куртку.

Нужно было одеться потеплее, но не удержалась и выскочила на улицу в домашней одежде, просто накинув куртку.

Кирилл стоял возле моей машины и хмуро осматривал что-то под капотом. Услышав мой голос, он посмотрел на меня.

– Не совсем. Только что привезли, – сообщил он мне. – Сейчас Саныч подойдет и скажет, в чем дело.

Я шагнула к Кириллу и тоже заглянула под капот. И что бы там ни случилось, я не понимала, где именно случилась поломка. В машинах я разбиралась ровно настолько, что умела заливать только “незамерзайку”. Во всем остальном я доверяла свою машину автомеханикам.

– И надолго это? – с замиранием сердца спросила я.

Я солгу себе, если скажу, что мне хотелось как можно скорее уехать отсюда и вернуться в город. Не хотелось. За прошлые дни и ночи я вновь успела прикипеть к Кириллу всей душой и сердцем. Но также я понимала, что будущего у нас с ним нет. Между нами очень много недоверия, недосказанностей. И я так и не простила его…

Кирилл было открыл рот, чтобы ответить мне, но звук шагов за спиной заставил его обернуться. В нашу сторону шел Саныч. Я тут же зарделась. Ведь мужчина видел нас вместе с Кириллом. И наверняка понимал, чем мы занимались. Щеки тут же вспыхнули.

– Ну что у вас тут? – в ватнике и в шапке-ушанке он больше походил на лесника, но никак не на того, кто разбирался в современных машинах.

– Я не в курсе. Вот хозяйка ласточки сама и расскажет, что с ней приключилось, – Кирилл улыбнулся, глядя на меня.

– Ну, дочка, поведай мне, чем ты могла обидеть эту красавицу, – Саныч заглянул под капот.

Я принялась рассказывать, что со мной приключилось в новогоднюю ночь на дороге. Саныч задал несколько уточняющих вопросов и принялся жевать папиросу.

– Завтра к обеду управлюсь, – сообщил он, закрывая капот.

– Как завтра? Сегодня никак не получится? – поинтересовалась я, игнорируя испытывающие взгляды Кирилла.

Пусть даже не уговаривает. Нужно было прекращать все это между нами.

– Завтра, сегодня я уже принял на грудь, – сообщил мужчина. – А у меня правило. За технику браться только в трезвом виде. К тому же, меня бабки ждут. Кто им на баяне будет играть.

– С Санычем спорить бесполезно, – Кирилл снова посмотрел на меня. – Если сказал завтра, то только завтра.

– То-то, – Саныч выбросил в снег папиросу. – А вы идите в дом. Вам есть чем заняться. Или вон на горку сходите вечером. Там сегодня народу будет тьма. Будут выбирать победителя, кто дальше всех скатится с горки на подручном. Помню, мы после школы катались на рюкзаках. Ох и попадало потом нам от матери, – Саныч довольно хохотнул, вспоминая сцены из своего далекого детства. – Развейтесь. Нечего сидеть в четырех стенах. Когда еще с горки покатаетесь. И Юрьевну сегодня не ждите. Можете без страха заниматься своими делами. Ой, молодежь. Где мои годы…

Саныч махнул на нас рукой и пошел по улице дальше. Его слова и намеки заставили меня покраснеть. Кирилл с лукавой улыбкой на лице подошел ко мне вплотную. Обнял.

– Ну что, сходим вечером на горку? Я ведь так и не показал тебе местность, где я провел большую часть своего детства. До завтра ты все равно в полном моем распоряжении.

– Прям так и в полном? – переспросила я.

– В полном и безоговорочном! – заявил он и, подняв меня на руки, понес в дом.

Мы начали раздеваться в прихожей и до спальни так и не дошли. Кирилл прижал меня к стене, развернув к себе спиной, и спустил мне домашние штаны. Запустил руку между бедер.

– Полная капитуляция? – спросил он, продолжая играть пальцами и проведя языком по шее. Нежно прикусил за мочку уха. Мне нравились его игры. – Без применения оружия или?

– Нет уж, Кирилл Маркович, делайте все согласно протоколу, – выгнулась я в спине, застонав.

Второй раз просить не пришлось. Меня сильнее прижали к стене, схватили за волосы и заставили выгнуться сильнее.

– Лера! – Кирилл вошел в меня одним рывком.

Волны наслаждения ждать пришлось недолго. У меня подкосились ноги, однако Кирилл удержал меня. Его руки сжимали мою талию, а движения бедрами стали более быстрыми. Чуть погодя я услышал его стон, затем меня прижали к себе.

– Ты до сих не насытился мной? – млея от его поцелуев, спросила я.

Эта связь точно погубит нас. Я уже погрязла в них по самое не могу. Как теперь отказаться от него? Как завтра уехать?

– Этот день никогда не настанет, Лер, – ответил мне Кирилл, зарываясь в мои волосы и вдыхая мой запах. – Ты для меня каждый раз как новое блюдо: хочется пробовать и пробовать, смакуя его вкус. И как насчет горки? – целуя в кончик носа, поинтересовался он. – Саныч прав, там будет весело.

– Звучит заманчиво, – улыбнулась я. – Не сидеть же нам взаперти.

Я боялась, что Кирилл снова захочет меня. Еще одну близость с ним я могла и не пережить. Потом отпускать его будет все труднее. Так хоть мы будем на людях.

– Тогда давай потихоньку собираться. Перед выходом обязательно надо поесть, заодно захватить термос с чаем, чтобы согреваться. Ты, главное, потеплее оденься. Мы там пробудем до темноты.

– Слушаюсь, мой господин, – ответила я и тут же пригнулась, не давая Кириллу схватить себя. С него станется утащить меня в спальню для повторения. Уж лучше катания с горки! От них сердце не болит и не кровоточит…

Валерия