— Ах, Матвей, — простонала она, пока мой язык вырисовывал круги, лаская напрягшийся сосок. Я слышал влажный звук наших поцелуев и чувствовал её вкус... Прекрасно.

— Ох... какая же ты вкусная, — прошептал я, направляя её бёдра для нового движения. Мы двигались в идеальном ритме.

— Тебе ведь это нравится, да? — снова прошептал я ей на ухо и прикусил мочку, ускоряя движения.

— Ох... Да! — вырвалось у неё.

И тут я потерял весь контроль.

Я впился в её губы в страстном поцелуе. Одним движением я подхватил её и прижал к себе, крепко сжав её ягодицы, а её ноги рефлекторно обвили мою талию. Она прижалась ко мне, и я сжал её сильнее.

— Подожди... милая, подожди, — прервал я поцелуй, когда мы оба сбивчиво ловили ртом воздух.

— Не останавливайся, — прошептала она на ухо, и в её глазах читалась мольба.

Этого было достаточно. В мгновение ока мы оказались на кровати, наши губы снова встретились в страстной схватке, я проник языком в её рот, и мне казалось, что невозможно ощутить кого-то слаще. Мои руки безошибочно шарили по её телу, запоминая каждый сантиметр.

Я осыпал поцелуями её грудь, спускаясь к животу и останавливаясь прямо над резинкой белья. Я взглянул на неё, спрашивая взглядом позволения. Она согласно кивнула, приподнявшись на локтях.

Я ухватился за ткань по краям и медленно потянул вниз, пока бельё не оказалось у её колен.

— Малышка, посмотри на себя, — прошептал я, глядя на неё в ответ. — Ты словно живая богиня... Я так хочу попробовать тебя на вкус, умоляю.

Я молил взглядом, уже не в силах скрывать своей отчаянной страсти.

Она смотрела на меня, покусывая губы и раздвигая ноги шире.

— Какая же ты послушная, — похвалил я и провёл языком по внутренней стороне её бедра.

— Пожалуйста... — простонала она, извиваясь подо мной, и мне это безумно нравилось.

Я слегка прикусил нежную кожу и вновь осыпал поцелуями бёдра, пока не добрался до самого сокровенного.

— Теперь я попробую тебя, да? — спросил я, глядя, как она согласно кивает.

Я склонился, оказавшись вблизи её лона... и оно было прекрасно. Одно быстрое движение моего языка — и она вся выгнулась, запустив пальцы в мои волосы. Я обожал эффект, который оказывал на неё. Это придавало мне уверенности.

Я впился в неё губами и языком, проникая всё глубже.

— О Боже!... Как же это хорошо... — выдохнула она.

Настя продолжала стонать, хватая меня за волосы и прижимая к себе, её бёдра двигались навстречу каждому прикосновению моего языка.

— Я хочу тебя внутри, пожалуйста! — взмолилась она, и в её глазах горело желание.

— Не волнуйся, милая. Сейчас все будет.

Я потянулся к своим брюкам, стягивая их вместе с боксерами. Затем поднял её ноги, прижав их к её груди, и приставился к её входу.

— Теперь ты примешь меня полностью, да?

Она кивнула с зажмуренными глазами, и я медленно вошёл в неё.

Её глаза широко распахнулись, а рот открылся, будто беззвучно выкрикивая мое имя.

— О Боже, какая же ты узкая, — прошептал я сквозь зубы, погружаясь в неё до самого основания.

Она была прекрасна. Это было упоительно.

— Да... Да... — простонал я, выходя и входя в неё снова.

Она правда была совершенна. И если я продолжу в таком темпе, то достигну пика быстрее, чем планировал.

— Тише, милая, давай замедлимся, зададим темп вместе, — прошептал я, опуская её ноги и начиная двигаться медленно и глубоко.

Она обвила мою поясницу ногами, гладя меня по спине.

— Вот так, дай мне эти бёдра, — простонал я, придерживая их для лучшего доступа.

— Боже мой… Да! Вот так! — вскрикнула она, когда я вошёл особенно глубоко.

Её ноги сжали меня сильнее, она вцепилась в простыню, и я продолжал двигаться. Её мышцы ритмично сжимались, и я с трудом сдерживал себя, чтобы не взорваться.

Я закатил глаза, когда изменил угол проникновения, задевая ту самую точку, о которой раньше абсолютно не знал.

— Тебе хорошо, да? — спросил я, придерживая её за шею. — Нравится, когда я двигаюсь вот так?

— Да... Только не останавливайся, — прошептала она, впиваясь в меня страстным поцелуем.

— Хочешь, чтобы я наполнил тебя? — спросил я на грани между поцелуями.

— …Хочу, — ответила она, прижимаясь ко мне всем телом. Наше дыхание и пот переплелись.

Я почувствовал, как её ноги начали дрожать.

— Хочешь разделить со мной этот миг? — прошептал я ей на ухо, ускоряя движения. — Давай, давай вместе со мной... Я уже на пределе.

Мы достигли пика вместе.

— …О Боже, Матвей, это было потрясающе, — выдохнула она, притягивая меня для глубокого поцелуя.

— Правда? — прошептал я, притягивая её ближе. — Жаль, что мы не встретились раньше. Я бы тебя никогда не отпустил от себя. Иди сюда...

Мы уснули в ту ночь, и я уткнулся головой в её грудь. Сон обещал быть блаженным.

Глава 20

Я просыпаюсь от тепла солнечного света, проникающего через оконное стекло, которое мы забыли задернуть шторами прошлой ночью... но... мы, очевидно, были слишком заняты. Я чувствую голову Насти на своей груди, её рука покоится на моём сердце, а её правая нога лежит поверх моей.

Если есть рай, я почти уверен, что я в нём.

Я чувствую, как она медленно шевелится, её тело потягивается, и из её груди вырывается самый милый стон.

— Доброе утро. — Она бормочет эти слова прямо у моей груди, прежде чем поднять голову и встретиться со мной своими медово-карими глазами.

— Доброе утро, красавица. Как спалось? — Я поднимаю руку и убираю с её лица несколько непослушных прядей волос, заправляя их за ухо.

— Лучший сон за последние несколько лет. А ты как?

— Лучшая ночь, какая у меня была за долгое время. — Я нежно касаюсь её щеки. — Мы должны встать и пойти к твоему папе. Я уверен, что у мальчиков есть вопросы, и мы можем взять с собой кофе из кофейни для твоего отца.

Она неохотно садится, и одеяло сползает с неё, открывая мне вид на её прекрасную, полную грудь.

Я встаю, подхожу к комоду, вытаскивая футболку и шорты для себя и футболку с парой спортивных штанов с резинкой на талии для неё. Нам требуется всего около десяти минут, чтобы одеться, и ещё несколько минут, чтобы найти её одежду с прошлой ночи.

Ни для кого из нас не было сюрпризом то, что мальчики уже проснулись, и ещё меньше — то, что у Егор уже был готов вопрос, как только мы переступили порог.

— По шкале от одного до десяти, как вы оцените прошлую ночь?

Он заканчивает свою колкость, запихивая в рот ложку каши, но я ловлю ухмылку этого маленького засранца.

— И тебе доброе утро, сынок. Ни стыда, ни совести. Ни опрятного внешнего вида.

Я улыбаюсь в ответ на комментарий Насти, и Егор дарит мне кивок, одобряя её ответ так же сильно, как и я.

Настя идёт варить кофе, пока я сижу с мальчиками на островке кухни и спрашиваю их, как прошла их ночь, что открывает мне историю, которую я, возможно, был недостаточно готов слушать сейчас, но я слушаю с неослабевающим вниманием.

— Дедушка храпит громко... как динозавр! — Комментарий Коли сопровождается его собственным рёвом, попыткой изобразить дедушку.

— Я играл в видеоигры, пока дедушка не уснул. — Егор бросает это, быстро запихивая в рот последний кусок каши.

Настя разливает нам по чашке кофе, подаёт мне мою, и мы выходим на террасу. Она всё ещё в моей одежде, и выглядит чертовски сексуально в ней.

Она садится на скамейку, прислонившись к перилам, и как только я сажусь рядом с ней, она прижимается ко мне.

— Мальчики, кажется, совершенно не были смущены нашим появлением вместе. — Мои слова вызывают у Насти мягкий смех, и она снова улыбается мне.

— Они точно не были. Если честно, я думаю, Егор с самого начала болел за то, чтобы мы были вместе. Он толкал меня к тебе ещё со второй футбольной игры.

— Ого... а ему точно десять?

— Точно. Напомни мне поблагодарить его потом.