Его логика имеет смысл, и я легко соглашаюсь.

— Принято.

Он дарит мне игривую усмешку, затем ведёт меня вверх по красной дорожке и внутрь здания, которое, как ни странно, внутри выглядит ещё более роскошно, чем снаружи.

Матвей знакомит меня со своими знакомыми, потенциальными клиентами, политиками и представителями правоохранительных органов, которые были приглашены в качестве гостей на сегодняшнее мероприятие. Всё идёт отлично... пока не входят они.

Кристиан такой же высокомерный, как всегда, с его идеально уложенными светлыми волосами, карими глазами и худощавым телом, упакованным в костюм, который, вероятно, стоит столько же, сколько его ежемесячный ипотечный платёж. И тут появляется Даша. Высокая, с идеально уложенными рыжими волосами, в дизайнерском платье, которое подчёркивает её округлившийся живот.

— А вот и они. — Голос Матвея полон сарказма, но он не напрягается и не дёргается... по крайней мере, внешне.

Мы уже дошли до бара и заказали напитки: вино для меня и газировку для него. Конечно, потому что он ответственный. И именно тогда мы слышим его голос...

— Матвей Константинович, мероприятие просто великолепное.

— Кристиан, я не думал, что ты сможешь приехать. — Голос Матвея осторожно нейтральный, он явно не хочет привлекать ко мне внимание, прежде чем я буду готова. Я беру вино, отпивая. Стоя спиной, я пока не вижу их лиц. — Должно быть, это твоя спутница? — Матвей продолжает разговор.

— Да, это Даша.

— Приятно познакомиться. Пожалуйста, позволь мне представить тебе мою девушку, Настю.

Я всё ещё стою спиной к ним, и не сомневаюсь, что они не понимают, кто я такая, пока я не поворачиваюсь и не встречаюсь взглядом с бывшим мужем, стоя рядом с Матвеем.

Его реакция стоит той драматичной и крайне необходимой презентации.

— Настя?… Подожди... вы встречаетесь... вы двое?...

О, это просто восхитительно!

— Привет, Кристиан. Приятно снова тебя видеть, Даш.

Матвей обнимает меня за талию, и я естественно прижимаюсь к нему.

Лицо Даши — это маска чистой ярости, в то время как Кристиан, кажется, застыл между шоком и неверием.

— Я... я не знал, что ты уже начала с кем-то встречаться. — В голосе Кристиана слышно напряжение, отчего тело Матвея впервые за весь вечер напрягается.

— По крайней мере, я подождала, пока закончится наш брак. Кроме того, почему ты должен знать? Мы больше не женаты, так что то, что я делаю и с кем я делаю, больше тебя не касается. Хорошего вам вечера.

Матвей, кажется, более чем рад увести меня, и он делает это.

Он берёт мои напитки с подноса, который передаёт официант, и ведёт меня сквозь толпу к залу, где находятся уборные.

Как только он убедился, что путь чист, он прижимает меня к стене и целует, прижимаясь губами к моим, пока его руки прижимают меня к нему.

Наши поцелуи всегда были страстными, но этот... это чистая похоть. И мне это дико нравится!

Я вижу, что ему требуется огромное усилие, чтобы оторваться от меня, даже его лоб, прижатый к моему, кажется мне упражнением в сдержанности.

— Боже, ты такая сексуальная... но видеть, как ты поставила этого придурка на место... это отняло все мои силы, чтобы не сожрать тебя прямо перед ним.

Да, эта фантазия теперь будет жить в моей голове всю оставшуюся ночь.

— Я не думаю, что захотела бы остановить тебя.

Второй болезненный стон срывается с его губ, и мы оба усмехаемся, быстро приводя себя в порядок, чтобы вернуться в банкетный зал.

Наш столик находится на расстоянии двух столиков от столика Кристиана, и, поскольку мой стул стоит лицом к их столику, я не пропускаю ни его взгляда, когда он смотрит на нас, ни того, как Даша сверлит нас взглядом.

И да... это приносит мне небольшое удовлетворение. Может быть, это мелко, это даже может быть бесстыдно, но при каждом взгляде, который я посылаю в их сторону, я прижимаюсь ближе к Матвею. Я даже дарю ему пару невинных поцелуев в щёку, пока Тоха улыбается мне со своего места напротив Матвея, а Гриша ухмыляется со своего места с другой стороны.

Я не использую его, не в том смысле, в котором это могло бы показаться. Я не использую его, чтобы заставить их ревновать, но если их ревность или гнев проявятся в результате, то это их проблема. Я просто наслаждаюсь близостью с Матвеем и позволяю себе погрузиться в эту связь. В этот комфорт. В тепло мужчины, который видит во мне женщину, достойную любви, уважения и привязанности.

Кроме того, не похоже на то, чтобы Матвей возражал этой близости. Ни капельки.

— Хочешь потанцевать?

Я поднимаю голову с озорной улыбкой.

— Как долго мы должны здесь оставаться?

Он поднимает брови, и я вижу, как он пытается собрать воедино, почему я спрашиваю.

— Мы можем уйти, когда захотим. Всё в порядке, Насть?

— Да, но я думаю, что мы с тобой должны закончить то, что начали в коридоре.

Его глаза расширяются, и губы изгибаются в самую захватывающую улыбку.

Матвей сообщает своим друзьям, что мы уходим. Тоха дарит нам понимающую улыбку, но Гриша, нахальный подлец, просто должен что-то сказать нам вслед.

— Да, мне бы тоже захотелось уйти пораньше, если бы у меня была такая жаркая сессия в коридоре.

Матвей бросает на него мрачный взгляд, но я дарю ему довольную улыбку.

— Гриш... коридор был просто разминкой. Хорошего вечера, ребята!

Глава 19

МАТВЕЙ

Может ли она быть ещё более идеальной? Она выстояла перед своим бывшим мужем, позволила мне поцеловать её так, будто завтра не наступит, а затем, когда Гриша отпустил свою шутку, она перевернула её таким образом, что у этого парня отвисла челюсть, и впервые за всё время, что я знаю Гришу, он остался без слов!

Поездка домой была слишком долгой, и если бы я не уважал её так сильно и не хотел бы, чтобы наша первая ночь вместе была той, о которой она не пожалеет, я бы свернул на обочину сразу после того, как мы выехали из санатория.

Когда мы наконец добираемся до моего дома, напряжение между нами становится реальным, но мы не торопимся. Мы не в спешке.

Она позволяет мне помочь ей выйти из машины, и тепло её руки, лежащей в моей, ведёт нас к входной двери и успокаивает мои шаги.

Я легко открываю дверь, пропускаю её внутрь, затем захлопываю и запираю дверь за нами.

Щелчок замка, задвигающегося на место, кажется таким окончательным. Это звук, который разрезает хрупкую нить сдержанности для нас обоих.

Я не знаю, кто делает первый шаг. Может быть, она. Может быть, я... но мы сталкиваемся друг с другом, оставляя за собой след из одежды от прихожей до моей спальни.

— Присядь сюда, — шепнул я, помогая ей устроиться у меня на коленях на краю кровати. — Умница, — прошептал я ей на ухо, сжимая её ягодицы.

Боже, какие же они мягкие...

Она обвила мою шею руками и посмотрела на меня из-под полуопущенных ресниц.

— Я не верю, что мы наконец-то это делаем, — прошептал я, помогая ей прижиматься ко мне. — Ты не представляешь сколько раз я об этом думал...

Я поймал её бедра, направляя их, и она тихо ахнула.

— Обещаю, что буду нежным, — вновь прошептал я, покрыв поцелуями её шею и спускаясь ниже, к груди.

— Матвей…

— Можно мне это снять? — спросил я, подняв на неё взгляд, оторвавшись от её бюстгальтера.

Она кивнула. Я расстегнул застежку, смахивая лямки с её плеч, и её роскошная грудь предстала перед моим взором...

Я был счастлив, что наконец-то сбросил эти оковы.

— Боже, детка... Ты совершенство, — выдохнул я, глядя на неё. В этот момент мне с трудом удавалось держать себя в руках.

Моё естество требовало свободы. Я хотел овладеть ею, войти в неё как можно глубже, но я должен был запастись терпением, чтобы сполна насладиться этой богиней.

— Можно я поцелую их? — спросил я осипшим голосом.

Настя кивнула, давая согласие. Я сжал ладонями её грудь, вдыхая её пьянящий аромат, и приник губами к соску.