Кай прислонился к стене, прикрыв глаза. Правая рука почти не слушалась, когти кибер-пса вошли глубоко, разорвав мышцы. Предплечье пульсировало, пальцы на руке плохо сгибались. Нога горела огнем, штанина была липкой от крови и ботинок хлюпал при малейшем движении.

Алекс опустился на ящик, стиснув зубы, чтобы не застонать. Кэтрин, не говоря ни слова, достала из-за пазухи последний клочок перевязочного материала и тюбик медицинского клея, драгоценность, сохраненная на самый крайний случай. Она протянула это Каю.

— Ему, — сказал он, кивая на Алекса, возвращая все Пятой.

— Нет, — твердо ответила Кэтрин. — У тебя рука висит. Или хочешь свалиться от потери крови, прежде чем мы найдем выход?

Он устало кивнул, расстегнул робу и осторожно отодвинул ткань, обнажая рваную рану на плече. Кэтрин работала быстро, без лишних движений: промыла остатками воды из фляги, нанесла клей, стянула края раны.

Закончив она возратилась к Десятому и начала обрабатывать его рану на ноге и полученный новый порез от шипа на другой ноге.

Внезапно стена позади них беззвучно сдвинулась. И в проеме возникли двое Псов Режима, класса «Альфа». Кай узнал их сразу: по матовой броне, по тому, как они держали оружие, по их выверенной стойке. За ними стоял третий, в штатском, с медицинской сумкой на плече. Его лицо было бесстрастным не врач, а техник, давно привыкший чинить тех счастливчиков, кого должны бросить в следующий раунд.

Алекс вскочил, забыв о боли. Кэтрин метнулась к ножу за поясом. Элли не думая шагнула вперед, заслоняя Кая собой.

— Стоп, — тихо сказал Кай, поднимая здоровую руку.

— Они… — начала Элли.

— Спокойно. Похоже за мной.

Один из Псов сделал шаг вперед. Голос, пропущенный через синтезатор шлема, зазвучал механически и безжизненно:

— Номер Девять. Приказ. Следовать с нами.

Элли дернулась, хотела что-то сказать, но Кай уже встал, отодвигая ее в сторону. Посмотрел на нее — быстро, жестко, не позволяя спорить.

— Ждите, уверен, вернусь, — сказал он.

Псы встали по бокам, не касаясь, но обозначая путь. Кай пошел между ними, чувствуя, как кровь все еще сочится из-под повязки, пропитывая свежий бинт. Каждый шаг отдавался болью в ноге, но он не хромал. Перед ними он не собирался показывать слабость.

Дверь закрылась с глухим стуком, сделав стену снова гладкой и безликой. Элли смотрела на нее еще несколько секунд, потом медленно сползла по стене на пол, обхватив колени руками. Пальцы дрожали, но она сцепила их в замок, заставляя себя успокоиться.

Элли закрыла глаза и повторила про себя, в который уже раз, будто заклинание:

Он вернется. Он не исчезнет, как остальные. Не сейчас. Не после всего…

Глава 27

Каждый шаг давался через силу, мышцы гудели, плечо горело, голова чуть кружилась. Потеря крови давала о себе знать. Но то, что он сейчас чувствует себя так паршиво, не признался бы даже под пыткой.

Псы шли молча, их зеркальные шлемы не отражали ничего, кроме его собственной грязной и окровавленной фигуры. Медик сзади переступал через лужи технической жидкости, что-то бормоча себе под нос. Обычно медиков не брали на допросы, значит его вели не на допрос?

И тут Кай начал этот путь узнавать. Знакомые повороты, лифт, который шел только вверх, коридоры с панорамными окнами, за которыми расстилался фальшивый Эдем. Его снова вели к Амалии.

Псы остановились у двери, пропуская его вперед. Дверь открылась без звука, и Кай шагнул в апартаменты.

Амалия стояла у окна. На ней были узкие черные брюки, темная блуза с открытыми плечами, светлые волосы распущены. Никакого откровенного платья и драгоценностей, никакой театральности и пошлости.

— Садись, — сказала Амалия, не оборачиваясь.

— Спасибо, постою.

Она повернулась. Взгляд скользнул по его перевязанной руке, остановился на плече, на лице.

— Ты идиот, — сказала она без злобы. — Зачем полез на последнего пса? Там была дистанция для выстрела.

— Патроны кончились.

— Ты мог уйти от него.

— Она бы не успела.

— Та девка все равно сдохла…

Амалия смотрела на него секунду. Потом отдала приказ врачу:

— Работай.

Медик указал Каю на кресло у стены. Раскрыл сумку, достал и включил локальный сканер. Кай сев в кресло, снял верх робы и уставился в окно за котором простирался Эдем.

Вот пробежал ребенок, весь чистенький в белом. Недаленко работал фонтан. Кусты, подстриженные с математической точностью. Он когда-то мечтал о таком. Думал, что за куполом другой мир. А это был просто другой уровень той же тюрьмы. Кай вспомнил старую игру, которую гоняли на ободранном терминале в казармах «Псов», гоняли те кто не поехал в бордель снять стресс после особо тяжких заданий. Там тоже был город-утопия, залитый неоном, с корпорациями вместо правительства и имплантами вместо личности. Разработчики, наверное, думали, что придумывают. Оказалось — предсказали.

Медик работал быстро. Снял кровавые бинты, промыл раны антисептиком, залил медицинским клеем глубокие порезы, наложил регенерирующие пластыри. Но когда он дошел до плеча с самым глубоким порезом, который наспех склеила Пятая, он замер.

— Сухожилие повреждено на четверть. Я наложу фиксирующую повязку, но полное восстановление займет недели две. Если будет напрягать руку, порвет окончательно.

Амалия усмехнулась:

— Он не будет её напрягать. Правда, дорогой?

Кай не ответив опустил голову:

«У меня нет двух недель. Через час я буду ею снова махать, и плевать, что будет потом».

Амалия подошла ближе и встала рядом, чуть сбоку, сложила руки, наблюдая за тем как врач работал, а также бросая взгляд на его оголенный торс.

— Кобс хотел тебя после арены забрать, — сказала она спокойно, без эмоций. — У него уже был приготовлен отряд в тоннеле. — Она сделала паузу, давая словам осесть. — Я его остановила.

— Ценю.

— Ценишь, ха… — она чуть наклонила голову, вглядываясь в его лицо. — Ты меня не разочаровал, Кай Ито. Отлично справился с кибер-псами. Тот бросок на последнего зверя был впечатляющим, хотя и глупым. Но самое интересное было потом.

Кай не ответил. Медик закончив с плечом, наложил регенерирующий пластырь, взялся за ногу.

— Амулет, который я тебе дала, — продолжила Амалия, — Ты довольно быстро догадался, как им воспользоваться.

— Да, догадался, — сказал он коротко.

Кай скосил взгляд на кольцо, которое блестело на ее пальце. Крупный перстень из матового металла, без камней, с едва заметным сенсором впереди. Он заметил его еще в прошлый раз, когда она привязывала его к кровати. Тогда подумал что это обычное украшение. Теперь был уверен — ключ о котором говорил Эво Батиста.

— Сообразительный какой, — Амалия прошла к столику у окна. Там стояло вино, рядом графин с водой. Взяв бокал, отпила, глядя задумчиво на Эдем за стеклом. — Кобс он очень тебя хочет к себе пригласить. У него есть длинный список вопросов, на которые нет ответов. Знаешь с чего он любит начинать? С кончиков пальцев.

— Я знаю, что такое допрос, — сказал Кай ровно.

— Не хочу, чтобы Кобс до тебя добрался. Ты слишком ценен, чтобы превращать тебя в мясо.

Кай промолчал. Медик аккуратно наложил последний шов, обработал регенерирующим составом, вколол еще что-то и затем собрав окровавленные инструменты, забросил их в контейнер, после проверил показатели на планшете. Посмотрел на Амалию. Та кивнула и он вышел бесшумно, прикрыв за собой дверь, оставив их одних.

Амалия подошла ближе. Встала напротив, так, чтобы он смотрел на нее.

— Я сделаю тебе еще одно предложение, — сказала она.

— Какое?

— Ты — инструмент, дорогой. Самый острый из всех, что у меня были. И если ты сможешь сделать то, на что у меня не хватает смелости… я буду тебе благодарна. А благодарность Амалии Трейн дорогого стоит.

Кай посмотрел на Архитектора двенадцати сезонов Игр. Человека, который придумал самые извращенные задания и смотрел, как люди умирают, называя это искусством. У него возник вопрос: почему Батиста посылая его сюда был так точно уверен, что Амалия клюнет на него и доверится. Или сейчас она просто продолжает играть в свои игры и здесь была какая-то ловушка?