— А чего ты хотел? — выкрикнула Элли. — Скажи! Чего ты добиваешься на самом деле?

Кай медленно поднялся и сделал шаг к ней и Элли невольно отступила, но не отвела взгляда.

— Я хочу, чтобы мы выжили, — сказал он тихо, почти шепотом. — Все. Ты, я, они, — кивок в сторону Алекса и Кэтрин. — И для этого я готов на все. Поняла?

Он развернулся и пошел к двери.

— Кай, — окликнула Элли.

Он замер, не оборачиваясь, потом хмыкнув, вышел, даже не взглянув на нее.

Элли смотрела на закрывшуюся дверь, чувствуя, как по щекам текут слезы, которые она сдерживала слишком долго.

Кэтрин подошла, обняла за плечи, прижала к себе. Жест был неожиданно теплым для той, что всегда держалась холодно и отстраненно.

— Ты дрожишь, — сказала Кэтрин, садясь рядом.

— Холодно, — соврала Элли.

— Врешь.

Элли замолчала.

— Я не знаю, что со мной, — прошептала она. — После того… как они вкололи нам ту дрянь… я чувствую себя… странно. А когда он вернулся и от него пахло тошнотворной сладостью… я хотела его ударить. И одновременно… прижаться к и не отпускать.

— Это пройдет, — сказала она. — А может быть и нет. Но сейчас тебе нужно просто продержаться.

Алекс отвернулся к окну, разглядывая идеальный искусственный газон. Кэтрин увела Элли вглубь комнаты, усадила в кресло, заставив выпить воды.

Элли пыталась не думать. Не думать о красных следах на его шее, о царапинах, о том, что он, возможно, был там, наверху, с кем-то из них. С одной из этих чистых, красивых женщин Эдема, которые не знают, что такое голод и страх.

«Какое мне дело? — спрашивала она себя. — Он мне никто. Просто участник и конкурент».

Просто тот, кто спасал ее несколько раз. Тот кто был ее первым мужчиной. Просто человек, которому она почему-то поверила.

«Дура, — сказала она себе. — Ты думала, что в этом аду можно найти что-то настоящее? А он просто, как и все, выживает любой ценой».

Но почему-то от этого знания было не легче, а больнее.

Амалия Трейн лежала на разворошенных простынях. Перед ней в воздухе висела голограмма с записью. Качество было идеальным, с нескольких ракурсов: как она привязывает к кровати Девятого, как двигается на нем, как впивается ногтями в его плечи. Он на записи молчал, только мышцы перекатывались под кожей, и желваки ходили на скулах.

Зазвонил комлинк, включив она услышала противный голос Джуды:

— Амалия, дорогая, я смотрю, ты решила не тратить время зря. Неужели этот выродок с Пустошей так хорош?

Амалия лениво повернула голову, активировав канал. На краю голограммы возникло опухшее лицо Джуды, которые жадно шарили по ее полуобнаженному телу.

— Ты бы такого даже не выдержал, — усмехнулась она, не меняя позы. — Джуда обиженно надул губы и в глазах его вспыхнула злость.

— Посмотрим, как ты запоешь, когда твой солдатик сдохнет на арене, — прошипел он. — А он сдохнет. Я позабочусь.

— Угрожаешь? — Амалия лениво потянулась, наслаждаясь его реакцией. — Милый, ты даже свой член без чужой помощи найти не можешь, не то что до него добраться. Не смеши меня.

Она отключила связь, не дожидаясь ответа, и снова уставилась на голограмму. На экране Девятый как раз закрывал глаза, позволяя ей делать с собой что угодно, и Амалия вдруг почувствовала, как внутри разливается тепло.

Глава 19

Звук сирены ворвался в комнату со всех сторон, который и разбудил всех. А затем раздался язвительный, издевательский голос, от которого у каждого из них сводило скулы.

— Доброе утро, мои маленькие крысята! Надеюсь, вы хорошо отдохнули в своих уютных гнездышках? Насладились едой и отдыхом? О, не благодарите… Мы умеем быть щедрыми…

Кай открыл глаза. Он так и не смог уснуть. Сидел на крыльце, прислонившись к перилам, и смотрел, на голубое искусственное небо. Вторые сутки без сна начинали сказываться: перед глазами иногда плыло, а мышцы налились тяжестью. Еще одна такая ночь и концентрация упадет настолько, что он не успеет вовремя среагировать на опасность.

— Сегодня у нас будет замечательная игра! — продолжал голос. — Вам она обязательно понравится. Поиграем в «Игру престолов». Слышали про такой древний сериал? Там все друг друга резали ради железного стула. У нас, конечно, попроще, но суть та же.

В динамиках раздался противный смешок.

— А теперь — внимание! Выходите на улицу. Все до единого. Сколько там вас осталось? Шестеро… М-да быстро же вы мрете… Ладно, мы добавили свежее мясцо для массовки. Так, не заставляйте нас ждать, а то наш друг, помните шарик из лабиринта? Он очень соскучился по вашим хрустящим косточкам.

Кай нехотя поднялся и молча направился по указке прилетевшего дрона. Посреди идеального газона, он увидел странную конструкцию: металлический помост, а на нем трон. Он был выкован из разного оружия: стволы автоматов и винтовок, лезвия армейских ножей, осколки гранат и брони сплавленные в единое целое. Красная подсветка неона снизу придавала ему зловещий вид. Этот трон выглядел как часть страшного мира войны и смерти.

У помоста уже стояли трое участников. Номер Один — тощий, нервный парень с бегающими глазами, которого Кай раньше почти не замечал. Он стоял вжав голову в плечи, словно пытался стать невидимым. Номер Восемь — девушка небольшого роста, та которую видно добавили, и номер Четыре, тот самый, который в первый день пытался задирать Кая в столовой. Он стоял особняком, жуя что-то из найденного пайка. Вид у него был потрепанный, на скуле свежий синяк, куртка в двух местах прорвана, но в глазах читалось то самое тупое самодовольство человека, который выжил не умом, а инстинктом стадного хищника — прячась за чужими спинами и добивая уже подбитых. При виде Кая его губы искривились в презрительной усмешке.

— Не сдох, — процедил он, сплевывая на идеальный газон. — А я уж надеялся.

Кай остановился в паре метров от помоста, сложил руки на груди, проигнорировав Четвертого.

Позади Кая раздались шаги, заставив его обвернуться. Это подошли Алекс с Кэтрин и Элли, которая увидев его тут же отошла в сторону и встала особняком, демонстративно отвернувшись от него. Кай хмыкнув перевел взгляд на трон.

Вновь раздался голос из динамиков:

— Видите этот трон? Он не простой. Он средоточие власти. Тот, кто сидит на нем, получает… ну, скажем так, привилегии. — Голос хихикнул. — Например, право распределять еду и воду, или… просто смотреть, как остальные выполняют любые его приказы.

Четверка оживился. В его глазах загорелся хищный огонек, он уже прикидывал, как использует такую власть.

— Но есть нюанс! — продолжал голос. — Власть штука временная. Если нам что-то не понравится, может раздастся сигнал и трон перейдет к приемнику, тому на кого укажет король. И, поверьте, от его выбора зависит многое. Кстати, короля можно попытаться свергнуть и раньше, каким способом уж вам решать.

Алекс шагнул вперед, припадая на раненую ногу, сжав кулаки.

— То есть мы должны друг другу в ноги кланяться, пока эти уроды сверху будут ржать? — рявкнул он, задрав голову к небу.

— Так-так, бывший шахтер, кажется? — мгновенно отреагировал голос. — Что там ты копал? Руду, уголь? Или просто копошился в грязи, как навозный жук? Следующее оскорбление — минус один паек. Причем для всей вашей компании. Понял?

Кэтрин положила ладонь Алексу на грудь, успокаивая. Он зло дернул плечом, но промолчал на выпад голоса из динамика, лишить себя и остальных еды не хотелось, хотя к голоду они все привыкли.

— А теперь, внимание! — Голос стал торжественным. — Первый счастливчик, который вкусит сладость власти, мы выберем сами, и это будет…

Все замерли.

— Номер Четыре!

Четверка осклабился и поднялся на помост, тяжело ступая по металлическим ступеням, и с размаху опустился на трон. Откинулся на спинку, положил руки на подлокотник, довольно оглядывая остальных.

— Ну что, крысы? — пробасил он, полюдрадая голосу из динамика. — Кто первый будет лизать мне пятки?