Тогда соберись, - он встаёт. - Скажи ему и возвращайся ко мне. Он протягивает руку. Я беру её.

Мы едем молча. Дорога кажется мне вечностью. Горы проплывают за окном те же, но теперь уже не чужие, не страшные. Дом, где я ночевала, появляется за поворотом. Я жду здесь, - Марат глушит мотор. - Скажи всё. И возвращайся. Я выхожу из машины. Андрей стоит на веранде, а рядом с ним чемодан. Телефон в руке. Он улыбается - той самой улыбкой, которая раньше казалась мне тёплой, но теперь - фальшивой.- Алина! - он идёт ко мне. - Привет! Я так соскучился!

Он хочет меня обнять, но я делаю шаг назад.

- Андрей, - говорю я. - Мы должны поговорить.

Он замирает. Улыбка сползает с лица.

- Что случилось?

- Я всё знаю: про Сочи, про Карину и про ваши планы.

Он бледнеет. Это смешно - он никогда раньше не бледнел. Никогда. Алина, я могу объяснить...

Нет, - я качаю головой. - Не можешь. Я видела переписку. Ты предал

меня!

Алина, послушай...

Нет, - я смотрю ему в глаза. - Ты слушай. Я ухожу от тебя сама. Свадьбы не будет, и я не хочу тебя больше видеть.

Он стоит, открыв рот. Телефон выпадает из рук.

Ты уходишь к нему? - его голос срывается. - К Марату?

Это не твоё дело, - говорю я. - Но да, я ухожу к нему. И не потому, что он лучше, а потому, что ты хуже, чем я думала. Прощай.

Я разворачиваюсь и иду к машине. Не оборачиваюсь. Слышу, как он кричит что-то в спину, но я не разбираю слов. И мне всё равно.

Я сажусь в машину. Марат смотрит на меня.

Всё?

Всё, - выдыхаю я. - Всё кончено.

Он кивает, заводит мотор и мы едем обратно в горы. Я смотрю в окно и впервые за долгое время чувствую, что дышу.

Через два дня Марат сидит в саду. Я рядом. Зарина принесла чай, а Шамиль рассказывает какую-то историю, но я не слушаю. Я смотрю на Марата: на то, как он держит пиалу, как хмурится, когда я не пью отвар, как смотрит на меня.

- Слушайте, - говорит он вдруг. Все замолкают. Он поворачивается ко мне, и я вижу, как он нервничает. - Я хочу сказать при всех.

При всех? - переспрашиваю я.

При всех, - он встаёт, обходит стол, останавливается передо мной. Алина. Я люблю тебя. Я люблю тебя с того самого вечера, когда ты вошла в дом, и я понял, что ты - та, кого я ждал. Я не хочу ждать и я не хочу, чтобы ты думала, что я говорю это на эмоциях. Он опускается на одно колено. Я замираю.

Выходи за меня, - говорит он. - Не завтра, не через три месяца, а сейчас. Да, я согласна - говорю я.

Ты меня любишь?

Да, - я смеюсь, и у меня текут слёзы. - Люблю.

Он достаёт из кармана простое, серебряное кольцо с маленьким камнем.- Это было у моей бабушки, - говорит он. - Она сказала, что подарит его той, которую я приведу в дом.

Я уже в твоём доме, - шепчу я.

Значит, пора сделать его твоим, - он надевает кольцо мне на палец. Зарина плачет, Шамиль свистит, а Тамерлан поднимает кружку.- За молодых!

Я смотрю на кольцо, на него и чувствую, что я дома.

Через неделю мы отмечаем свадьбу. Маленькая, скромная, во дворе его дома. Барабаны гремят, его родственники поют песни, которые я не понимаю, но сердцем чувствую. На мне белое платье - простое, лёгкое, на нём традиционная черкеска, которую привезла бабушка.

Невеста! - кричат гости.

Алина! - подхватывают другие.

Марат танцует. Он смотрит на меня так же, как в первую встречу, но теперь в его глазах - не только тишина и спокойствие. Теперь в них - я.....вся я. Он протягивает руку, я беру её и мы кружимся в танце, и я смеюсь. Громко, счастливо, беззаботно.

Ты красивая, - шепчет он.

Ты говорил мне это уже, - отвечаю я.

И буду говорить всегда.

Фотограф щёлкает. В кадр попадает наша первая фотография: я смеюсь, запрокинув голову, он смотрит на меня так же, как в тот вечер, когда я впервые вошла в дом его друзей.

Тогда он просто смотрел.

Теперь - он рядом.